Original Material
Разгром русских анархистов
В России ведется наступление на левых активистов. Дела заводят и на случайных людей
В архангельском ФСБ 31 октября 2018 года произошел взрыв; его устроил 17-летний анархист, который сам погиб при теракте. Расследование этой истории привело к масштабным репрессиям против российских левых активистов — многочисленным задержаниям, более сотни обысков, нескольким уголовным делам. Особенно силовики интересуются «Народной самообороной» — крупнейшей в стране анархистской организацией, которую обвиняют и в подготовке теракта в Архангельске, и более чем в 200 других «экстремистских акций». Спецкор «Медузы» Павел Мерзликин рассказывает, как по делу о взрыве в ФСБ преследуют анархистов — и случайных людей.
«Радикализация молодежи»
«Товарищи, сейчас в здании ФСБ г. Архангельск будет совершен теракт, ответственность за который я беру на себя». Такое сообщение оставил утром 31 октября 2018 года пользователь с ником Валерьян Панов в анархистском телеграм-чате «Речи бунтовщика». Панов пояснил, что решился на это, поскольку ФСБ «фабрикует дела и пытает людей»: к тому времени расследование дела «Сети», по которому преследуют анархистов и антифашистов, продолжалось уже около года. В обращении автор написал, что, скорее всего, погибнет при взрыве, а в конце добавил: «Светлого вам будущего анархического коммунизма!»
Через несколько минут после этого сообщения в здание местного управления ФСБ зашел молодой человек в черной куртке. Он достал из сумки взрывное устройство — и привел его в действие. Юноша погиб, трое сотрудников службы пострадали. Следственный комитет сразу квалифицировал дело как теракт — по данным Совета безопасности, единственный произошедший в России в 2018 году.
Погибший — 17-летний архангельский студент Михаил Жлобицкий. Он придерживался анархистских взглядов, часто переписывался с другими активистами в телеграм-чатах, неплохо знал историю анархизма и сидел во «ВКонтакте» под псевдонимом «Сергей Нечаев», рассказали «Медузе» несколько источников среди активных анархистов. Они подчеркивают, что знали Жлобицкого только по его сообщениям в чатах, никаких активных действий до теракта он не предпринимал и не был заметной фигурой в движении. Сам подросток писал в чатах, что готов к активной борьбе против государства, но хочет дождаться 18-летия, чтобы самостоятельно отвечать за свои действия.
Власти Архангельской области сразу заявили, что Жлобицкий действовал в одиночку. О том же говорят собеседники «Медузы» среди анархистов — по их словам, Жлобицкий был «одиночкой» и не состоял ни в каких организациях. Несмотря на это, в ФСБ и МВД после взрыва заявили о проблеме «радикализации молодежи» в России, пообещали бороться с ней и предотвращать случаи, подобные атаке на ФСБ и нападению на колледж в Керчи — оно произошло ровно на две недели раньше (тогда 18-летний студент политехнического колледжа Владислав Росляков взорвал самодельную бомбу и открыл огонь по ученикам и педагогам из охотничьего ружья; 20 человек погибли, более 40 получили ранения; Росляков покончил с собой).
Сразу после теракта в Архангельске правоохранительные органы провели череду обысков по всей стране. Следственные действия продолжаются и сейчас — в апреле 2019 года РИА Новости сообщили, что правоохранители напрямую связывают теракт с анархистской организацией «Народная самооборона». Ей же вменяют 247 «экстремистских акций» в 40 городах России.
«Медуза» поговорила с представителями «Народной самообороны» по электронной почте. В движении подчеркнули, что непричастны к теракту — Жлобицкий никогда не состоял в организации, хотя был подписан на сообщества движения и общался в открытых телеграм-чатах «Народной самообороны». Однако активисты понимают, как появилось заявление о 247 других «экстремистских акциях» в 40 городах — силовики просто посчитали все мероприятия анархистов, отчеты о которых регулярно появлялись на ресурсах «Народной самообороны». При этом многие акции были одиночными пикетами, а как минимум часть из них устроили не участники «Самообороны», а другие анархисты.
