Original Material
ФСБ читает Россию. Лев Шлосберг о том, как журналистке Светлане Прокопьевой приписали террористическую статью
В Пскове за «оправдание терроризма» судят журналиста радио «Свобода», бывшего главного редактора газеты «Псковская губерния» Светлану Прокопьеву. В ноябре 2018-го она опубликовала материал «Репрессии для государства» о трагическом событии в Архангельске, где 17-летний анархист Михаил Жлобицкий взорвал себя в приемной местного УФСБ, погиб сам и ранил других людей.
Дела по статье 205.2 подследственны ФСБ, но дело Светланы Прокопьевой (в возбуждении которого, безусловно, ФСБ принимала участие), расследовал Следственный комитет. Видимо, спецслужба не стала брать на себя ответственность за уголовное дело в связи с публикацией в официальных СМИ, сосредоточившись на публикациях рядовых граждан в социальных сетях. Дело слушается в Псковском областном суде тройкой судей 2-го Западного окружного военного суда – дела о терроризме подсудны именно военным судам. Максимальная санкция по статье – до семи лет лишения свободы.
Самоподрыв Жлобицкого признали террористическим актом, о трагедии написали многие, но к медиа федерального уровня у Роскомнадзора претензий не оказалось. Всю силу репрессивной машины бросили в регионы, где, по данным «Агоры» провели свыше 100 обысков и возбудили более 20 уголовных дел.
Псковское дело готовилось «в плановом порядке». Еще 18 ноября 2018 года первую экспертизу текста Прокопьевой по заказу Роскомнадзора сделал подведомственный ему же ФГУП «Радиочастотный центр». 11 декабря того же года федеральный Роскомнадзор вынес предупреждение «Эху Москвы в Пскове» и «Псковской ленте новостей» за публикацию текстов Прокопьевой «с признаками оправдания терроризма».
Ни одной цитаты, подпадающей под «оправдание терроризма», в предупреждениях приведено не было. Публикации были удалены, «Эхо Москвы в Пскове» и «Псковскую ленту новостей» оштрафовали на 200 и 150 тысяч рублей соответственно. СМИ обжаловали оба предписания, но суд отказался признать действия Роскомнадзора незаконными. В дальнейшем оба СМИ от апелляционного обжалования решений суда отказались, уплатили штрафы и прекратили сотрудничество со Светланой Прокопьевой.
Теперь решение суда по административному делу предопределяет следующее решение – по уголовному, налицо юридически не закрепленный по таким делам, но существующий де факто очень опасный механизм преюдиции. К большому сожалению, между юристами двух псковских СМИ и адвокатами Светланы Прокопьевой возникли разногласия процессуального характера, в результате чего работа двух групп защитников проходила автономно.
О возбуждении уголовного дела против Прокопьевой стало известно 6 февраля 2019 года: к ней домой пришли с обыском следователи в сопровождении десятка вооруженных сотрудников СОБР, обыск длился пять часов, у Светланы изъяли все электронные устройства, в том числе мобильный телефон. Искали доказательства «умышленного совершения преступления». Саму Светлану несколько часов допрашивали в Следственном комитете в Пскове и не задержали, скорее всего, только в связи с огромным общественным резонансом в России и за рубежом: за считанные часы возбуждение уголовного дела стало международным событием.
4 июля 2019 года Светлану Прокопьеву без решения суда и до предъявления обвинения внесли в федеральный реестр лиц, подозреваемых в причастности к экстремистской или террористической деятельности, её банковские счета были заблокированы, а операции вроде оплаты услуг ЖКХ или снятие денег на личные расходы проходят специальное согласование.
Для создания «доказательной базы» следствие воспользовалось показаниями нескольких псковских политических фриков, которые называли текст Прокопьевой «ярчайшим примером преступного злоупотребления свободой слова», а также двух секретных свидетелей (под конспиративными именами Петр Петрович Петров и Алексей Егоров), которые якобы были лично знакомы с Прокопьевой и дали следствию показания (доносы) с формулировками «дискредитирует действующую власть» и «оппозиционно настроена к власти».
По существу следствие превратилось в «войну экспертиз»: заказанным следствием экспертизам, подготовленным сотрудниками с минимальным экспертным стажем, противостоят независимые экспертизы специалистов мирового уровня, которые следствие пытается представить как ангажированные Светланой Прокопьевой и её адвокатами. Такое же противостояние ожидается и в суде. Решение суда зависит от того, какие экспертизы он признает обоснованными и подлежащими применению как обоснованные доказательства в деле.
