Original Material
"Пули страшнее дубинок". Юг России и Северный Кавказ – о путинской мобилизации
Президент России Владимир Путин 21 сентября объявил мобилизацию в России, названную "частичной". Указ вызвал у экспертов и правозащитников множество вопросов: никакие параметры "частичности" – ни ограничения по регионам или категориями военнослужащих, ни число отправляемых на войну – в документе не обозначены.
На фоне выступления Путина были раскуплены авиабилеты в страны, в которые граждане РФ могут попасть без виз. Губернаторы же отчитались об "абсолютной" поддержке решения президента.
"Краснодарский край выполнит все поставленные задачи", – одним из первых рапортовал в телеграм-канале Вениамин Кондратьев. Главы Ростовской и Волгоградской областей Василий Голубев и Андрей Бочаров возглавили местные призывные комиссии. Руководитель Северной Осетии Сергей Меняйло в обращении повторил пропагандистские штампы о том, что милитаристическая политика Кремля призвана "отстоять целостность страны".
Эмоциональный пост появился и в телеграм-канале главы Чечни Рамзана Кадырова. По его мнению, мобилизация позволит скорее "закончить начатую спецоперацию" (так власти РФ называют нападение на Украину, называть происходящее войной запрещено законом. – Прим.). "Решение взвешенное и абсолютно оправданное", – прокомментировал указ Путина глава Дагестана Сергей Меликов.
Как жители регионов юга России и Северного Кавказа отреагировали на мобилизацию и возможны ли в городах массовые протесты из-за указа президента – об этом Кавказ.Реалии спросил местных общественников, политологов и политических деятелей.
Александр Коровайный, бывший депутат Ейского районного совета, Краснодарский край
— Как на новость о мобилизации отреагировали на Кубани? Очень многие в шоке, большинство в шоке. Выйдут ли люди на массовый протест? Не знаю. Если они решат остаться дома, выжидая более подходящего момента, – его просто не будет. Если сегодня Россия потеряет 300 тысяч самых здоровых, самых активных, молодых пацанов, что останется от нации?
Молодежь в подавляющем большинство против этой мобилизации и войны в целом
Всегда к таким темам относился деликатно и не призывал участвовать в несогласованных протестных акциях. Потому что понимаю: у людей могут быть проблемы. Но главная проблема сегодня – даже не моральная от участия в агрессивной войне, главная проблема – высокая вероятность гибели на фронте. Мне все равно, сколько уголовных дел на меня возбудят, но сейчас нет другого выбора, кроме как заявить "нет!" этой преступной политике. На улицы могут выходить в первую очередь те, кого не мобилизуют, – родители ребят, их жены и матери. Они должны спасти нашу молодежь.
Да, многие боятся задержаний и штрафов. И усилившиеся репрессии наглядно демонстрируют, что режим боится протеста. Полиция, которая должна отправиться на фронт в первых рядах, потому что не имеет ограничений по призыву, сегодня задерживает мирных пикетчиков и выискивает антивоенные призывы в социальных сетях.
Наше общество много лет подвергается пропаганде. Да, многие россияне до сих верят: если мы бы не ударили первыми, на нас напало бы НАТО. Но именно молодежь, которую посылают воевать, как раз так не считает. Она банально не смотрит пропаганду по телевидению. Молодежь, могу судить по своим друзьям и знакомым, в подавляющем большинство против этой мобилизации и войны в целом.
Джамбулат Сулейманов, руководитель базирующегося в Европе чеченского Комитета государственной основы "Толам"
– Думаю, сегодня ситуация будет развиваться иначе, чем во времена Первой мировой войны, когда молодежь Кавказа пополняла ряды "Дикой дивизии". Тогда это воспринималось с энтузиазмом, служба в царской армии казалась социальным лифтом. Сегодня все иначе: те, кто хотел построить карьеру через службу в силовых ведомствах, сделал это ранее. Тогда, в мирные годы, это казалось безопасным и сулящим различные материальные блага и возможности. Теперь мобилизация и отправка на фронт несут огромные риски.
В угоду имперским амбициям Кремля Кадыров готов принести в жертву чеченскую молодежь
Уже прошла волна неудачных атак [российской армии на территории Украины]. В Чечню, как и соседние республики, привезли много трупов. Поэтому война уже не так популярна.
