Правительство решило не ограничиваться летним налоговым маневром для IT-отрасли (вступил в силу 1 января 2021 года) — и готовит новый пакет поддержки технологических компаний. В нем 64 пункта: от новых налоговых льгот до поддержки российской микроэлектроники. Впрочем, конкретики пока мало. А те меры, о которых известно, будут выгодны далеко не всем.

Новый план поддержки российской IT-отрасли правительство презентовало 18 марта. На встрече с вице-премьером Дмитрием Чернышенко бизнесу показали 64 пункта в виде таблицы Менделеева: Нм — налоговый маневр 2.0, Зб — защита бизнеса, Цт — цифровая трансформация госкомпаний.
Над мерами поддержки IT-отрасли правительство работает с лета 2020 года — заняться этим в июне поручил Владимир Путин. Из уже принятых мер самой важной обещал стать налоговый маневр. Он уменьшил налог на прибыль с 20 до 3%, а ставку страховых взносов — с 14 до 7,6%. Но распространили эту меру только на компании, у которых 90% дохода обеспечивает продажа софта. То есть под льготы не попали флагманы во главе с «Яндексом» и Mail.Ru Group, которые зарабатывают на рекламе и продаже товаров и услуг в интернете.
Вот что предлагается в этот раз.
Как все это будет работать, пока не понятно. Механизмы поддержки только обсуждаются, рассказали The Bell два собеседника в крупнейших IT-компаниях.
На встречах с правительством IT-компании говорили о мерах поддержки, которые помогли бы каждой из них. Mail.Ru Group, например, как выяснил The Bell, просит распространить налоговый маневр на компании, зарабатывающие не на продаже софта, а на рекламе.
«Это странно — дать льготы компаниям, продающим программы, и не дать их точно таким же компаниям, которые делают бесплатные сервисы и зарабатывают на рекламе, — говорит один из участников встречи. — Это создает перекос в том числе на рынке труда. Один и тот же разработчик может пойти в “1С”, а может — в “Яндекс”. Заниматься он в любом случае будет одним и тем же, но стоить для этих двух компаний будет по-разному, потому что у одной есть льгота по ФОТ, а у другой — нет».
У бизнеса есть еще один аргумент: эффективная налоговая ставка у российских компаний сейчас в несколько раз выше, чем у западных — таких как, например, Facebook, который платит налоги в Ирландии. Российские соцсети не могут с ним конкурировать, точно такая же ситуация в поиске, говорит собеседник The Bell.
Чтобы исключить злоупотребления, бизнес предлагает ввести дополнительный критерий для льготников: например, учитывать доход только от рекламы, которая размещается на собственных платформах или с использованием собственного софта, объяснил собеседник The Bell на рынке.
Минфин идея снизить налоги не вдохновляет, говорит один из собеседников The Bell, знакомый с ходом обсуждений: «Проблема [у Минфина] в том, что, как только ты снижаешь налог для одной сферы, сразу же появляются шесть других, которые просят аналогичных мер. Поэтому Минфин идет на это крайне неохотно».
И по традиции, налоговые льготы в чем-то одном уравновешиваются введением повинности в чем-то другом.
В одно время с обсуждением второго пакета мер поддержки IT-отрасли в Госдуму внесли законопроект о социальной рекламе в интернете: сервисы, распространяющие рекламу, должны будут выделять под социальную рекламу 5% «площадей или времени, отведенного для распространения рекламы», если их российская аудитория превышает 100 тысяч пользователей в сутки.
Аналогичные меры уже действуют для телевизионной и наружной рекламы. Цена вопроса — впечатляющая. В 2019 году российский рынок интернет-рекламы, по подсчетам PwC, составил $3,75 млрд, 5% от этого — $187 млн.
Оператором социальной рекламы в рунете может стать Институт развития интернета (ИРИ), что сделает его чуть ли не крупнейшим рекламным агентством рунета, предсказывает представитель одной из IT-компаний.
«Это можно назвать новым налогом на интернет, — рассуждает собеседник The Bell. — Причем маловероятно, что Facebook, Google и другие западные компании будут этот налог платить. С большой вероятностью они от него просто отмахнутся и вся нагрузка ляжет на “Яндекс”, Mail.Ru Group и “Рамблер”».