Эксперты со стороны обвинения домысливают и фактически дописывают текст за автора (и называют это «трактовкой контекста»), внося в текст своих заключений и формулировки, и выводы, отсутствующие у автора, а эксперты защиты анализируют строго сам текст, доказывая лексическое и семантическое отсутствие оправдания терроризма.
Ключевой и очевидный довод специалистов и защитников: попытка объяснить любое событие, действие не является и не может являться его оправданием. Объяснение происходящего, в том числе трагедий, является профессиональной работой журналиста. Журналистское исследование обстоятельств и причин событий не может быть запрещено и тем более уголовно наказуемо.
Вот текст Прокопьевой, в котором увидели «оправдание терроризма»:
«Суровое государство, с жесткой, точнее, жестокой правоохранительной системой, для которой главное — наказать преступника, а не защитить права, воспитало соответствующее поколение граждан. Именно так я понимаю самое громкое событие прошлой недели — взрыв в архангельском ФСБ…
Теракт как метод политической борьбы — не зря многие тут же вспомнили народовольцев. Сходство тем более чудовищное, если помнить о различиях: те юные смертники, террористы 19 века, жили при монархизме, когда гражданские права и свободы не были не то, что признаны Россией, но даже и сформулированы должным образом, а из каналов распространения информации имелись в лучшем случае ежедневные газеты.
И вот, полтора столетия спустя, в демократическом государстве, где есть выборы и многопартийность, где провозглашена свобода слова и убеждений, где в считанные секунды ты можешь рассказать о своих идеях и требованиях многомиллионной аудитории, недовольный молодой человек вновь делает и взрывает бомбу. Парень, который родился и вырос в путинской России, не увидел другого способа донести до людей свой протест против пыток и фабрикации уголовных дел.
…Сильное государство. Сильный президент, сильный губернатор. Страна, власть в которой принадлежит силовикам.
Поколение, к которому принадлежал архангельский подрывник, выросло в этой атмосфере. Они знают, что на митинги ходить нельзя — разгонят, а то и побьют, потом осудят. Они знают, что одиночные пикеты наказуемы. Они видят, что только в определенном наборе партий ты можешь безболезненно состоять и только определенный спектр мнений можно высказывать без опаски. Это поколение выучило на примерах, что в суде справедливости не добьешься — суд проштампует решение, с которым пришел товарищ майор.
Многолетнее ограничение политических и гражданских свобод создало в России не просто несвободное, а репрессивное государство. Государство, с которым небезопасно и страшно иметь дело…
…Жестокость порождает жестокость. Безжалостное государство произвело на свет гражданина, который сделал смерть своим аргументом».
Эти цитаты из колонки Светланы Прокопьевой, включая ставшую знаменитой фразу про государство, встречающее «ответочку», неоднократно публиковались в СМИ уже после возбуждения уголовного дела. И ни по одной из этих публикаций не было реакции силовиков. Во многом отсутствие такой реакции было вызвано сильнейшим общественным резонансом, масштабы которого сделали дело Светланы Прокопьевой самым известным в России и мире делом по «оправданию терроризма».
В акции солидарности с Прокопьевой, объявленной 1 октября 2019 года (в день её рождения), приняли участие более 170 российских медиа из 39 регионов, они опубликовали свыше 600 материалов, с учётом зарубежных СМИ число публикаций превысило тысячу, в том числе 56 российских СМИ полностью опубликовали авторскую колонку Светланы «Семь лет за две страницы текста».
Дело Светланы Прокопьевой является сугубо политическим. Это дело против свободы слова, свободы массовой информации, свободы как таковой, как естественной среды жизни человека. Это попытка государства начертить не только для журналистов, но для всех граждан России «двойную сплошную»: об этом не говори, не пиши, в итоге – не думай. Даже не задумывайся. Дело Светланы Прокопьевой – это попытка выдавить кислород из российского общества, это притязания на ограничение свободы слова десятков миллионов людей. Это дело против каждого из нас.
Светлана Прокопьева полностью невиновна. Она не совершала преступления, в котором её обвиняют. Если суд будет действовать в рамках закона и справедливости, он вынесет оправдательный приговор. Никакое другое решение суда не будет ни законным, ни справедливым.