Неправомерный антиэкстремизм в августе 2018 года

Мы публикуем обзор основных и наиболее показательных событий в сфере неправомерного применения антиэкстремистского законодательства в России в августе 2018 года.

Нормотворчество

В начале августа Минкомсвязь вынесла на общественное обсуждение проект изменения федерального закона "Об информации". К перечисленным в законе видам информации, подлежащей блокировке по требованию Генпрокуратуры во внесудебном порядке, ведомство предлагает добавить и такую, которая содержит "обоснование и оправдание осуществления экстремистской и (или) террористической деятельности". Мы считаем нежелательной и допустимой лишь в исключительных случаях внесудебную блокировку сетевых материалов, а предложенные изменения, на наш взгляд, могут привести к дальнейшему росту злоупотреблений в области ограничения свободы слова. И если понятие "оправдание терроризма" определено в соответствующей статье 205.2 УК – как публичное заявление о признании идеологии и практики терроризма правильными, нуждающимися в поддержке и подражании, то определение понятия "обоснование и оправдание экстремистской деятельности" в российском законодательстве отсутствует, что открывает путь для произвольного его толкования.

Практика ЕСПЧ

28 августа 2018 года Европейский суд по правам человека (ЕСПЧ) вынес решения по двум делам, касавшимся применения российского антиэкстремистского законодательства, в которых признал нарушение Россией ст. 10 Европейской конвенции по правам человека, защищающей свободу выражения мнения.

ЕСПЧ удовлетворил жалобу блогера Саввы Терентьева на приговор, вынесенный в его отношении по ч. 1 ст. 282 УК (действия, направленные на возбуждение ненависти по признаку принадлежности к социальной группе, совершенные публично), присудил Терентьеву компенсацию судебных расходов, но отказал ему в компенсации морального вреда. Терентьев, пользователь "Живого журнала", в 2008 году был приговорен Сыктывкарским городским судом к одному году лишения свободы условно за то, что оставил в блоге местного журналиста комментарий, в котором в резких выражениях критиковал милицию и призвал установить на городских площадях печи, чтобы сжигать в них "неверных ментов". Суд счел, что высказывание Терентьева содержало призыв к насилию по отношению к социальной группе "милиционеры". Терентьев уехал в Эстонию и получил там статус политического беженца, затем переехал в Австрию.

ЕСПЧ обратил внимание на то, что комментарий Терентьева был сделан в ходе дискуссии вокруг пресс-релиза правозащитников об обыске, который прошел в редакции газеты, поддерживавшей оппозиционного кандидата на выборах, т.е. в рамках дискуссии о роли милиции в подавлении политической оппозиции в период избирательной кампании. Таким образом, был затронут вопрос, представляющий общественный интерес, а в подобных случаях ограничение свободы выражения мнений подлежит узкому толкованию, тем более в предвыборный период. С точки зрения ЕСПЧ, несмотря на то, что высказывание блогера было провокационным и грубым, оно содержало не призыв к реальному насилию, а метафору, выражавшую его желание увидеть милицию очищенной от коррумпированных и злоупотребляющих полномочиями сотрудников. Страсбургский суд указал, что правоохранительные органы вряд ли можно считать незащищенным меньшинством, группой, являющейся жертвой преследований или дискриминации. Соответственно, рекомендуется терпимость к оскорбительным высказываниям, за исключением случаев, когда таковые с неизбежностью провоцируют противозаконные действия по отношению к сотрудникам и подвергают их риску физического насилия. В практике ЕСПЧ такие случаи фигурировали лишь в делах, касающихся вооруженных конфликтов, борьбы с терроризмом и тюремных бунтов.