Нередко можно услышать, что чеченцы не могут выйти на протест, потому что не видят его перспектив. Наверное, вооруженного восстания [в республике сейчас] действительно не будет. Но если начнется массовая мобилизация, мирный протест действительно возможен. Потому что [в таком случае] война охватит тысячи семей.
Вряд ли на площади выйдут мужчины – отцы и сами юноши, которых забирают в армию. А вот матери в Чечне могут выйти на протест. Чеченские женщины храбро проявили себя во время двух последних войн [на территории Чеченской республики], многие матери вырывали сыновей из рук федералов, становились живым щитом на пути военной техники. В смелости им не откажешь.
Если такой протест возникнет, руководство Чечни окажется в неудобном положении. Массовая война с женщинами не красит мужчин – это несподручно. С другой стороны, Кадыров часто называет себя "пехотинцем" Путина и должен выполнять его указания в числе первых. Но сможет ли он поставить на войну столько солдат?
До этого кадыровцы массово заманивали "добровольцев" со всей страны – самих чеченцев в их рядах было немного. Сейчас же нужно будет призывать местное население, и Кадыров может не справиться с поставленной Кремлем задачей из-за массового протеста.
К тому же он неоднократно заявлял, что, сотрудничая с Москвой, оберегает народ от мясорубки войны и уничтожения, сохраняет его. Получится же, что, наоборот, в угоду имперским амбициям Кремля он готов принести в жертву чеченскую молодежь.
Милрад Фатуллаев, политолог из Дагестана
– В отличие от 38 названных МВД России городов, где 21 сентября прошли протестные [антивоенные] акции и задержания, не только в Дагестане, но и на всем Северном Кавказе все было спокойно. Мобилизация обсуждается только в блогосфере (сообщалось о митинге женщин в Грозном, но он был анонсирован еще до объявления Путина о мобилизации. – Прим.).
Когда [на фронтах] начались проблемы, в обществе появились недоумение и сомнения
Общество здесь достаточно монолитно и, по моей оценке, более 50 процентов жителей поддерживают линию руководства страны. Часть этой группы считает, что частичная мобилизация запоздала, что действия Российской Федерации на территории Украины должны были быть более решительными: мол, если уж ввязались, нужно было не ограничиваться контингентом в 150–200 тысяч человек, а вести полномасштабные боевые действия. До четверти людей находятся в сомнении, из них только нескольких процентов настроены протестно, но опасаются публично высказывать свою позицию.
Изменит ли это соотношение мобилизация? Все зависит от ситуации на фронтах. В конце февраля поддержка боевых действий была практически полной – за исключением упомянутых нескольких процентов протестно настроенных людей. Но когда первый этап оказался неудачным из-за растянувшийся логистики и ударов по тылам российской группировки войск, когда начали приходить тела (а Дагестан является лидирующим субъектом по количеству погибших военнослужащих), люди стали задумываться – что там происходит?
Было представление, что у России вторая армия в мире и "украинский вопрос" можно решить за несколько недель, если не дней. Когда [на фронтах] начались проблемы, в обществе появились недоумение и сомнения.
Думаю, такая картина будет складываться после объявления частичной мобилизации. Если она пройдет корректно – так, как заявлено руководством страны, – а результаты на фронтах будут воодушевляющими [для командования армией и руководства страны], картина окажется одной. Если повторится ситуация конца февраля [когда российская армия отступила из Киевской области], разочарование будет более существенным.
Евгений Кочегин, бывший координатор регионального штаба политика Алексея Навального, руководитель проекта "Дозор" в Волгограде
– Первую реакцию на заявление о мобилизации в Волгоградской области, как и, пожалуй, во всей стране, можно разделить на три группы. Часть тех, кто подлежит мобилизации и не желает участвовать в этой войне – кто-то по идейным соображениям, кто-то, думая о своем спасении, – экстренно уезжает из страны.
Они не хотят попасть ни в спецприемник, ни на фронт
Вторая группа людей это те, кто готов протестовать. В нашем телеграм-канале мы провели опрос (понятно, что подписчики "Дозора" это не совсем репрезентативная аудитория, среди них большинство – сторонники сопротивления диктатуре), но значительная часть проголосовавших заявила о готовности выйти на акции протеста даже под угрозой дубинок и административных арестов. Потому что свистящие над головой пули страшнее их.
