Заумное голосование

Без политической конкуренции в стране все равно не будет компетентных депутатов

Делать стратегические выводы из единственного случая — значит совершать ошибку ложной генерализации. Однако академик Ямбург разрешил: ему не понравилась позиция двух представителей фракции КПРФ в Мосгордуме по вопросу дистанционного обучения в школах, он справедливо заключил, что эти депутаты некомпетентны в данной теме, и приговорил «умное голосование» в целом.

Я могу развить это рассуждение дальше, дополнив его еще одним примером. На выборах в Мосгордуму по 45-му округу в 2019 году должна была побеждать проректор Высшей школы экономики Валерия Касамара. Она шла как самовыдвиженец, но вела гигантскую избирательную кампанию, буквально вся территория Басманного района столицы была заполнена ее портретами и предвыборными лозунгами. В результате консолидированного протестного голосования (можно и не называть его «умным») в округе победил малоизвестный представитель «Справедливой России» Магомет Яндиев, доцент экономического факультета МГУ, который, кажется, вообще не вел агитации.

Отсутствие Касамары, скорее всего, стало большой потерей для комиссии по образованию городского парламента, о работе которой пишет Ямбург.

Более компетентного человека для такой комиссии и представить себе трудно: большинство российских образовательных инноваций последнего времени идут именно из ВШЭ. А чем занимается Яндиев на своем посту, не совсем ясно. Никаких громких информационных поводов за прошедшие годы он, кажется, не создал, хотя дисциплинированно заседает, голосует и произносит речи. Кажется, это еще один повод проклинать «умное голосование», оставившее за бортом парламента хорошего специалиста?

Все не так просто, говорит нам современная политическая наука. Избиратели хотят не только выбрать лучшего кандидата из имеющихся, они стремятся к тому, чтобы защитить свое фундаментальное право на выбор — сам институт демократии. Если независимые кандидаты регулярно не допускаются к выборам, а лидер оппозиции по надуманному обвинению сидит в тюрьме, то тем гражданам России, которые не хотят прямо или косвенно поддерживать подобный status quo, остается делать «протестный выбор». То есть голосовать за кандидата, который наименее удобен властям, даже если его провластный конкурент — хороший эксперт в своем деле.

Предмет политической борьбы тут на самом деле очень прост. Люди не хотят, чтобы за них кулуарно решали, кто более достоин представлять их интересы.

И стратегически избиратели правы. Даже если в конкретном случае «умное голосование» дает негодный результат, само отсутствие политической конкуренции приведет через несколько избирательных циклов к еще большей деградации депутатского корпуса. Как это работает, мы прекрасно видим на примере восьмого созыва Государственной думы, а прежде видели на примере состояния «советской политики» эпохи застоя. А вот если в результате «протестного голосования» непредсказуемость выборов сохранится и власти не смогут переназначать своих фаворитов, то и дискуссия по поводу качественного образования сможет остаться содержательной — в ней просто будет кому вести спор, и эти люди будут представлять народ.

Все это не новость. В конечном счете именно за политическую конкуренцию, а не за какие-то другие мистические свойства мы ценим демократию. Просто в развитых диктатурах иногда приходится изобретать довольно противоестественные способы защиты своих законных прав. Заниматься даже не умным, но заумным голосованием, прорываясь через тысячи начальственных запретов, как поэты-футуристы сто лет назад шли через толщу языка.

Кстати, в 2019 году я голосовал за Яндиева.