Леонов № 1. Каким планета Земля запомнит первого человека в открытом космосе

11 октября умер Алексей Леонов — первый человек в открытом космосе, юный художник, ставший космонавтом; космонавт, ставший художником, банкиром, защитником от рейдеров и героем фильмов. «Медуза» вспоминает, какая удивительная жизнь досталась Леонову, как часто она могла оборваться и сколько всего он успел в ней попробовать.

Во время выхода в космос Леонов мог погибнуть минимум трижды

Выход Алексея Леонова в открытый космос 18 марта 1965 года расписан по секундам. «Восход-2» стартовал ровно в 10 утра по московскому времени. На первом же витке была надута шлюзовая камера. В 11 часов 32 минуты и 54 секунды, когда космонавты пролетали над Черным морем, управлявший системами корабля Павел Беляев открыл выходной люк. Две минуты спустя Леонов уже выплыл в безвоздушное пространство. Его выход снимали две теле- и одна кинокамера, закрепленная прямо на шлюзе. К сожалению, снимки от первого лица Леонову сделать не удалось: у него была с собой миниатюрная фотокамера, но спусковой тросик камеры он не нашел. Полет Леонова в открытом космосе занял 11 минут 51 секунду. Пять раз он удалялся от шлюза, а затем по пятиметровому фалу возвращался обратно.

До возвращения на корабль весь полет происходил по заранее запланированному сценарию. Однако весь остаток программы стал чередой нештатных ситуаций. Сам Леонов позже говорил, что всерьез рисковал погибнуть как минимум три-четыре раза. Сначала оказалось, что плохо испытанный скафандр раздулся от нагнетаемого кислорода. И теперь войти в шлюз штатным образом — ногами вперед — не получается. Леонов, не запросив разрешения, сбросил давление до четверти нормального и втянул себя в люк. Позже он объяснял Сергею Королеву: «У меня выбора не было никакого. Если бы я доложил, вы бы стали формировать комиссию, выбирать председателя… В конце концов мне бы сказали открыть клапан и сбросить давление — только я бы уже умер к этому моменту». Пот заливал лицо, поэтому космонавту пришлось снять шлем скафандра еще до того, как давление вернулось в норму и была проверена герметичность шлюза. Из-за нештатного положения Леонову едва удалось сделать в тесном шлюзе кувырок, чтобы попасть в корабль. Входя, он случайно задел шлангом тумблер и включил подачу кислорода, что могло привести к пожару. К счастью, его удалось избежать.

Посадка «Восхода-2» тоже превратилась в тест на выживание

Беляеву и Леонову пришлось садиться на ручном управлении: автоматический режим использовать было невозможно из-за аварии системы ориентации по Солнцу. Однако само управление из-за расположения космонавтов на «Восходе-2» тоже было фактически невозможно: кресла были развернуты так, что Леонову пришлось отстегнуться, выйти из кресла и корректировать действия Беляева по визиру ручной ориентации «Взор». Это заняло дополнительные 22 секунды. В результате место приземления сместилось на 160 километров от расчетного, а перемещения по кораблю изменили его положение в пространстве. Тем не менее посадка прошла успешно. Однако, приземлившись, Леонов и Беляев не смогли определить свои координаты из-за неполадок с навигационным прибором и два дня ждали спасателей зимой в пермской тайге. «Из-за пота у меня в скафандре было по колено влаги, примерно 6 литров, — вспоминал Леонов. — Потом, уже ночью, я говорю Паше [Беляеву]: „Ну все, я замерз“. Мы сняли скафандры, разделись догола, выжали белье, надели его вновь. Затем спороли экранно-вакуумную теплоизоляцию. Всю жесткую часть выбросили, а остальное надели на себя. Это девять слоев алюминизированной фольги, покрытой сверху дедероном. Сверху обмотались парашютными стропами, как две сосиски. И так остались там на ночь. А в 12 дня прилетел вертолет».

В очередной раз Леонов чуть не погиб во время покушения на Брежнева: преступник перепутал машины кремлевского кортежа

22 января 1969 года по Москве двигался кортеж правительственных автомобилей. В одном из них сидел генеральный секретарь ЦК КПСС Леонид Брежнев. В другом — космонавты, только что совершившие полеты на кораблях «Союз-4» и «Союз-5».

Когда кортеж въезжал в Кремль, младший лейтенант армии Виктор Ильин, решивший убить генсека, начал стрелять из двух пистолетов Макарова во вторую машину. Ильин был уверен, что Брежнев сидит именно в ней. Однако в этой машине сидели космонавты — включая Леонова. Всего в машину попали 14 пуль — одна из них угодила в шею водителю, позже он умер. «Я повернул голову, и еще одна пуля пролетела прямо перед лицом. Если бы я не повернулся, пуля была бы в виске», — вспоминал Леонов. Лейтенанта Ильина потом признают невменяемым, а космонавт придет к выводу, что произошедшее — заговор спецслужб, поэтому машины поменяли местами не просто так.