Еще часть волгоградцев – те, кто намерен скрываться от военкоматов, но не планируют протестовать. Они не хотят попасть ни в спецприемник, ни на фронт. Есть четвертая часть [местных жителей], которая считает, что сейчас это их не коснется. Думаю, в скором времени они поймут свою ошибку, потому что мобилизация – прямо или косвенно, через родственников и друзей – коснется всех.
С конца февраля настроение активных волгоградцев, как и всех россиян, их отношение к войне в Украине менялись неоднократно. От первых стихийных протестов до подавленного состояния, ощущения беспомощности. Очевидно, что с началом мобилизации начнется новая волна протеста. Как будут вести себя отдельные полицейские и сотрудники Росгвардии – это вопрос, потому что многие из них побывали на фронте, видели смерть товарищей.
Михаил Долиев, политолог, председатель астраханского отделения партии ПАРНАС
– Могу четко и уверенно сказать, что никаких протестов, тем более против мобилизации, в Астраханской области не будет. Чтобы в этом убедиться, достаточно побеседовать с обычными людьми на предприятиях, на улице, с родственниками, наконец.
Людям и политикам западной цивилизации нужно понять: россияне поражены пропагандой войны, они заряжены на войну и жертвенность. И если бы иностранцы побеседовали с ними, то узнали бы: из-за пропаганды среднестатистический россиянин глубочайше убежден, что "в Украине российские войска воюют не с украинцами, а с США, с НАТО", что именно Запад – "нацисты, фашисты".
В это верят очень многие, потому что всю эту муть вдалбливают круглые сутки радио, телевизор, отечественные социальные сети, отечественные онлайн-СМИ, об этом говорят окружающие.
Что Запад может сделать в этой ситуации? Срочно разрешить выдачу виз россиянам
Да, сегодня ресурсы не позволяют Путину хорошо вооружить армию, но на его стороне время. Диктаторы в политическом плане живут долго, а свободно избранные лидеры меняются часто. В каких-то странах к власти приходят авторитарные режимы, лояльные силы… Баланс сил может измениться.
Те, кто заявляют, что мобилизация может привести к революции, свержению режима Путина, делают ошибку. Во-первых, сильной остается пропаганда. Во-вторых, Путин применит старый проверенный метод, сталинский метод: оружие мобилизованные солдаты увидят лишь на боевых позициях, где их будут подпирать с тыла хорошо вооруженные мотивированные заградотряды. Данный метод частично апробировался в [самопровозглашенных] "ЛДНР".
Те же, кто годен к нестроевой службе в военное время, или те, кому не хватит оружия, будут зачислены в трудовые армии, где за тарелку баланды их заставят пахать на различных бесполезных работах.
Что Запад может сделать в этой ситуации? Срочно разрешить выдачу виз россиянам. И даже помогать им уезжать, в особенности дезертирам. Путин психопатичная личность. Что может помешать ему напасть на Литву, Латвию, Эстонию? Что может помешать ему применить оружие массового поражения? Путин уверен, что [в ответ на такие действия] лидеры Запада погрязнут в спорах и дебатах, прежде чем выработают какое-либо решение.
Все, что вы когда-то читали у Александра Солженицына, Варлаама Шаламова и других, воплотилось или воплощается в жизнь. Все, что вы слышали о Северной Корее, будет и в путинской России, вне зависимости, находится ли у власти Путин, или условные Патрушев-Медведев. И чем дальше, тем будет сложнее убрать режим Путина!
Представитель "Антивоенного комитета Кубани"
– Пока говорить о реакции жителей Краснодарского края на мобилизацию рано. Пока что наблюдается всплеск активного обсуждения этой темы и вариантов, как "соскочить" с призыва.
Больше нет той агрессивной риторики в обсуждениях про то, как мы сейчас всему миру покажем
Запроса от общества на протесты нет. Мы можем об этом с уверенностью утверждать, потому что находимся прямо сейчас в России и видим ситуацию изнутри. Ждем первых реакций после получения людьми повесток.
