Замена «Яндекса» для Сбербанка, старт IPO Ozon и выход на биржу Arrival

Тема выпуска — кто может стать новым партнером Сбербанка в e-commerce

Рынок e-commerce, взлетевший во время пандемии, стал центром событий осени, а его участники пытаются как можно быстрее капитализировать уникальный момент. Ozon, старейший игрок на рынке, который так и не смог стать лидером, проводит IPO, а Сбербанк ищет нового партнера и ведет переговоры с акционерами «М.Видео», выяснил The Bell.

Сбербанк и его партнеры

«Сберу» на рынке онлайн-ритейла пока что откровенно не везет, хотя банк приложил много усилий для того, чтобы на нем обосноваться. О «русском Amazon» Герман Греф начал говорить еще с 2014 года, а в 2016-м представил Владимиру Путину план создания «национальной экосистемы в области интернет-коммерции».

С тех пор у банка последовательно развалились переговоры или партнерства в этой области с Alibaba Group, «Яндексом» и Ozon — подробно об этом мы рассказывали в последнем выпуске рассылки «Итоги недели».

Новых потенциальных партнеров, с которыми «Сбер» смог бы наконец осуществить прорыв в онлайн-ритейле, — не так много. Российский лидер — Wildberries — не продается, говорят участники рынка, остаются игроки поменьше. И главный претендент на то, чтобы составить пару Сбербанку, — запущенный в 2018 году маркетплейс «М.Видео» Goods.ru, выяснил The Bell на этой неделе.

СберGoods: что известно о переговорах

О том, что «Сбер» и акционеры «М.Видео» ведут переговоры о некой сделке, The Bell рассказали четыре источника на рынке e-commerce. Стороны, по их словам, обсуждают разные варианты: и отдельную покупку принадлежащего «М.Видео» маркетплейса Goods, и партнерство с самой «М.Видео», которая на 73,5% принадлежит группе «Сафмар» Михаила Гуцериева. В «Сафмар» планы продажи «М.Видео» категорически опровергают. Но источник, близкий к группе, подтверждает, что компания обсуждает со «Сбером» совместное развитие Goods.

Что имеется в виду под совместным развитием — пока непонятно, но вряд ли Сбербанк пойдет на создание еще одного партнерства на паритетных началах. На эти грабли он наступал уже дважды. С «Яндексом» отношения разладились, потому что экосистемы партнеров двигались в разных направлениях и конкурировали друг с другом. Много противоречий было и по поводу того, как должны развиваться бизнес и идти разработка продуктов. При этом решающего права голоса ни у Сбербанка, ни у «Яндекса» не было, ведь доли партнеров в проекте были равны. Такая же конфигурация сложилась у «Сбера» с Mail.Ru Group в сервисах такси и доставки еды — на прошлой неделе выяснилось, что и здесь не все гладко, хотя о разводе партнеров речь пока не идет.

Теперь Сбербанк интересует либо покупка бизнеса целиком, либо получение в нем контроля, уверен один из собеседников The Bell. «Банк уже наигрался в партнерства, когда сначала у него берут деньги, а потом поливают грязью — и в итоге все получается плохо. Теперь он хочет делать бизнес, в котором будет рулить сам», — говорит он. «Сбер» рассматривает разные варианты, но переговоры с акционерами «М.Видео» зашли дальше, чем с другими, утверждает собеседник The Bell, знакомый с ходом обсуждений.

Маркетплейс Goods.ru был основан в 2016-м, а запущен в 2018 году. 80% компании принадлежат группе «М.Видео—Эльдорадо», 20% — основателю и бывшему владельцу «М.Видео» Александру Тынковану. В 2019 году маркетплейс заработал 269 млн рублей выручки, следует из данных «Спарк». За четыре года его акционеры вложили в проект 6 млрд рублей.

