Original Material
Московский, художественный, общедоступный
Импресарио Федор Елютин олицетворяет три столпа, на которые станет опираться театр будущего: исследовательский азарт, доступность искусства (вместо привычного «не для всех») и независимость от государства. В России он — один из немногих, кто умеет и хочет доказывать массовому зрителю, что театр — это не только про поплакать и посмеяться, это еще и вполне рабочий способ что-то узнать о себе и социуме.
Но у медали есть обратная сторона: с каждым сезоном продюсер выпускает все больше и больше спектаклей, и среди них все чаще попадаются необязательные вещи — особенно если учитывать планку, заданную первыми проектами. Вот и из трех премьер этого лета по-настоящему удачная — лишь одна.
«Чайка» новой антрепризы
Три года назад Елютин, продюсер первой российской хипхоперы «Копы в огне» и выпускник Школы театрального лидера, запустил «Remote Moscow» — интерактивную экскурсию по городу с гидом-компьютером, созданную немецко-швейцарской группой Rimini Protokoll. Она казалась чудом — даже не потому, что Штефан Кэги — великий режиссер: в этом у нас уже был шанс убедиться. Хотя бы на примере аналогичного проекта «Remote Петербург», который вышел годом ранее в БДТ (Rimini Protokoll сделали почти 50 версий этого спектакля для разных городов мира).
Просто в Москве в 2015 году никто и мечтать не мог о независимом продюсере, который сможет успешно продавать категорически неконвенциональную постановку. В сущности, именно Елютин проложил дорогу новой антрепризе, делающей ставку не на звезд и ширпотребный юмор, а на современную режиссуру и вовлечение зрителя. И все равно ни «МСК 2048», ни «Черный русский», ни «Вернувшиеся» не догоняли «Remote…» в плане ломки шаблона: у них там были сюжет, костюмы, декорации, актеры, в конце концов.
Через год импресарио (определение «продюсер» Елютину кажется пресным) закрепил успех отличным психотерапевтическим квестом «Твоя_игра». Он тоже оказался ремейком западного спектакля — Елютин будет верен этой схеме во всех своих проектах. В отличие от «Remote Moscow», поддержанного столичным департаментом культуры на этапе продакшена, «Твоя_игра» изначально выходила без копейки бюджетных денег. И потом, кто такие Rimini Protokoll, продюсеру не нужно было объяснять, по крайней мере, театралам — а вот бельгийскую команду Ontroerend Goed москвичи видели впервые.
Театр — это, на самом деле, особый способ познавать мир: не через факты, а через личные переживания.
Прошлым летом Елютин вернулся в московскую афишу уже с четырьмя названиями. Среди них новинками были «Cargo Moscow» — очередной гениальный нон-фикшен Штефана Кэги, где зрители катались по Москве в компании настоящих дальнобойщиков, и «Smile Off» — «сенситивное переживание для одного зрителя» под авторством уже знакомых нам Ontroerend Goed (с оригинальной версии этой франшизы в 2007 году группа начала свою карьеру).
В этом спектакле зрителя сажали в кресло-каталку, обездвиживали, завязывали глаза — и в таком беспомощном состоянии возили по лабиринту, заставляя нюхать вещи, отвечать на странные вопросы и реагировать на флирт невидимой актрисы. «Smile Off», пожалуй, был первым неудачным проектом импресарио: из идеи «спектакля вслепую» бельгийцы выжали намного меньше, чем могли бы.
На начало президентской предвыборной кампании Елютин отозвался политическим шоу «Кандидат» — третьей копродукцией с Ontroerend Goed, которая вызвала не меньше вопросов, чем вторая. Режиссер Александр Девриндт, лидер театральной группы, попытался построить в зрительном зале модель современной демократии и наглядно показать ее недостатки — но ни у кого из пяти кандидатов, за которых публике предлагали голосовать, не было внятной программы, а политический месседж слабо вязался с отечественной повесткой. Так начался четвертый, самый щедрый на премьеры, сезон импресарио, за который Елютин выпустил еще три проекта — «Etiquette», «Сокровенное» и «£¥€$» («Ложь»).