На совещании 18 марта не поднималась тема видеоигр, однако они упоминаются в документах, описывающих новые налоговые льготы. На какие льготы могут претендовать разработчики, информации пока нет. Один из собеседников The Bell на рынке, участвовавший в обсуждениях новых льгот, уверен: речь может идти об отмене двойного НДС.
В России от уплаты НДС с доходов от игр освобождена Mail.Ru Group. Теперь компания хочет распространить практику на весь рынок, потому что она инвестирует в игровые студии, скупая пакеты по 20–40%, говорит собеседник The Bell.
Льготы могут получить и создатели другого развлекательного контента. Онлайн-кинотеатрам вроде «Кинопоиска», ivi и Okko, которые сами снимают сериалы, могут снизить НДС при условии, что они инвестируют сэкономленные деньги в производство контента, говорит собеседник The Bell в одной из IT-компаний.
Не все меры поддержки вызывают у бизнеса энтузиазм. Например, обсуждается «установление порога рекламных расходов, учитываемых при расчете налога на прибыль, на иностранных площадках в 1%». На практике это значит, что российские компании, которые покупают рекламу у Google и Facebook, не смогут относить ее на себестоимость и будут вынуждены платить более высокий налог.
Логика правительства понятна: оно хочет, чтобы бизнес покупал больше рекламы у «Яндекса», Mail.Ru Group и других российских компаний. Но иногда продвижение требуется именно на зарубежных площадках.
«Когда компания что-то продает за рубежом, ей нужно продвигать продукт на новых рынках, и это большие валютные издержки, особенно на старте, пока бизнес никому не известен», — объясняет основатель amoCRM Михаил Токовинин.
«Ситуацию и так не спасает слабый рубль, а тут нам еще предлагают накинуть НДС сверху, — говорит он. — Довольно странно — учитывая, как сильно у нас все [чиновники] любят экспорт». Выглядит как чистое лобби интересов «Яндекса» и Mail.Ru Group, уверен другой предприниматель.
Помогут ли новые меры поддержки рынку в целом, сказать сложно, говорит партнер консалтинговой компании Ventum Partners Дмитрий Соловьев. По его мнению, большинство обсуждаемых предложений выгодны только крупному бизнесу, у которого и так нет проблем с доходами.
На вопрос, какая мера поддержки была бы выгодна всем без исключения, сразу несколько собеседников The Bell назвали реформу валютного контроля.
«Сейчас, в соответствии с валютным законодательством, российский бизнес может проводить только крайне ограниченное число разрешенных операций по счетам в иностранных банках, — объясняет Соловьев. — Нарушение влечет штраф в размере 75–100% от суммы операции — причем сразу же, без предупреждений. Вот это реальная проблема для любого российского IT-бизнеса, который хоть что-то делает за рубежом. И с этим нужно что-то делать».
Этой весной британский производитель электротранспорта Arrival, основанный предпринимателем из России Денисом Свердловым, планирует выйти на биржу. 19 марта акционеры американской компании CIIG, которая уже торгуется на Nasdaq, утвердили параметры слияния с Arrival — стартап Свердлова решил обойтись без IPO. Стартовая оценка — $5,4 млрд — после размещения может вырасти втрое, а Свердлов — стать обладателем состояния более $10 млрд. Немало для компании, которая пока производит прототипы и имеет лишь одного крупного заказчика. Здесь рассказываем, на чем основан оптимизм Arrival и что в его обещаниях смущает скептиков.
На этой неделе Volkswagen заявил о подкрепленных деньгами амбициях догнать и перегнать Tesla. В 2021 году компания хочет удвоить производство электромобилей (если получится, то Volkswagen сравняется с Tesla), а к 2025-му стать безоговорочным мировым лидером. Если совсем коротко: успех Volkswagen будет зависеть от того, насколько он сможет перенять и улучшить достижения конкурента и стать максимально похожим на него. Прямая аналогия в виде Apple, Samsung и рынка смартфонов просто напрашивается, и, например, Bloomberg указал на нее прямо в заголовке своей статьи: «Если Tesla — Apple электромобилей, Volkswagen борется за место Samsung». Пока Tesla сильнее Volkswagen в области ПО и автопилота, говорят аналитики. На них приходится порядка $400 млрд капитализации Tesla. Но, учитывая драйв конкурента, вопрос переоцененности компании Маска вновь выйдет на первый план. Наш подробный разбор этого сюжета можно прочитать здесь.