Европейский суд также заметил, что до момента возбуждения дела комментарий Терентьева, который не был ни общественным деятелем, ни даже известным блогером, не привлек широкого внимания. Поскольку российские суды не объяснили, каким именно образом деяние Терентьева угрожало общественной безопасности, и вообще не оценивали потенциальную опасность его высказывания, приведенные ими доводы не могут считаться относимыми к делу и достаточными для вмешательства в свободу выражения мнения. Терентьев был приговорен к условному сроку, а тюремное заключение (даже условное) за высказывания по вопросам общественной значимости, – мера исключительная, да и судимость сама по себе является серьезной санкцией. ЕСПЧ пришел к выводу, что назначенное Терентьеву наказание не отвечало требованию насущной общественной потребности и было непропорциональным по отношению к заявленной законной цели. Таким образом, преследование блогера не было необходимым в демократическом обществе.

В тот же день, 28 августа, Европейский суд вынес решение, касающееся признания экстремистскими в России сочинений турецкого богослова Саида Нурси. Суд единогласно постановил удовлетворить соответствующие жалобы, которые были объединены в один кейс – "Ибрагим Ибрагимов и другие против России". Первая жалоба касалась запрета четырнадцати сочинений Нурси из собрания "Рисале-и Нур". Соответствующее решение было вынесено Коптевским районным судом Москвы в 2007 году. Жалоба была подана от имени фонда "Нуру Бади", издавшего книги, и его руководителя Ибрагима Ибрагимова. Фонд был участником процесса в качестве третьей стороны, равно как и Совет муфтиев России. Вторая жалоба, "Единое духовное управление мусульман Красноярского края против России", оспаривала запрет брошюры "Десятое слово о воскресении из мертвых", также входящей в собрание "Рисале-и Нур". Решение о признании брошюры экстремистской было вынесено Железнодорожным судом Красноярска в 2010 году. ЕДУМКК было заказчиком издания брошюры и участвовало в рассмотрении дела в качестве третьей стороны.

Европейский суд отметил, что Саид Нурси – известный турецкий мусульманский богослов и комментатор Корана, и мусульманские лидеры и религиоведы как внутри России, так и за ее пределами полагают, что его тексты имеют умеренный характер и относятся к основному направлению в исламе, что они пропагандируют открытые и терпимые отношения между представителями разных религий, и что в них осуждается насилие в любой форме. Российская сторона не привела никаких свидетельств тому, что их распространение привело к какой-либо религиозной напряженности или другим негативным последствиям, а уж тем более к насилию. Культурные, исторические, религиозные и иные местные особенности, устанавливающие широкие возможности для регулирования межрелигиозных отношений в национальных законодательствах, не дают, тем не менее, одной отдельно взятой стране права запрещать своим гражданам доступ к общедоступной во всем мире авторитетной религиозной литературе.

ЕСПЧ указал, что судьи полностью полагались на заключения экспертов. В решениях о запрете 14 брошюр отсутствовали отсылки к каким-либо фрагментам этих книг, вызвавших нарекания, а контекст распространения книг Нурси и возможные негативные последствия такового во внимание судом не принимались. Экспертные заключения, представленные заявителями, суды учитывать отказались, как и мнения глав мусульманских организаций и знатоков ислама. Относительно процесса о признании экстремистским "Десятого слова о воскресении из мертвых", ЕСПЧ отметил, что некоторые пренебрежительные слова, использующиеся в книге в отношении последователей других вероисповеданий, и положительные характеристики мусульман не выходили за пределы допустимой критики других религий; они не сопровождались призывами к насилию и не могут быть истолкованы как возбуждающие ненависть и нетерпимость. Стремление автора обратить читателя в свою религию, на которое указывал российский суд, не следовало расценивать как повод для запрета религиозной книги, поскольку книга не навязывала никакие противозаконные методы достижения этой цели.

Таким образом ЕСПЧ пришел к выводу, что, рассматривая дела о признании книг Нурси экстремистскими и их запрете, российские суды не привели достаточных и относимых к делу оснований для вмешательства в право заявителей на свободу выражения мнения, гарантированное ст. 10 Европейской конвенции, и вмешательство в данном случае нельзя счесть необходимым в демократическом обществе. Суд постановил, что Россия должна выплатить Ибрагиму Ибрагимову 7500 евро в качестве компенсации морального вреда.