Тем не менее сейчас ФСБ активно ищет причастных и к этому движению, и к теракту — всего, по данным главы международной правозащитной организации «Агора» Павла Чикова, в рамках дела о взрыве в Архангельске проведено порядка 100 обысков. Источники «Медузы» говорят, что на самом деле обысков было еще больше.
Движение «Народная самооборона» появилось в 2013 году после внутреннего раскола другого известного анархо-коммунистического объединения — «Автономного действия», работавшего с 2002-го и считавшего своей главной целью уничтожение государства и всех его институтов. Как рассказали «Медузе» источники среди активных анархистов, «Народная самооборона» с самого начала представляла собой децентрализованное движение с активистами во множестве городов России. Главной своей целью они видели «достижение бесклассового и безгосударственного общества» через популяризацию идей анархизма, поэтому в основном занимались агитацией и устраивали уличные акции — небольшие шествия и пикеты. Также у «Народной самообороны» был отдельный проект «Прямое действие» по борьбе с «квартирным рейдерством» — анархисты дежурили на квартирах, которые у хозяев пытались отобрать мошенники или коллекторы.
К началу 2018 года «Народная самооборона» фактически стала главной и самой крупной анархистской организацией в России, говорят собеседники «Медузы». В самом движении добавляют, что сейчас они — «в принципе единственное публичное движение анархистов, действующее в масштабах всей страны»
По мере развития организации резко возросла и уличная активность российских анархистов — в начале 2017 года она была фактически на нулевом уровне. К некоторым кампаниям «Народной самообороны» (например, акциям в поддержку политзаключенных) присоединялись анархисты из 30-40 городов России. Не все они состояли в «Народной самообороне», но движение росло — новые активисты появлялись постоянно (численность «Самообороны» достоверно неизвестна).
Анархисты активно протестовали перед выборами президента России, которые состоялись в марте 2018 года. По всей стране активисты оставляли граффити, расклеивали плакаты и стикеры с надписями вроде «Выбери свободу, а не президента». На многих подобных агитационных материалах был указан сайт «Народной самообороны».
В начале февраля 2018 года «Самооборона» призвала участников движения и других анархистов провести акции в поддержку фигурантов дела «Сети». «Для нас очевидно, что происходящее — лишь попытка зачистить анархистское движение перед выборами президента 2018 года», — писали на сайте движения. В итоге акции состоялись по всей стране. В Москве небольшая колонна молодых людей в черной одежде с файерами и баннером «ФСБ — главный террорист» прошла по Мясницкой улице — там находится Пограничная служба ФСБ. Через несколько дней челябинские анархисты вывесили баннер с таким же текстом на заборе местного управления ФСБ. Предполагаемых участников акции в Челябинске задержали, они заявили, что их пытали током и расспрашивали именно про «Народную самооборону». Активное преследование организации продолжается до сих пор.
Признания под пытками
С февраля 2018 года силовики пытались связать с «Народной самообороной» фигурантов различных уголовных дел. Например, в марте 2018-го в Москве задержали нескольких анархистов по подозрению в нападении на офис «Единой России». Во время обысков анархистов расспрашивали о «Народной самообороне» (информация о нападении была опубликована в сообществе движения) и растущей уличной активности анархистов. Несколько задержанных заявили о пытках. Московский анархист Святослав Речкалов заявил, что под пытками его заставили признаться, что он является лидером «Народной самообороны», хотя на самом деле в анархистском движении нет лидера. После этого Речкалов покинул Россию, но, по данным РИА Новостей, следователи до сих пор считают его главой «Самообороны». Представители движения в переписке с «Медузой» отметили, что силовикам просто очень удобно обвинять протестные движения в том, что ими руководит кто-то из-за рубежа.
