Сколько доллару крепнуть

За две недели после президентских выборов в США курс доллара к корзине из шести других ведущих мировых валют вырос почти на 3,5 процента – до уровней, не виданных с февраля 2003 года. А на ожиданиях скорых перемен в монетарной и экономической политике США аналитики прогнозируют дальнейшее его укрепление. Это, в свою очередь, ускорит приток капиталов в США из других стран, чьи валюты окажутся под давлением, как и цены на нефть. Впрочем, темпы укрепления доллара могут вскоре и замедлиться, отмечает американский экономист, как только доллар подорожает до нового "равновесного" уровня.

После выборов в США доллар подорожал по отношению к другим мировым валютам сразу на 3–7 процентов. Причем рост его курса резко ускорился с первого же дня. Но что именно стало главным фактором этого роста? С одной стороны, безусловно, можно говорить об ожиданиях радикальных перемен в экономической политике США. С другой стороны, об ожиданиях рынков, что победа Дональда Трампа ускорит повышение процентных ставок в стране. Причем как ближайшего, уже в декабре (судя по ценам фьючерсов на рынках, вероятность события выросла теперь с 60 до более чем 90 процентов), так и последующих…

Доллар уже вырос на тех ожиданиях, которые рынок строит, скажем, на ближайшие полгода

​Первичная причина все-таки не выборы, а длительное ожидание повышения процентных ставок в США, что уже отразилось, например, в росте доходности на рынке облигаций, полагает научный сотрудник Гуверовского центра Стэнфордского университета в США профессор экономики Михаил Бернштам:

– Рынок облигаций уже "подхватил" ожидания роста процентных ставок. Более того, в США несколько ускорилась теперь инфляция, что также будет этому способствовать. Выросли ожидания, что процентные ставки повысятся в итоге до своего “нормального” уровня, то есть 2-3 процента, а это, в свою очередь, также способствует укреплению доллара (текущая базовая ставка Федеральной резервной системы, Центрального банка США, составляет 0,25–0,5 процента годовых. – РС). Наконец, в третьем квартале 2016 года экономический рост в США ускорился уже до 2,9 процента. Все это, вместе взятое, но главное – ожидание повышения процентных ставок, и ведет к росту курса доллара. А если упростить, то можно сказать, что в общем-то мировые инвесторы сейчас верят в американскую экономику, верят в доллар.

– ​Судя по предвыборным заявлениям Дональда Трампа, он, с одной стороны, намерен существенно снизить налоги (что, по идее, может сократить поступления в бюджет), а с другой – финансировать за счет государства крупные инфраструктурные проекты (что, опять-таки в теории,​ увеличивает расходы). В итоге дефицит американского бюджета может заметно вырасти. Такого рода перспективы, вроде, должны были бы ослабить доллар, а он, наоборот, резко укрепился. Стало быть, финансовые рынки представляют их себе совсем иначе?

– Здесь несколько очень важных моментов. Во-первых, и сам Трамп обещал, и тем более республиканцы в Конгрессе, сократить бюджетные расходы. Во-вторых, когда мы говорим о снижении налогов, не надо думать, что это немедленно увеличит бюджетный дефицит. Речь идет о снижении налоговых ставок и расширении самой налоговой базы – у республиканцев уже есть готовые налоговые планы. Такие, чтобы не увеличивать дефицит бюджета, они против этого.

–​ А финансирование инфраструктурных проектов?

– Еще до выборов группа Трампа и те, кто им помогал, выложили на веб-сайте очень подробный план. Насколько работоспособным он окажется, судить трудно, но план этот предполагает увеличение расходов на инфраструктуру не за счет бюджета. Речь идет о частно-государственном партнерстве: правительство предоставляет бизнесу налоговые льготы, ослабляет государственное регулирование, а непосредственно финансируют проекты инфраструктуры уже частные инвесторы. Взамен они получают право в течение нескольких лет, пока не окупят расходы, взимать плату за их эксплуатацию – скажем, за проезд по новым автодорогам, за использование аэропортов или мостов… И расчеты в этих планах приводятся такие: правительство в течение нескольких лет предоставит налоговые льготы на 137 миллиардов долларов, что лишь небольшая добавка к расходам бюджета, тогда как частные инвесторы вложат в строительство объектов инфраструктуры в стране более 1 триллиона долларов. Такого рода проекты уже довольно успешно осуществлялись в США или в Великобритании. В США, например, в последние годы было построено таким образом 14 новых автодорог. Так что в принципе при таком подходе ожидания резкого увеличения бюджетного дефицита в результате всех этих мер экономической политики нового президента и "республиканского" Конгресса, на мой взгляд, сильно преувеличены. И, скорее всего, это не отразится ни на процентных ставках, ни на курсе доллара.