Одно можно сказать точно – градус поддержки войны в Украине снизился до нуля. Достаточно просто выйти на улицу, проехать в общественном транспорте или зайти на любое предприятие, в абсолютно любую фирму. Все разговоры – о мобилизации.
Больше нет той агрессивной риторики в обсуждениях про то, как мы сейчас всему миру покажем. Но это не говорит о том, что общество готово на решительные антивоенные действия.
Михаил Несват, член Либертарианской партии, участник антивоенных пикетов в Новочеркасске, Ростовская область
– Указ Путина о мобилизации уже вызвал протест. Но в основном он будет выражаться в отъезде из страны. Оппозиционное поле в Ростовской области зачищено после того, как силовиков приграничных с Украиной регионов усилили прикомандированными из Москвы сотрудниками ФСБ и Центра по противодействию экстремизму МВД. Уверен, такая же обстановка в [приграничной с Украиной] Белгороде и в аннексированном Крыму.
Большинство граждан не поддерживало войну. Насажденная точка зрения "одна страна – один президент" помогла малой части россиян оказаться в состоянии зомби и войти в вакуумное новостное поле.
При этом многие активно выражали и выражают свою антивоенную позицию. Только на Дону известны случаи порчи милитаристских баннеров и плакатов, поджоги помеченных [символизирующей поддержку вторжения буквой] Z-машин и инсталляций, были таксисты, которые поплатились за [антивоенное] мнение жизнью. Многие донские активисты под репрессиями уехали из России.
Конечно, с началом мобилизации настроения в Ростовской области изменятся. Хотя эти предупреждения звучали и 24 февраля. Сейчас же протест не ограничится одним выходом на улицы. Я уверен, что он будет продолжительным. Именно этот антимобилизационный протест может стать гвоздем в крышку гроба российского авторитаризма.
Большинство жителей Донского края хотят мирной жизни. Если в начале войны кто-то верил, что Путин тем самым защищает приграничные земли, то сейчас некоторым гражданам стало понятно, что начало спецоперации не только глупость, но и ошибка вперемешку с преступлением. Взрывы гремят в Курской, Белгородской областях, в Крыму и, конечно же, на донской земле.
Стыдно взять в руки оружие и убивать братский народ за амбиции Путина
Готовность умереть в Украине среди дончан минимальная. Многие имеют там друзей или родственников. Возможно, власть не сможет игнорировать этот факт и попытается сгладить углы мобилизации на приграничных с Украиной территориях.
Мое личное пожелание для всех парней призывного возраста – не идите на войну. Уезжайте, прячьтесь или "косите". Это не стыдно, стыдно взять в руки оружие и убивать братский народ за амбиции Путина.
***
- Вечером 21 апреля в регионах России прошли акции протеста против объявленной мобилизации. Сообщается о многочисленных задержаниях и насилии полиции в отношении протестующих. Наиболее многочисленными протесты состоялись в Москве и Санкт-Петербурге, а также на Урале и в Сибири. В регионах юга России и Северного Кавказа наиболее заметная акция прошла в Краснодаре – участие в ней, по данным издания "Протокол", приняли участие 100–150 человек. Сообщается о нескольких десятках задержанных.
- О том, как может проходить эта мобилизация и повлияет ли она на ход войны с Украиной, рассказал аналитик расследовательской группы Conflict Intelligence Team.
- До объявления мобилизации потенциальных солдат для отправки в Украину в южных и северокавказских регионах набирали по призывам властей, объявлениям в подъездах; в Дагестане полицейские останавливали водителей со штрафами и "настоятельно рекомендовали" им проехать в военкомат.
- Кавказ.Реалии ранее писал, что солдаты из регионов Юга и Северного Кавказа все чаще отказываются воевать в Украине и возвращаются домой – в России их за это, как правило, увольняют из-за "неспособности к боевой службе". В таком положении, например, оказались 115 сотрудников Росгвардии из Кабардино-Балкарии, 50 контрактников из Владикавказа и сотрудники роты ОМОН "Пластун" в Краснодарском крае. Еще около 300 военных российской базы в самопровозглашенной Южной Осетии смогли избежать наказания за самовольное возвращение из Украины.
Кавказ.Реалии в Телеграме Читать 
Приложение Кавказ.Реалии для вашего смартфона Установить