Внимание на суфлера
«“Etiquette” исследует природу человеческого общения, трудности перевода мыслей в слова, зарождение доверия между людьми, — утверждает аннотация первой из трех премьер, на сей раз от английской компании Rotozaza. — Кто-то говорит, что в спектакле интересно участвовать со знакомым, чтобы лучше понять друг друга. Другие, напротив, уверены, что “магия” работает с незнакомцем».
Может показаться, будто «Etiquette» — это что-то вроде коммуникативного тренинга для двоих. Бывают же такие спектакли-игры, где зритель изучает себя и других, — например, потрясающий перформанс швейцарской театральной группы Magic Garden «Questioning / Кто ты?», в России идущий на площадке «Гоголь-центра».
На самом деле все не совсем так. Во-первых, это не игра — вы не можете влиять на происходящее, а просто следуете указаниям. Во-вторых, если вы не знаете второго зрителя, к концу спектакля вы так и останетесь абсолютно чужими людьми — ни его, ни ваша личность не имеют никакого значения. В принципе, ничего плохого здесь нет. Просто аннотация вводит в заблуждение, да и название — «Этикет» — больше подошло бы спектаклю, где два человека взаимодействуют по-настоящему.
Спектакль идет на фудкорте Даниловского рынка: публичное место — требование Rotozaza. Вы с партнером садитесь за столик друг напротив друга, вам дают наушники и реквизит: мел, воду, бутафорскую кровь, пластилин и пару крошечных кукол — мужчину и женщину. Перед вами меловая доска — это ваша сцена.
Сцена из проекта «Etiquette» Голос из наушников дает вам задания — нарисуйте то, слепите это — и подсказывает реплики, как театральный суфлер. У вашего партнера другая звуковая дорожка, соответственно, другая роль. Замысел ужасно перспективный: вы как бы актер, но понятия не имеете, что будет дальше. При этом, конечно, хорошо бы еще понимать, что происходит в спектакле прямо сейчас, — а это проблематично.
Общую нить разговора почти невозможно поймать — ты всецело сосредоточен на том, что говорит «суфлер» сию секунду. Повторять за ним нужно быстро, пока партнер не начал отвечать. Так что, если вы не видели фильмов «Жить своей жизнью» Жан-Люка Годара, «Костюмер» Питера Йетса, «Женщина не в себе» Джона Кассаветиса и не читали «Кукольный дом» Ибсена (оттуда Rotozaza позаимствовали диалоги), вы вряд ли догадаетесь, о чем говорят ваши герои и что вообще связывает эти сцены между собой.
«Etiquette» — это не только диалоги, это настольный «театр художника» с куклами, пластилином и рисованием. Опять же звучит многообещающе. Испанец Давид Эспиноса в грандиозном спектакле «Mi Gran Obra» рассказывал истории, расставляя на столе миниатюрные фигурки для макетов, — он их почти не анимировал, просто «разводил мизансцены». Что, если бы зрители делали это сами под команды «суфлера»?
Представьте: вы ставите на стол человечка, потом другого, третьего — и внезапно ваш визави добавляет одну деталь, которая полностью меняет смысл композиции (скажем, кладет перед куклами крошечный гроб — и группа превращается в очередь к усопшему). Но в постановке Rotozaza ничего такого нет: они дают вам фигурки, мел и пластилин, не зная толком, что с ними делать. Даже когда «суфлер» велит закрыть глаза, никакого сюрприза за этим не следует.
Сцена из проекта «Etiquette» И потом, зачем показывать все это именно на Даниловском рынке? По идее — чтобы вы вошли в бытовую ситуацию с неким тайным знанием, кардинально меняющим ее смысл. Ведь за соседними столиками сидят ничего не подозревающие посетители, и для них это никакой не театр, а просто обед в модном месте.