Между тем, в августе Федеральный список экстремистских материалов пополнился очередными четырьмя изданиями трудов Нурси, решение о запрете которых было принято Свердловским районным судом Красноярска в марте и подтверждено Красноярским краевым судом в июне 2018 года.

Преследование за возбуждение ненависти и оппозиционные высказывания

В начале августа стало известно об очередном случае уголовного преследования за публикацию картинок в соцсети по ч. 1 ст. 148 (оскорбление чувств верующих) и ч. 1 ст. 282 (возбуждение ненависти) в Барнауле – в отношении 38-летнего Андрея Шашерина. По его словам, его вынудили подписать явку с повинной о том, что он умышленно размещал во "ВКонтакте" изображения, направленные против групп лиц, выделенных по национальному и религиозному признаку, но впоследствии он отказался от своих показаний. По результатам амбулаторной психиатрической экспертизы Ленинский районный суд Барнаула во второй половине июля вынес решение направить Шашерина для проведения новой экспертизы в психиатрический стационар, оспорить решение не удалось. Мы не знаем, сколько именно мемов было вменено в вину Шашерину, в экспертизе фигурировало 36 изображений, размещенных им в соцсети. Известно, что одна из картинок касалась скандала с ретушированными часами на фотографии патриарха Кирилла – в меме Иисус Христос спрашивает у патриарха: "Время не подскажешь?", на что тот отвечает нецензурно. Мы считаем преследования за публикацию атеистических мемов неправомерным, с нашей точки зрения, неопределимое юридически понятие "оскорбления чувств верующих" вообще не должно было попасть в состав уголовной статьи. Еще одно изображение, характеризующее политику России в отношении Украины, имело хоть и агрессивный, но сатирический характер и не давало оснований для претензий. Третья картинка призывала к насилию в отношении уроженцев Кавказа.

В конце августа стало известно, что в Санкт-Петербурге возбуждено уголовное дело по ч. 1 ст. 282 УК в отношении 28-летнего Евгения Николаева, автора видеоблога "Дневник Белоруса". По версии следствия, подозреваемый опубликовал под видеозаписью другого автора комментарий, возбуждающий вражду и унижающий достоинство по признаку национальной принадлежности. Мы ознакомились с комментарием Николаева. В нем можно усмотреть признаки унижения достоинства не только россиян как политической общности, но и этнических русских. Однако никаких агрессивных призывов комментарий не содержит. Унижение достоинства, с нашей точки зрения, не представляет существенной общественной опасности и не заслуживает уголовного преследования.

В Калининградской области было предъявлено обвинение по ч. 1 ст. 282 УК (возбуждение ненависти либо вражды или унижение достоинства по признаку пола) 27-летнему жителю Багратионовска Артуру Смирнову, у которого диагностировано психическое расстройство. Его обвиняли в публикации во "ВКонтакте" под псевдонимом "Анхен Nightmarish Dream Штирнер" женоненавистнических постов. Подобные тексты он направлял и своей преподавательнице в университете – по электронной почте и оставляя сообщения на ее странице – что, очевидно, послужило поводом для его отчисления и уголовного преследования. После двух лет следствия в деле остался единственный пост, опубликованный Смирновым на его личной странице в 2014 году. Он содержит изображение мужчины, наносящего удар женщине, и текст, в котором автор в резких выражениях отзывается о женщинах, присущих им качествах и поведении. С нашей точки зрения, пост Смирнова не является прямым призывом к насилию, но безусловно содержит высказывания, направленные на унижение достоинства женщин. Унижение достоинства мы считаем деянием небольшой тяжести, которое следовало бы исключить из состава уголовной статьи.