О пытках заявлял и другой подозреваемый по делу о нападении на офис «Единой России» — математик, аспирант МГУ Азат Мифтахов. Ученого, который не скрывал своих анархистских взглядов, задержали в начале февраля 2019 года и изначально пытались обвинить в изготовлении взрывчатки, но нужных доказательств следствие найти не смогло. В итоге Мифтахова отпустили из изолятора, однако сразу же задержали по делу о нападении на офис единороссов. Математик, за которого вступились сотни ученых по всему миру, до сих пор находится в «Бутырке». Следствие считает, что он тоже состоял в «Народной самообороне», хотя никаких признаний от Мифтахова следователи не получили.
Анархист уверен: его преследуют за политические взгляды. Единственное доказательство вины активиста — показания секретного свидетеля, который якобы опознал его по «выразительным бровям» через год после преступления. Правозащитная организация «Мемориал» признала математика политическим заключенным (подробно об истории Азата Мифтахова «Медуза» рассказывала в этом материале).
После взрыва в архангельском ФСБ подобные репрессии против «Народной самообороны» усилились: анархисты, с которыми удалось поговорить «Медузе», говорят, что во время обысков или задержаний активистам прямо говорили, что им мстят за взрыв и пострадавших сотрудников ведомства. По их словам, ФСБ решило уничтожить «Народную самооборону».
Восьмиклассник-анархист
«Народная самооборона» сообщала, что сразу после теракта правоохранители начали масштабные обыски и проверки подписчиков сообщества организации во «ВКонтакте» — сейчас в нем состоят 30 тысяч человек. Полиция и ФСБ вычисляли подписчиков и проводили с ними профилактические беседы по поводу их отношения к анархизму и «Народной самообороне».
Во время массовых проверок в Москве задержали 14-летнего анархиста Кирилла Кузьминкина. По данным «Коммерсанта», он якобы мог готовить теракт на «Русском марше» 4 ноября 2018 года — задержали Кузьминкина за два дня до этого. Позднее стало известно, что подросток вместе со знакомыми якобы хотел пойти на марш, чтобы подраться с участниками. Официальное обвинение в подготовке теракта также не было предъявлено — подростка задержали по подозрению в незаконном изготовлении и хранении взрывчатых веществ в составе организованной группы. ФСБ считала, что у школьника были сообщники и разыскивала их, но найти не смогла. 16 апреля стало известно, что статью, по которой проходит школьник, смягчили — Следственный комитет убрал из обвинения данные об организованной группе.
Родные школьника отвергали все обвинения в его адрес. Они объясняли, что Кирилл увлекался химией и во время обыска дома у него нашли «что-то вроде петарды», а также отдельные общедоступные компоненты вроде селитры. От оперативных комментариев «Медузе» семья Кузьминкина отказалась.
Силовики вышли на московского школьника из-за того, что он якобы общался с Михаилом Жлобицким, устроившим взрыв в Архангельске. По данным источников РБК, Кузьминкин и Жлобицкий познакомились в соцсетях и обсуждали технологию изготовления взрывных устройств. В том числе они якобы общались незадолго до самоподрыва Жлобицкого в Архангельске. Отец школьника Игорь Кузьминкин говорил, что его сын и устроивший взрыв в Архангельске лишь состояли в «одной группе» в соцсетях.
С ноября 2018 года восьмиклассник находится в СИЗО — там же он посещает школьные занятия. Расследование продолжается. При этом дело школьника — далеко не единственное, появившееся из-за взрыва в Архангельске.
Общество оправдывающих терроризм
Калининградец Вячеслав Лукичев рассказывает, что увлекся анархизмом около 10 лет назад, еще в школе: подросток, который всегда много читал и интересовался историей, решил, что эта идеология «самая правильная». С тех пор Лукичев всегда хотел на своем примере показать окружающим, что «анархисты не маргиналы». Он усердно изучал теорию анархизма, помогал приютам для животных и детским домам, организовывал экологические акции. Параллельно Лукичев работал (в последнее время — поваром в веганском кафе), а все свободное время посвящал активизму. Он расклеивал по городу стикеры и рисовал граффити в поддержку репрессируемых анархистов и антифашистов, за это на Лукичева неоднократно нападали неонацисты.