В 1990 году Ильина освободили из психиатрической лечебницы. В интервью он объяснял, что решил убить генсека, когда понял, как сильно советская пропаганда расходится с советской реальностью, и написал Брежневу письмо с планом реформ — а тот не ответил.

Леонов первым пожал руку американцу в космосе

17 июля 1975 года бригадный генерал США Томас Стаффорд и национальный герой СССР Алексей Леонов видят друг друга сквозь открытые люки состыкованных кораблей «Союз» и «Аполлон» — и пожимают руки. Это была первая советско-американская стыковка и первое международное рукопожатие в космосе. После рукопожатия Леонов долго уговаривал американцев выпить водки из специального космического тюбика с надписью «Пшеничная» — а когда те наконец сдались и отхлебнули, в нем оказался борщ.

Корабли в этот момент пролетали в районе Западного Берлина — и это сочли символом приостановки холодной войны. «До полутора миллиардов человек во всем мире видели, как я пожимаю руку Алексею и говорю, что если такие люди могут работать вместе, мы можем работать вместе над многими вещами», — позже вспоминал Стаффорд. Разрядка продолжалась вплоть до ввода советских войск в Афганистан, а само рукопожатие превратилось в искреннюю 44-летнюю дружбу: Леонов и Стаффорд продолжали регулярно общаться и встречаться.

Космонавт написал более 200 картин

Леонов десятилетиями пытался нарисовать космос именно таким, каким его видит человек, плывущий над Землей в абсолютной пустоте. «Я завис в семи метрах от корабля лицом к солнцу. Чувствовал прикосновение его лучей на губах, где не было светофильтра. Солнце было неземное: яркое и очень жаркое», — описывал это ощущение Леонов в своих мемуарах. К передаче своих визуальных ощущений он подходил с инженерной скрупулезностью: с замером изгиба Земли и аномалоскопом — прибором для испытания цветового зрения человека.

На картинах — его собственный выход в открытый космос, программа «Союз» — «Аполлон», просто восходы Солнца над Землей. Есть даже карикатуры на других космонавтов и астронавтов. Зарисовки «Восхода-2» Леонов делал нелегально — это было запрещено.

До 30 ноября эти картины можно увидеть в Музее космонавтики в Москве: с мая там работает выставка, открытая к 85-летию Леонова.

В «Космической одиссее 2001 года» Стэнли Кубрика звучит дыхание Леонова

Об этом космонавт рассказывал в нескольких интервью.

Леонов регулярно называл «Одиссею» самым «правдивым и технически правильным фильмом о космосе». А вот «Гравитация» ему не понравилась.

Леонов занимался бизнесом: в детстве рисовал ковры ради хлеба, потом был банкиром и защитником от рейдеров

Свой первый бизнес будущий космонавт начал, когда ему было десять лет. Он вспоминал, что во время войны семья жила впроголодь (у родителей Леонова было десять детей), а сам он уже тогда неплохо рисовал. Отец Леонова приносил с завода масляные краски, помогал сыну натягивать на раму простыни, грунтовать их мелом, мукой и казеиновым клеем. Поверх грунтовки мальчик рисовал декоративные ковры, которые было принято вешать на стену. На рынке такие произведения дорого стоили — «две буханки хлеба». Правда, сюжеты у Леонова были нетипичные: не «лебеди, голубки и женщины с лошадьми», а «теплая осень, голубые горы, на переднем плане дуб какой-нибудь ядреный».

Годы спустя космонавт снова вернулся к предпринимательству, но в более серьезных масштабах. В 1992 году, уволившись из армии, он занялся финансами: пенсия летчика-космонавта в тот момент «равнялась стоимости бутылки водки», вспоминал Леонов. Получив приглашение поработать в инвестиционном фонде «Альфа-Капитал», Леонов долго не размышлял. С 1992 по 2000 год он был президентом фонда, а затем — советником первого зампредседателя Альфа-банка.

В 2016 году журналу Forbes Леонов объяснил, что именно делал в коммерческих структурах все это время — работал над созданием филиальной сети банка. «Поскольку хорошо знаю регионы [России], экономическое состояние практически всех регионов, целесообразность расположения банка, прогноз денежных потоков», — говорил он. Леонов много ездил по стране для встреч с сотрудниками своего банка, его партнерами и чиновниками — имя и образ советского героя помогали ему найти общий язык с людьми.

Альфа-банк использовал образ своего топ-менеджера и в рекламе: Леонов снимался в роликах, а картины космонавта размещали на пластиковых картах. Еще Леонов был членом консультативного комитета инвестфонда Baring Vostok, основатель которого американец Майкл Калви сейчас содержится под арестом. Космонавт помогал ему договариваться с чиновниками и даже отразить несколько рейдерских атак.

В 2019 году Леонов снова оказался в открытом космосе — но уже на фотографии

29 мая космонавты Олег Кононенко и Алексей Овчинин взяли с собой снимок Леонова в ходе очередного выхода в открытый космос — так они поздравили его с 85-летием.

На своих скафандрах космонавты разместили поздравительные наклейки с надписями «С днем рождения, Алексей Архипович» и «Леонов № 1».

Петр Лохов, Александр Ершов, Владислав Горин