Во второй половине месяца активистка феминистского движения из Омска Любовь Калугина сообщила, что следственным отделом СК одного из районов города в отношении нее проводится доследственная проверка на предмет возбуждения уголовного дела по ч. 1 ст. 282 УК в связи с ее публикациями в соцсети "ВКонтакте". Поводом послужило заявление о том, что ее посты возбуждают ненависть к мужчинам, поступившее от некоего жителя Биробиджана. В конце июля 2017 года Калугина была вызвана на беседу в полицию, с нее взяли объяснение. В августе 2018 года на беседе в СК Калугиной сообщили, что против нее может быть возбуждено уголовное дело, в отношении 12 постов с ее страницы проведена экспертиза. Высказывания, содержащиеся в этих публикациях, различаются по степени агрессии – от грубого юмора до таких, в которых можно усмотреть признаки унижения достоинства и призывы к насилию в отношении мужчин. С нашей точки зрения, общественная опасность агрессивных высказываний радикальных феминисток невелика, поскольку на данный момент их риторика не связана с какой-либо практикой применения реального насилия. Таким образом, необходимости в уголовном преследовании за агрессивные феминистские тексты нет. Однако требования удалять подобный контент могут быть вполне уместны.

В середине августа Александр Бывшев, поэт из Кром Орловской области, сообщил в соцсетях, что был допрошен по новому уголовному делу, которое было возбуждено в конце июля по ч. 2 ст. 280 УК (публичные призывы к экстремистской деятельности в интернете). Как рассказал Бывшев, дело касается публикации стихотворения "Посвящается расширению НАТО на восток". Мы сомневаемся в обоснованности преследования Бывшева за это стихотворение. Хотя автор прибегает к воинственной риторике, он призывает к расширению границ НАТО в рамках стратегии сдерживания, а не к войне с Россией. Кроме того, руководство стран НАТО и самого блока не относится к аудитории Бывшева, и поэтому его призывы сложно воспринимать как имеющие практическое значение. Напомним, Бывшев был дважды осужден по ч. 1 ст. 282 УК за публикацию стихотворений, на данный момент против него вновь возбуждено дело по той же ст. 282 УК, а также по ст. 294 УК (воспрепятствование осуществлению правосудия); во всех этих случаях, с нашей точки зрения, убедительных оснований для уголовного преследования не было.

В августе 2018 года стало известно, что центральный аппарат ФСБ расследует дело о деятельности пабликов в соцсети "ВКонтакте" и аккаунта в Instagram криминальной тематики. Супружеской паре из Екатеринбурга предъявлено обвинение по ч. 2 ст. 280 УК (публичные призывы к экстремизму через интернет) и чч. 1 и 2 ст. 282.1 УК (организация экстремистского сообщества и участие в нем); еще один обвиняемый по делу – их друг. 31 мая мужчин Верх-Исетский районный суд отправил под арест, они находятся в московском СИЗО "Лефортово", а с беременной жены одного из них взяли подписку о невыезде. Их обвиняют в том, что они администрировали паблики в соцсетях, распространяя идеологию "А.У.Е" ("Арестантского уркаганского единства"), в том числе, пропагандируя насилие в отношении сотрудников правоохранительных органов, и распространяя продукцию "с символикой движения". Идеология преступного мира (и субкультуры "А.У.Е.") ориентирована на противозаконную деятельность и концептуально несовместима с реализацией конституционных прав граждан. Тем не менее, эта идеология – не политическая и не направлена на изменение конституционного строя. Поэтому мы полагаем, что деятельность по популяризации этой идеологии не должна быть предметом антиэкстремистского правового регулирования, хотя в принципе может быть криминализована. Возможно, для организаторов структур, эксплуатирующих криминальную тематику и подстрекающих к насилию, должна быть предусмотрена новая уголовная норма, сходная по составу с ч. 1 ст. 239 УК (создание общественного объединения, деятельность которого сопряжена с насилием над гражданами).