Сейчас Лукичеву 24 года. В «Народной самообороне» он состоял с момента появления организации. Активист участвовал в акциях движения, занимался продвижением организации в соцсетях, открыл в Калининграде специализированную библиотеку для анархистов и антифашистов. Лукичев поясняет, что из-за этого о нем хорошо знали и в правоохранительных органах. Кроме того, с 2018 года активист находится в розыске по линии Интерпола по делу о нападении на участника вооруженного конфликта в Донбассе Дмитрия Иващенко (Вербича). Нападение произошло в Киеве, сам Лукичев свою вину отрицает. Активист поясняет, что в России его никто не пытался задержать по делу об этом нападении.
Однако 4 ноября 2018 года калининградца задержали по другой причине. Лукичев стоял на автобусной остановке и собирался поехать в приют для животных вместе со своей девушкой и еще одной подругой. К остановке подъехала «подозрительная машина», оттуда вышли шесть человек в масках. Всех троих посадили в машину и увезли в управление ФСБ по Калининграду.
Адвокат Лукичева Мария Бонцлер рассказывала, что после задержания на допросе, который длился 36 часов, активиста пытали. По ее словам, силовики пытались связать Лукичева с организатором взрыва в архангельском ФСБ, расспрашивали про «Народную самооборону» и ее членов. Признательных показаний в терроризме они не получили, но в ФСБ знали, что Лукичев является создателем и администратором анархистского телеграм-канала «Прометей» (на момент задержания в нем было около четырех тысяч подписчиков), связанного с «Народной самообороной». Подписчики этого канала общались в чате «Речи бунтовщика» — именно там свое предсмертное послание перед взрывом в ФСБ оставил Михаил Жлобицкий.
После теракта в Архангельске в «Прометее» появился пост со скриншотом предсмертной записки Жлобицкого и небольшим авторским комментарием — поступок подростка называли геройским, но в целом не одобряли. В написании этого поста и обвинили Лукичева. Он признал свою вину; активист пояснял, что сделал это, чтобы сотрудники ФСБ отпустили его девушку и ее подругу — их продержали в управлении больше суток.
«Медузе» Лукичев рассказал, что не писал текст о геройском поступке, а просто скопировал его из другого канала. Анархист добавил, что действительно считает поступок Жлобицкого смелым, но не одобряет его, поскольку взрыв в ФСБ привел к усилению репрессий против анархистов.
По делу об оправдании терроризма Вячеслав Лукичев провел в СИЗО больше четырех месяцев, 14 марта его оштрафовали на 300 тысяч рублей. Анархиста внесли в реестр экстремистов и террористов Росфинмониторинга. Сейчас Лукичев пытается оспорить приговор, он намерен обратиться в ЕСПЧ. При этом активист отмечает, что его могли приговорить и к реальному сроку, но помог общественный резонанс — за него вступились многие зоозащитные и правозащитные организации, а «Мемориал» посчитал дело политически мотивированным.
«Момент показательной порки»
Вячеслав Лукичев — не единственный обвиняемый в оправдании терроризма в связи со взрывом в архангельском ФСБ. Известно как минимум еще о четырех уголовных делах.
К псковской журналистке, автору «Радио Свобода» и других изданий Светлане Прокопьевой пришли с обысками 6 февраля. Обыски проводились по уголовному делу об оправдании терроризма, а поводом для его возбуждения стало высказывание журналистки в эфире радиостанции «Эхо Москвы в Пскове» по поводу взрыва в Архангельске. Прокопьева в ходе своего выступления заметила, что государство «само воспитало» поколение граждан, которые теперь борются с ним из-за репрессивной политики.