Сама сеть «М.Видео» — это не только крупнейший в России продавец электроники (выручка в 2019 году — 435 млрд рублей), но и четвертый в стране онлайн-ритейлер (по версии агентства Data Insight, которое оценивает онлайн-выручку «М.Видео» в 57,5 млрд рублей). Капитализация «М.Видео» на Мосбирже утром 20 ноября составляла 129 млрд рублей (примерно $1,6 млрд). 73,5% акций «М.Видео» принадлежит группе «Сафмар» Михаила Гуцериева, 15% — немецкой группе Media/Saturn (развивала в России сеть Media Markt), 10% обращаются на Московской бирже.

Конкуренция маркетплейсов

Разобраться, кто есть кто на российском рынке онлайн-ритейла, не так просто — у всех разные бизнес-модели, а финансовые показатели хотя бы частично все еще раскрывают немногие. Попробуем сравнить между собой проекты, похожие на Goods.ru, и разберем — что может получиться из его партнерства со Сбером.

Маркетплейс, принадлежащий «М.Видео», полноценно заработал в 2018 году. Осенью 2017 года запустился китайский Tmall, второй проект Alibaba в России. А в октябре 2018 года на рынок вышел маркетплейс «Беру» Сбербанка и «Яндекса». Каждому проекту пришлось начинать с нуля, но при этом была возможность «прислониться» к крупному известному бренду, воспользоваться его узнаваемостью, инфраструктурой и деньгами, обрисовывает диспозицию собеседник The Bell на рынке e-commerce.

• В марте Goods.ru рассказал, что в 2019 году товарооборот маркетплейса вырос втрое — до 6 млрд рублей, а число партнеров — вдвое, до 3 тысяч. Месячная активная аудитория приложения на тот момент составляла 200 тысяч человек, на него приходилось до 40% товарооборота.
• «Беру» в конце 2019 года отчитался об обороте 4 млрд в месяц. База пользователей по итогам года составила более 2,5 млн активных клиентов. Осенью этого года с маркетплейсом работали 7 тысяч поставщиков.
• Tmall свои показатели не раскрывает.

Пандемия помогла всему e-commerce в России привлечь новых клиентов. После первой волны аудитория сервисов онлайн-торговли выросла на 15–17 млн человек, посчитали в Data Insight. Сами сервисы рассказывают о росте на 100–200% год к году. Летом количество заказов на рынке росло на 60%, основной рост пришелся на Wildberries и Ozon, но «даже по остальному рынку прибавка составляет примерно 30–40%», — рассказывал «Коммерсанту» партнер Data Insight Борис Овчинников. Ассоциация компаний интернет-торговли подсчитывала, что в первом полугодии доля e-commerce в общем обороте розницы в России впервые оказалась двузначной и составила 10,9%. Оборот рынка за этот период составил 1,65 трлн рублей, что сопоставимо с показателями всего 2018 года и всего на 400 млрд рублей меньше, чем за весь 2019 год. Goods.ru к сентябрю 2020 года сообщал о росте заказов в 2,5 раза год к году.

«Один из крупнейших партнеров Goods — это сама сеть “М.Видео”, которая продает через него свои товары. У проекта нет собственной инфраструктуры и логистики», — напоминает один из собеседников The Bell на рынке. По его мнению, «Сбер» с тем же успехом мог бы пытаться запустить новый проект с нуля.

У Goods нет своей логистической инфраструктуры, но для «Сбера» это скорее плюс, не согласен глава «InfoLine-Аналитики» Михаил Бурмистров. У банка есть «СберЛогистика» с сетью пунктов выдачи заказов и сервис доставки «СберМаркет» с курьерской службой и присутствием в регионах, напоминает он. Goods — мультикатегорийный маркетплейс, а это самый быстрорастущий сегмент онлайн-ритейла в мире, он хорошо встраивается в экосистему «Сбера», и при этом у маркетплейса нет ничего лишнего, за что банку пришлось бы переплачивать, считает Бурмистров.

