Разрыв коммуникаций: как PR-просчеты AstraZeneca подорвали доверие к ее вакцине

«Оксфордская» вакцина AstraZeneca в целом не хуже других коронавирусных вакцин, а противопоказания в виде тромбозов едва достигают тысячных долей процента. Недоверие к ней — и к вакцинации в целом, во всяком случае в Европе, — в большой степени «заслуга» многочисленных PR-просчетов самой компании, начиная с этапа клинических испытаний, пишет Bloomberg.

Что происходит

Последние недели выдались особенно тяжелыми для AstraZeneca. Это остановка прививок ее вакциной в 15 странах-членах Евросоюза (и нескольких странах вне Европы), дополнительное расследование европейского регулятора, ребрендинг вакцины в Vaxzevria и, наконец, ее реабилитация — но с указанием, что возможность тромбозов следует признать редким побочным эффектом препарата.

Тем временем из разных стран продолжают поступать сообщения об ограничениях. Даже в «родной» для компании Великобритании рекомендовали не прививать вакциной AstraZeneca людей моложе 30 лет из-за значительной доли молодых среди людей с тромбозами. А Высший совет по здравоохранению Франции рекомендовал людям моложе 55, получившим первую дозу вакцины AstraZeneca, завершать вакцинацию дозой Pfizer или Moderna.

Неудивительно, что опросы в основных странах Европы показывают, что свыше половины жителей считают эту вакцину «очень» или в какой-то мере небезопасной. На фоне и без того большого скептицизма граждан ЕС к вакцинации, история с AstraZeneca не способствует укреплению доверия и быстрой иммунизации населения. К примеру, на Сардинии доля отказов от вакцинации AstraZeneca достигает 80%, а в Румынии более 200 тысяч человек отменили запись на вакцинацию и 100 тысяч не явились на прием, несмотря на новый пик заболеваемости.

Ошибки от рождения до одобрения

Ощущение, что с вакциной что-то не то, в мире закрепилось, когда в конце марта американский регулятор Niaid обвинил компанию в искажении статистики эффективности по результатам клинических испытаний. AstraZeneca долго испытывала его терпение и сама испортила отношения, пусть и без злого умысла, а «невынужденных ошибок» было слишком много, пишет Bloomberg.

• Разработка кандидата вакцины началась в самом Оксфорде весной 2020 года, но к массовому производству нужно было подключать крупную фармкомпанию. Сотрудничество с американской Merck было отвергнуто по политическим соображениям, GlaxoSmithKline решила (и в итоге не смогла) разработать свой препарат. Выбора кроме AstraZeneca, почти без опыта в производстве вакцин, не осталось.

• AstraZeneca вступила в гонку без налаженных отношений с регуляторами. Но уже в мае у нее есть предзаказ на 100 млн доз от Великобритании и финансирование по линии Warp Speed от США.

• В ходе клинических испытаний, в том числе в США, выяснилось, что некоторые участники третьей фазы из-за просчета в дозировке получили половинную дозу. Компания решила перейти на две инъекции вместо одной и изменить протокол. Это означало задержки и смену процедуры испытаний, необходимость которых компания не сумела вовремя обосновать. Американские чиновники стали подозревать, что AstraZeneca не знает, что делает.

• Американская FDA потребовала детальных данных об эффективности среди людей старше 65 лет. Оказалось, что компания недобрала таких добровольцев в Великобритании, третью фазу клинических испытаний в США пришлось отложить на конец августа 2020 года.

• Неделю спустя появилась информация о паузе в испытаниях из-за возможных неврологических «побочек» у одной из участниц. Оказалось, что пауза не первая, о чем СМИ узнали только из оговорки британского министра здравоохранения. Вместо того чтобы четко объяснить, в чем дело, AstraZenеса предпочла закрыть информацию и бороться с последствиями утечек.

• США остановили испытания почти на семь недель, запросив детальную информацию о всех неврологических патологиях участников. Информация пришла с большой задержкой (в отличие от других компаний). Американская сторона сделала вывод, что в командах Оксфорда и AstraZenеса разлад, и перестала «болеть» за вакцину: «сделают — хорошо, нет — не беда», сказал агентству бывший высокопоставленный чиновник администрации Трампа.

• В конце ноября 2020 года публикуются промежуточные результаты эффективности в третьей фазе испытаний. Из-за меньшей тестовой группы и смешения дозировок и методик отчет менее убедителен, чем у конкурентов (Pfizer и Moderna). Скромный результат в 62% у получивших две полных дозы совершенно затмил 90% эффективности у людей, получивших полдозы в первом уколе.

• Компания очень мутно комментировала результаты, при этом публично проявился информационный разрыв команд. Шеф оксфордских разработчиков Сара Гилберт заявила, что половинная доза — результат целенаправленной работы: создатели проверяли гипотезу, что меньшая доза препарата на первом этапе «запустит иммунную систему». Глава биологических исследований AstraZeneca Мене Пангалос в разговоре с The New York Times назвал это «довольно полезной ошибкой», благоприятной случайностью.

Ошибки от производства до тромбозов

Перед самым новым 2021 годом вакцину, массовое производство которой в стране уже развернуто, одобрил британский регулятор. К марту препарат AstraZeneca получили примерно половина привитых к тому времени британцев.

На континенте дела намного хуже. У компании заказ на 400 млн доз от ЕС, но в конце января европейский регулятор, EMA, узнает, что промежуточный план поставок будет выполнен только на треть (31 млн против 120 млн доз). Производство на бельгийской фабрике подрядчика никак не выходит на нужную мощность, еврочиновники в бешенстве, но исполнительный директор AstraZeneca Паскаль Сорио контролирует процесс удаленно, из Австралии. Еврокомиссар Терри Бретон публично заявляет, что, в отличие от руководства компании, хотя бы появляется на ее производстве.

• Паранойя вокруг дефицита вакцины к середине марта приводит к ужесточению риторики чиновников вплоть до угроз запретить экспорт из ЕС на уровне председателя Еврокомиссии. На предприятии компании в Италии проходит рейд по подозрению в производстве вакцины на экспорт.

• В феврале вакцинацию в ЕС «догоняет» недоиспытанность вакцины на старших возрастных группах, из-за чего 10 стран ограничивают введение препарата лицам старше 65 лет.

• В марте AstraZeneca публикует окончательные результаты третьей фазы клинических испытаний. Американские регуляторы жестко и сразу же публично указывают ей на ошибку в обработке данных, констатируя, что «исследование скомпилировало данные, выставляющие его в самом выгодном свете, а не самые последние и полные». «Именно такие случаи подрывают доверие к науке», — говорилось в сообщении. Компания вынуждена оправдываться и выпускать отчет с общей эффективностью 76% вместо прежних 79%.

• В это же время начинается скандал с тромбоэмболиями, в ходе которого основные страны Европы приостановили вакцинацию AstraZeneca. С эпидемиологической точки зрения это выглядит явной ошибкой, но на фоне испорченного имиджа вакцины и общей нервозности — ошибкой вполне понятной.

За год вакцина AstraZeneca превратилась из любимчика в «проблемного подростка» в мировом семействе вакцин, подводит итог Bloomberg. «За ней повсюду следует это черное облако, что, на мой взгляд, несколько несправедливо, — говорит Джон Белл, профессор медицины из Оксфорда, курирующий отношения между университетом и AstraZeneca. — Если продолжать ее третировать, никто попросту не захочет прививаться, и вот тогда у нас будут проблемы, потому что это нетребовательная к условиям хранения и перевозки, дешевая и вполне эффективная вакцина».

Фото на обложке материала: Alberto Giuliani/Wikimedia Commons