Обыски прошли также в редакции радиостанции, после чего суд оштрафовал ее на 150 тысяч рублей по административной статье о злоупотреблении свободой информации. На 200 тысяч рублей был оштрафован сайт «Псковская лента новостей», который перепечатал этот эфир. Сейчас все публикации удалены.
Прокопьева до сих пор находится под следствием. Ее адвокат Тумас Мисакян пояснил «Медузе», что расследование продлено до июня 2019 года. Он подчеркнул, что защита уверена в невиновности журналистки — в ее словах, по мнению защитника, не было оправдания терроризма. Мисакян рассчитывает, что дело будет прекращено.
Сама Прокопьева также отвергала все обвинения. Журналистка рассказала «Медузе», что, находясь под следствием, продолжает работать — в основном редактирует чужие тексты. «Конечно, есть момент показательной порки — меня же пытаются обвинить в том, что я делала свою работу. Размышлять о происходящем, анализировать события — это работа журналиста, его профессиональная обязанность», — говорит Прокопьева, подчеркивая, что надеется, что следователи все-таки закроют дело.
Похожие обвинения выдвинуты против еще трех человек. Анархистке из Карелии Екатерине Мурановой вменяют написание поста о Михаиле Жлобицком с такой цитатой: «…но перед глазами стоит призрак славных героев и динамита XIX века, что столь же самоотверженно отдавали свои жизни борьбе». Также, по версии следствия, Муранова оставила под фотографией, на которой было изображено граффити с подрывником, комментарий «Мир его праху! Герой» в группе «Народной самообороны» во «ВКонтакте». Сама обвиняемая отказалась от показаний, воспользовавшись 51-й статьей Конституции. Муранова находится под подпиской о невыезде.
52-летнюю активистку КПРФ Надежду Ромасенко из города Вытегра Вологодской области тоже обвинили в оправдании терроризма из-за поста во «ВКонтакте». В полиции Ромасенко показали анонимную жалобу, на которой был скриншот с ее страницы «ВКонтакте», где перепечатано последнее сообщение Михаила Жлобицкого перед взрывом с комментарием: «Молодец». Сейчас коммунистка говорит, что не оправдывает поступок Жлобицкого и считает свой пост «глупостью». При этом Ромасенко предполагает, что уголовное дело против нее появилось из-за того, что она активно участвует в протестных акциях.
Последний обвиняемый в оправдании поступка Жлобицкого — петербуржец Павел Зломнов. Его задержали еще в январе 2018 года по делу о незаконном хранении оружия. Его родственники рассказывали, что при задержании сотрудники ФСБ избили мужчину. Затем Зломнова отправили в СИЗО-6 «Горелово». Правозащитники неоднократно заявляли, что из заключенных там выбивают показания — в том числе другие заключенные, сотрудничающие с администрацией.
В начале февраля Зломнова отпустили из СИЗО под подписку о невыезде из-за истечения максимального срока расследования, но практически сразу арестовали по новому уголовному делу — о публичном оправдании терроризма.
Адвокат Зломнова от «Правозащиты открытки» Павел Ясман пояснил «Медузе», что это дело строится на показаниях других заключенных, которые якобы слышали, как петербуржец называл подростка, устроившего взрыв в ФСБ, «настоящим героем народным». Сейчас против Павла Зломнова возбудили еще одно, уже третье уголовное дело — об оскорблении представителя власти. Якобы он, находясь в СИЗО, оскорбил одного из сотрудников ФСИН.
Защищают Зломнова по этим делам его брат и отец — юристы Михаил и Андрей Зломновы. Они тоже попали под уголовное преследование: в конце января 2019-го против них возбудили дело об оскорблении следователя ФСБ Дмитрия Саблина, который занимается делом Павла Зломнова. После этого адвокаты Москвы и Петербурга выразили протест против преследования коллег — защищать Зломновых вызвались более 40 юристов.