Это могло бы работать — те же Rimini Protokoll все время возвращаются к идее секретного спектакля, спрятанного у всех на виду, и каждый раз получается по-настоящему талантливо. В проектах из серии «Remote» зрители спускаются в метро и изучают пассажиров, которым невдомек, что они стали героями театральной постановки. В «Cargo» по городу колесит зеркальная фура с 50 наблюдателями, о чьем присутствии никто не догадывается. А новый «Top Secret International» — это вообще полноценная операция под прикрытием: вам надо мимикрировать под обычных гостей художественного музея, хотя в наушниках у вас — вовсе не экскурсия, а краткий курс шпионской подготовки.
Только вот у Rotozaza окружение не играет никакой роли. Ты его не видишь, оно не работает на драматургию спектакля — взгляд постоянно прикован то к вещам на столе, то к партнеру, тебя настроили на «режим макросъемки» и не дают его переключать. Ты даже забываешь, что сидишь на фудкорте, — все внимание забирает «суфлер». В общем, «Etiquette» опять обманывает ожидания — зачем-то притворяется site-specific-театром, хотя, будь это не рынок, а какое-нибудь непубличное место, по сути, ничего бы не поменялось.
Тайное станет явным
Новая работа Ontroerend Goed «Сокровенное» — на редкость жестокий спектакль, любящие пощекотать зрительские нервы Ромео Кастеллуччи и Родриго Гарсиа нервно курят за кулисами. Когда театр испытывает ваше хладнокровие или нападает на ваши ценности, это можно пережить. А вот атака на самооценку — это пострашнее, чем когда репродукцию «Христа» Антонелло да Мессины заливают бутафорским дерьмом.
Да, театр — это такое специальное место, куда приходят за внебытовым опытом. В том числе за таким, от которого нас обычно защищают общественные нормы. Только вот участие в таких экспериментах должно быть добровольным и сознательным. Бельгийцам было бы нечего предъявить, если бы в аннотации стояло предупреждение — например, такое: «Все, что вы расскажете актерам, может быть использовано против вас. Возможно, мы выставим вас в неприглядном виде перед другими зрителями. Это часть игры, к которой вы должны быть готовы».
Сцена из проекта «Сокровенное» «Сокровенное» — заключительная часть «Личной трилогии» Ontroerend Goed. Две предыдущие, «Твою_игру» и «Smile Off», импресарио уже прокатывал в Москве. Во всех этих спектаклях зритель остается с артистом один на один и разговаривает о самом интимном — отношениях, страхах, надеждах, о том, как он видит себя. Но в последней работе бельгийцев диалог выходит на новый уровень: вам предстоит настоящее свидание с актером или актрисой (ваши предпочтения, увы, роли не играют — это всегда человек противоположного пола).
Вы входите в мрачный зал с четырьмя другими зрителями и становитесь на светящуюся точку лицом к занавесу. Ткань медленно поднимается, перед вами — ваш сегодняшний спутник (или спутница). Он или она отводит вас в полутемную кабинку, предлагает виски (можно отказаться) и начинает расспросы: чем вы занимаетесь, к чему стремитесь, чего боитесь, есть ли у вас партнер и если да, то как вы оцениваете вашу совместную жизнь. Вы тоже можете спросить его/ее о чем угодно и рассчитывать на честный ответ.
Дальше — самое важное. Пять «хозяев» и пять «гостей» садятся в круг, и начинается что-то вроде групповой терапии: сначала актеры по очереди рассказывают о своих свиданиях, а потом задают вопросы друг другу и зрителям. Если вы разоткровенничались, рассчитывая, что собеседник сохранит ваши секреты при себе, то жестоко ошиблись: все ваши слова станут общим достоянием. Формально — никакого обмана: конфиденциальности никто не обещал, по крайней мере, напрямую. Но обстановка намекала, что разговор будет приватным, и создатели проекта вряд ли станут это отрицать.