А раз так, то рост доллара может даже замедлиться. Просто для него возникнет некое “новое равновесие”

​–​ Многие аналитики сегодня проводят параллели между той экономикой США, которая ожидается при Дональде Трампе (имея в виду и снижение налогов, и дерегулирование, и бюджетные стимулы), и "рейганомикой" начала 80-х годов, когда американская экономика быстро росла. В целом, на ваш взгляд, между ними больше общего или различий?

– "Рейганомика" – это, конечно, очень высокая "планка", превзойти ее очень трудно... Хотя такие ожидания и имеются. Скажем, Deutsche Bank только что представил свой прогноз: в случае, если все эти экономические планы "республиканского" Конгресса и избранного президента осуществятся, аналитики банка ожидают длительного экономического подъема в США, который, начавшись еще в 2009 году, продлится и в 2020-е годы. То есть в целом окажется более продолжительным, чем экономический подъем во времена президентства Рональда Рейгана и после него.

Конечно, прогнозы могут быть самыми разными, но здесь важна не только количественная, но и качественная оценка происходящего. А в "качественном" смысле, с точки зрения экономической идеологии, речь идет об обширной дерегуляции, об "откате назад" тех мер повышения роли государства в экономике, которые принимались в течение восьми лет президентства Барака Обамы. И в этом смысле сравнивать можно, ведь президентство Рональда Рейгана также характеризовалось отказом от тех тенденций огосударствления экономики, повышения налогов и усиления регулирования бизнеса, которые сформировались до него. Другими словами, периодически происходит некий исторический сдвиг…

–​ То есть сдвиг, вы хотите сказать, не зависящий только лишь от предпочтений двух главных политических партий в стране?

– На это не надо смотреть только "партийными глазами". Это больше – системные сдвиги. Вспомним, самая крупная реформа системы социального обеспечения в США была проведена во время Билла Клинтона, президента от Демократической партии. Точнее, реформа эта началась еще при Рейгане в середине 80-х годов, но сам закон был принят уже при Клинтоне в 1996 году. Другой пример. Действительно, при Бараке Обаме была значительно усилена роль государства в экономике. Тем не менее, "республиканский" Конгресс вместе с президентом-демократом Обамой в 2015 году осуществил историческую реформу Medicare – американской системы здравоохранения для пожилых людей. Она стала первой и самой крупной реформой Medicare, вводящей рыночные механизмы в эту систему, со времен самого ее основания в 1965 году при президенте Джонсоне. То есть 50 лет действовала одна система, а теперь ее реформировали, причем реформировали при президенте-демократе Бараке Обаме. Поэтому такого рода перемены не стоит оценивать лишь с позиций партийной принадлежности – республиканцы или демократы. Скорее, речь следует вести о поиске более эффективных путей функционирования экономики.

Лозунг Дональда Трампа прост – превратить США в нетто-экспортера нефти

– ​На фоне укрепления доллара в последние две недели резко выросла и доходность гособлигаций США. Что это в итоге означает для валют других стран, в первую очередь развивающихся?

– Рост их доходности отразил все те же ожидания скорого повышения процентных ставок в США. Когда они вернутся к "нормальным" для них уровням, это не только резко оживит кредитование в экономике, но и оздоровит в целом американскую банковскую систему. А в такой ситуации аналитики и ожидают большого притока капиталов в США из других стран, включая развивающиеся. Ведь в этом случае все долларовые активы будут расти в цене: вложения в них будут становится все более привлекательными, да к тому же с минимальным риском для самого инвестора. И речь идет не только о гособлигациях, но и о рынках других ценных бумаг в целом, включая акции компаний и предприятий. Это все – на ожиданиях ускорения экономического роста в США.

То есть в принципе, независимо от того, что будет происходить с долларом, мы вступили в эпоху относительно дешевой нефти во всем мире

– ​В последние месяцы центральные банки многих стран мира, из числа крупнейших зарубежных держателей американских гособлигаций, активно их продавали. И, по многим прогнозам, эта тенденция теперь, после победы на выборах в США Дональда Трампа, лишь продолжится. Конечно, здесь могли проявиться и внутренние причины – этим центральным банкам просто понадобились немалые дополнительные деньги для каких-то своих целей. Но сколь сильно это может повлиять на доллар?