«К репрессиям должен быть готов каждый»
В начале апреля 2019 года обыски в рамках расследования теракта в Архангельске продолжились. Обыскивали как анархистов, так и на первый взгляд совершенно случайных людей от Москвы до Хабаровска — преподавателей, музыкантов, уличных художников, активистов других политических движений. Некоторые из них были подписаны на «Народную самооборону» в соцсетях, другие говорили, что впервые слышат о такой организации. Силовики в ответ расспрашивали их об этом движении, взрыве в Архангельске, а также об анархистских чатах в телеграме и даже о том, любят ли они играть в шутеры.
Среди прочего, ФСБ провела обыск в квартире родителей правозащитника, юриста Московской Хельсинской группы Александра Передрука. Силовики пытались установить, был ли Передрук знаком с Михаилом Жлобицким, устроившим взрыв в Архангельском ФСБ. Во время обыска у юриста изъяли компьютер и карту памяти. В разговоре с «Медузой» Передрук пояснил, что не понимает причин внимания со стороны правоохранителей — с подростком из Архангельска он не был знаком. Сейчас адвокат Передрука Сергей Голубок направил в СК запрос с просьбой объяснить причину обыска, но ответа пока не было.
Некоторые из тех, у кого прошел обыск, получили статус свидетелей по делу о взрыве в ФСБ. Среди них — басист астраханской блэк-метал группы Doden Grotte Михаил Каргин. Сотрудники ФСБ и СК пришли к нему утром 2 апреля и в поисках переписки с Михаилом Жлобицким изъяли компьютер и телефон. Также у музыканта забрали массогабаритные макеты патронов, которые используют в своих костюмах члены группы.
«Медузе» Каргин рассказал, что правоохранители спрашивали его, знаком ли он со Жлобицким, а также состоит ли он в паблике «Народной самообороны» и других анархистских сообществах в соцсетях. Музыкант ответил, что никогда не был связан с анархистами и другими политическими активистами: «У меня вообще нет никаких предположений о том, почему пришли ко мне». Подобные показания давали большинство людей, у которых прошли обыски.
Анархист Вячеслав Лукичев, осужденный по делу об оправдании теракта в Архангельске, рассказал «Медузе», что во время допросов ему показывали базу предполагаемых участников «Народной самообороны», но в ней было много посторонних людей. По какому принципу силовики выбирают людей для обысков, Лукичев не знает — но предполагает, что сейчас для того, чтобы попасть в поле зрения ФСБ, достаточно быть подписанным на паблик организации или даже просто ставить лайки к публикациям. Либо быть хотя бы немного знакомым с кем-то из предполагаемых активистов.
«Удар идет не только на предполагаемых участников движения или конкретных акций, но даже просто на тех, кто читает, интересуется. Хотят подавить не столько какое-либо движение, наказать участников каких-либо акций, сколько саму анархистскую идею», — говорят в «Народной самообороне».
Активисты уверены, что с помощью подобных методов против движения пытаются сфабриковать масштабное уголовное дело об экстремистском сообществе. В организации подчеркивают, что силовикам сейчас в принципе «интересны анархисты» из-за их уличной активности, поэтому не исключено, что многочисленные уголовные дела анархистов в итоге могут попытаться объединить — например, дело «Сети» и возможное дело «Народной самообороны».
Вячеслав Лукичев пояснил, что некоторые активисты запуганы таким вниманием властей — количество уличных акций анархистов уже сократилось. В «Народной самообороне» говорят, что из-за репрессий отказываются от открытой деятельности, которой занимались раньше — например, от борьбы с квартирными рейдерами. Однако движение продолжает заниматься организацией анархистских кампаний и агитацией — но уже более скрытно, чем раньше. Теперь активистам подробно рассказывают, как соблюдать меры конспирации, и объясняют, что не стоит бояться ФСБ. В «Народной самообороне» считают, что к репрессиям должен быть готов каждый — «как морально, так и просто понимать как себя вести, когда к тебе приходят силовики».
Павел Мерзликин