«Онлайн-ритейлеры тратят очень много денег на то, чтобы переманить аудиторию, — говорит собеседник The Bell на рынке. — Чтобы продолжать расти, в дополнительном трафике скоро будут нуждаться даже крупнейшие игроки, вроде Wildberries, которые выйдут на свое плато». У «Сбера» есть армия банковских пользователей, к тому же банку теперь принадлежит Rambler Group, которая также может обеспечить ритейлеру еще один источник быстрого прироста трафика, рассуждает другой. Конвертировать трафик Rambler или банковских клиентов в пользователей нового маркетплейса будет непросто — практика показывает, что в России это так пока не работает, возражает аналитик венчурного фонда iVenturer Алексей Петровский.

«Сбербанку очень нужен такой актив для его экосистемы, но удачное время на рынке стремительно уходит. Все крупнейшие игроки активно развиваются, и если не войти на рынок сейчас, то догонять будет очень долго и дорого», — говорит Бурмистров.

IPO

Ozon могут оценить в $5,5 млрд

На этой неделе Ozon подал в Комиссию по ценным бумагам США (SEC) новую версию проспекта эмиссии. В нем говорится, что в ходе размещения компания планирует привлечь до $948 млн, из которых $135 млн Ozon получит от двух действующих инвесторов — Baring Vostok и АФК «Система». Рыночная капитализация компании в ходе IPO может составить до $5,5 млрд, рассказали The Bell источники, близкие к организаторам размещения.

Кроме того, из документов мы узнали, чем закончилась история с сорванной сделкой между Ozon и Сбербанком. Ozon так и не признал себя виноватым, но 1 млрд рублей неустойки своему несостоявшемуся партнеру все-таки выплатил.

О том, как Ozon 20 лет шел к тому, чтобы стать публичной компанией, но так и не стал лидером российского рынка, мы рассказывали в одном из предыдущих выпусков технорассылки. А в новом выпуске «Русских норм!» один из самых успешных российских венчурных инвесторов Леонид Богуславский рассказал Лизе Осетинской, почему решил выйти из компании, не дождавшись размещения. Эту сделку Богуславский, несмотря ни на что, называет удачной. Интервью с ним смотрите здесь или читайте сокращенную версию на сайте The Bell.

Arrival поехал на биржу

Разработчик электромобилей Arrival, который основал экс-глава Yota и бывший замминистра связи Денис Свердлов, тоже собрался на биржу. Компания готовится

выйти на Nasdaq в 2021 году. Размещение пройдет по быстрой процедуре с поглощением специальной технической компанией (SPAC).

Для размещения компания оценена в $5,4 млрд — значительно выше оценки в $3,5 млрд, полученной в двух частных инвестраундах 2020 года с участием Hyundai и Kia, а также крупнейшего в мире инвестфонда BlackRock (почти $8 трлн в управлении) и Winter Capital Partners, связанного с «Интерросом» Владимира Потанина.

Свердлов после сделки войдет в российский топ-30 богатейших россиян с оценкой состояния около $4 млрд — после IPO у него останется около 75% компании.

Об Arrival и ее бизнес-модели мы подробнее рассказывали здесь и здесь. От прочих электромобильных стартапов компания отличается перспективной нишей (развозные электрофургоны) и твердым заказом на 10 тысяч курьерских электромобилей от логистического оператора UPS.

READ LATER

• Wired рассказывает, с какими трудностями сталкивается человек, когда ему нужно с помощью анализа данных ДНК найти лекарство, которое сработает для его типа рака, — и почему для этого до сих пор нет хорошо работающей системы.
• История про то, как Facebook во время пандемии развивал сообщества и группы внутри соцсети, из-за которых пользователям, которые хотели удалить аккаунт, становилось все труднее это сделать.
• И как устроен конкурент Facebook и Twitter — «бастион свободы слова» Parler, самое скачиваемое приложение в США, где модерация контента остается за пользователем.