В начале августа Кызыльский городской суд Республики Тыва оштрафовал местную активистку Оюмаа Донгак по ч. 1 ст. 20.3 КоАП (публичное демонстрирование нацистской символики). Претензии правоохранительных органов вызвал пост Донгак, размещенный во "ВКонтакте" в 2015 году, который содержал отрывок из современного интервью с немкой, участвовавшей в деятельности нацистского Союза немецких девушек, и ссылку на само интервью. Пост был проиллюстрирован архивной фотографией, на которой девушки машут флажками со свастикой. Кроме того, сотрудники полиции нашли на странице Донгак пост с фотографией Гитлера, сидящего за столом с газетой, фото иллюстрировало пост о том, что лидера нацистской Германии признавали человеком года. Мы считаем, что Донгак была привлечена к ответственности неправомерно. Ее публикации не преследовали цели оправдания нацистской идеологии, а, напротив, осуждали ее. Однако действующее российское законодательство позволяет карать за демонстрирование нацистской символики без учета контекста и направленности публикации.

Преследование религиозных организаций и верующих

В середине месяца Советский районный суд Красноярска приговорил к двум годам лишения свободы условно 27-летнего Сабиржона Кабирзоду, признав его виновным в участии в деятельности экстремистской организации "Нурджулар" (ч. 2 ст. 282.2 УК). Мы считаем неправомерным как запрет книг турецкого богослова Саида Нурси, так и запрет объединения "Нурджулар", которого в России не существовало вовсе: с нашей точки зрения, есть только отдельные верующие, которые изучают наследие Нурси и сталкиваются с необоснованным преследованием.

В те же дни Приволжский окружной военный суд приговорил к восьми годам лишения свободы по ч. 2 ст. 205.5 УК (участие в деятельности террористической организации) Рината Галиуллина. Он был признан виновным в продолжении деятельности запрещенной в России исламской радикальной партии "Хизб ут-Тахрир". Ранее, в 2013 году за причастность к организации Галиуллин был приговорен к шести с половиной годам колонии; в 2015 году срок заключения ему был сокращен до пяти лет. Галиуллина обвинили в том, что находясь в заключении, он проводил "коллективные и индивидуальные беседы с заключенными и пытался вовлечь их в деятельность «Хизб ут-Тахрир»".

В середине августа в Уфе был арестован хозяин торговой точки халяльной продукции Алмаз Усманов. Он получил статус обвиняемого по уголовному делу, возбужденному по ст. 205.5 УК в связи с деятельностью "Хизб ут-Тахрир".

Мы считаем неправомерным обвинение последователей "Хизб ут-Тахрир" в терроризме только на основе партийной деятельности (проведения собраний, чтения литературы, и т.п.).

В августе было возбуждено как минимум два новых дела по ст. 282.2 УК за продолжение деятельности общин Свидетелей Иеговы, которые были запрещены в России как местные отделения экстремистской организации.

В начале месяца УФСБ России по Хабаровскому краю провело обыски по меньшей мере в четырех домах Свидетелей Иеговы в Хабаровске. 51-летний Валерий Москаленко был задержан и на следующий день арестован судом как обвиняемый по ч. 2 ст. 282.2 УК (участие в деятельности экстремистской организации).

Во второй половине августа дело по ч. 1 ст. 282.2 УК (организация деятельности экстремистской организации) было возбуждено в отношении трех Свидетелей Иеговы из города Елизово (Камчатский край): супругов Константина и Снежаны Баженовых и их знакомой, 72-летней Веры Золотовой. С женщин после двухдневного задержания взяли подписки о невыезде и надлежащем поведении, мужчина был арестован судом, но затем освобожден без избрания меры пресечения.

В апреле 2017 года Верховный суд России принял решение о признании Управленческого центра Свидетелей Иеговы в России и 395 местных организаций Свидетелей Иеговы экстремистскими. С нашей точки зрения, это решение, ставшее основанием для уголовного преследования верующих, не имело законных оснований.