«Сокровенное» А главное, ваш(а) визави будет вас оценивать — кто-то рассыпается в комплиментах, зато другие не стесняются резких замечаний. Правда, их отношение зависит не столько от вас, сколько от линии поведения, которой в «Сокровенном» держится каждый актер, — но зрителям этого, как правило, не рассказывают.
Получить после первого свидания честную обратную связь удается далеко не всегда. Видимо, в этом и был замысел Ontroerend Goed — дать людям пройти через то, с чем они не сталкиваются в обыденной жизни. «Сокровенное» — больше тренинг, чем спектакль: чем конкретно он полезен и полезен ли вообще, без специальных знаний судить непросто. Проекту точно бы не помешало экспертное мнение психолога.
Бешеные деньги
«£¥€$», она же «Ложь», — уже вторая попытка Ontroerend Goed создать мини-модель реально существующей макросистемы вместе со зрителями: если «Кандидат» рассказывал, как работает демократия, то новая премьера посвящает публику в устройство банковского дела. Получилось намного лучше, чем в первый раз.
«Кандидат» был чересчур абстрактным: соперники боролись неизвестно за какой пост, и зрители, вооруженные пультами для голосования, понятия не имели, по каким критериям их нужно поддерживать. Выбор в этой схематичной игре казался несущественным: у него не было понятных последствий, ведь мы не знали, на что кандидаты претендуют и что именно собираются делать, если победят. «Ложь» устроена по-другому: каждое ваше решение ведет к конкретному результату.
Сцена из проекта «Ложь» Глобальную экономику представляет импровизированный зал казино. Столов десять, за каждым — семь игроков и актер-крупье. Каждый зритель — это банк, каждый стол — вымышленное государство, названное в честь первого прибывшего игрока (например, Георгиевы Острова или Святая Анна). Ваш начальный капитал зависит от того, сколько у вас с собой наличных: сто рублей — это одна фишка, или миллион игровой валюты (не волнуйтесь, вы не потеряете ни копейки настоящих денег).
Сначала вам предложат инвестировать в понятные вещи вроде сельского хозяйства — на этом этапе проиграть почти невозможно, но и выигрывать вы будете немного. Очень скоро крупье соблазнит вас перейти на новый уровень, где несоизмеримо выше и риски, и прибыль.
Со временем опций в игре становится больше: можно брать в долг, покупать облигации других столов и продавать собственные, идти на слияние с успешными банками и поглощать неуспешные. Чем азартнее вы играете, тем сложнее вам оценивать ситуацию и тем быстрее глобальная экономика приближается к краху. Спектакль устроен так, что бóльшая часть игроков сделает выбор в пользу высоких и рискованных инвестиций — просто потому, что это весело: у столов, например, есть рейтинг, и, чем отчаяннее вы играете, тем выше вас оценивают. А потом окажется, что вы заигрались, опустошили рынок и лишили работы кучу людей.
Сцена из проекта «Ложь» «Ложь» оправдывает свою форму на сто процентов: ее невозможно представить в виде документального фильма, лекции или статьи. Она доказывает, что театр — это, на самом деле, особый способ познавать мир: не через факты, а через личные переживания. Экономические сведения — важная, но далеко не главная составляющая проекта: если вы и раньше ничего не понимали в мировой банковской системе, вряд ли вы научитесь объяснять на пальцах, почему случился кризис 2008 года.
Самое ценное, что вы вынесете из «£¥€$», — это ваш персональный опыт. Вы поймете, что запутанной современной экономикой управляют обычные, часто совсем не рациональные эмоции, — и не просто поймете, а убедитесь на собственном примере.
Словом, «£¥€$» искупает осадок от двух остальных, необязательных, премьер. Это достойное продолжение той линии, которую начали «Remote Moscow», «Cargo Moscow» и «Твоя_игра»: изобретательный театральный нон-фикшен, способный стать не просто впечатлением, а фактом биографии зрителя. Интеллектуальное приключение без снобизма, которое подходит и для корпоратива, и для программы прогрессивного фестиваля.