– Это интересный процесс… Действительно, за последние 12 месяцев зарубежные центральные банки продали американских гособлигаций на огромную сумму – примерно 375 миллиардов долларов. Главные продавцы – Китай, Япония и Саудовская Аравия. Каждая страна руководствовалась собственными причинами. Япония, скорее всего, пыталась несколько поддержать курс иены, хотя я в этом и не уверен. Но Китай уж точно стремился замедлить темпы девальвации юаня. Саудовской Аравии, понятно, при нынешних низких ценах на нефть и при колоссальных социальных обязательствах государства, которое фактически является работодателем для значительной части населения страны, остро необходимы деньги для финансирования социальных программ. Но в то же самое время некоторые другие страны, наоборот, весьма заметно увеличили вложения в гособлигации США – например, Германия, Швейцария или Ирландия. Так что пока одни их продавали, другие покупали…

–​ Эти разнонаправленные процессы нашли отражение в общем балансе той части государственного долга США, которая находится в зарубежном владении...

– Безусловно. Общий объем американского госдолга, принадлежащего иностранцам, за последние 12 месяцев увеличился с 6,1 триллиона долларов до 6,2 триллиона. То есть иностранцы в целом не продают его, а, наоборот, покупают. Да, центральные банки могут продавать гособлигации США, но частные и крупные институциональные инвесторы их покупают.

И в этом смысле сравнивать можно, ведь президентство Рональда Рейгана также характеризовалось отказом от тех тенденций огосударствления экономики, повышения налогов и усиления регулирования бизнеса, которые сформировались до него

– ​Курс доллара и цены на нефть аналитики рынков часто сравнивают с сообщающимися сосудами: когда крепнет доллар, дешевеет нефть, и​ наоборот. Хотя и не во всех случаях, конечно… В этом контексте – можно ли ожидать, условно говоря, "двойного удара" по рынку нефти в ближайшем будущем: с одной стороны, на намерениях Дональда Трампа всячески стимулировать нефтедобычу в США (а значит, нефти на мировом рынке станет еще больше), а с другой стороны, крепнущий доллар будет дополнительно давить на цену нефти?

– Тут и двойной удар, и тройной, и четверной… Основной удар – технологический, это сланцевая революция. Лозунг Дональда Трампа прост – превратить США в нетто-экспортера нефти. Сегодня страна потребляет 19,4 миллиона баррелей нефти в день, из которых производит сама, включая газовый конденсат, около 11 миллионов баррелей. То есть покрывает внутренний спрос собственной добычей примерно на 60 процентов. Хотя еще недавно было намного меньше, ведь сланцевая добыча добавила за последние 10 лет примерно 4,5 миллиона баррелей в день к общей добыче нефти в стране. Кроме того, в ней существуют и колоссальные резервы. На сегодня в США разведано и может быть добыто при ценах ниже 60 долларов за баррель, то есть несколько выше нынешних, примерно 155 миллиардов баррелей нефти. Для сравнения: это примерно соответствует объемам добычи нефти во всем мире за пять лет! Условно говоря, если во всем мире добыча вдруг прекратится и останется лишь эта сланцевая добыча в США, то все равно миру на пять лет этого хватит. Темпы освоения этих резервов, безусловно, будут зависеть и от текущих цен на нефть, и от сокращения себестоимости на фоне дальнейшего технологического прогресса… Но уже многие эксперты предполагают, что примерно к 2030 году США действительно могут стать нетто-экспортером нефти. То есть в принципе, независимо от того, что будет происходить с долларом, мы вступили в эпоху относительно дешевой нефти во всем мире.

Такого рода перемены не стоит оценивать лишь с позиций партийной принадлежности – республиканцы или демократы. Скорее, речь следует вести о поиске более эффективных путей функционирования экономики

​–​ Любой рыночный актив, будь то финансовый инструмент или биржевой товар, не может дорожать бесконечно. Для каждого в тот или иной период времени существуют некие объективные пределы роста цены. В том числе и для доллара… По вашим представлениям, что может оказать сдерживающее влияние на его укрепление в ближайшие год-два?

– Доллар уже вырос на тех ожиданиях, которые рынок строит, скажем, на ближайшие полгода. Это примерно тот горизонт, на котором работают и рынки акций, и валютные. А раз так, то рост доллара может даже замедлиться. Просто для него возникнет некое "новое равновесие". Каким именно оно будет в ближайшие годы, очень трудно прогнозировать. Есть расчетные прогнозы, что доллар может достичь паритета с евро – 1:1. Другие прогнозы говорят, что его курс будет несколько ниже, то есть что-то среднее между нынешнем уровнем и паритетом с евро. На мой взгляд, примерно в этих рамках мы и можем ожидать курс доллара. Прогнозировать, конечно, очень трудно, но во всяком случае его рост будет, скорее, замедляться, – отметил в интервью Радио Свобода Михаил Бернштам.