«Если не выпустят, то сяду, но убивать не пойду». Россияне о том, как уезжали от мобилизации

Сразу после того, как Путин объявил мобилизацию, многие из тех, кто попадает под нее в первую очередь, стали в спешке покидать Россию — несмотря на пришедшие повестки, отсутствие сбережений и страх перед неизвестностью. The Insider поговорил с уехавшими о том, как они относятся к войне и с чем столкнулись на границах.

Содержание

• Алексей, 27 лет, бывший контрактник: «Все, кто сейчас поедет в Украину, уже трупы»

• Андрей, экс-стрелок, 30 лет: «Лучше я пройду пешком 19 километров без воды и еды, чем стану убивать украинцев»

• Владимир, получил повестку, 38 лет: «Не хочу марать руки в крови ради непонятных целей правительства»

• Юлия, уехала со своим парнем: «За 80 тысяч можно было объехать очередь с мигалкой»

Алексей, 27 лет, бывший контрактник: «Все, кто сейчас поедет в Украину, уже трупы»

Я начал собирать вещи еще за день до объявления мобилизации — просто листал новости и понимал, к чему все идет. Выехал сразу 21-го. Я собирался купить билет заранее, но не знал, будут выпускать или нет, поэтому сразу поехал в аэропорт, чтобы разобраться с этим уже на месте. Приехав в аэропорт, я успел взять последний билет, который остался, и было уже не важно, что это бизнес-класс.

На паспортном контроле задавали не так много вопросов: как я отношусь к «спецоперации», долго ли планирую находиться в Беларуси, с какой целью еду. Я ответил, что думал, и меня спокойно пропустили. В первый день не заворачивали никого. Мои знакомые, которые тоже валили в спешке, потом рассказывали, что все проходило без особых проблем.

Среди моих друзей «спецоперацию» поддерживает очень маленький процент. Я как раз, наоборот, положительно отношусь к тому, что происходит, потому что считаю, что Донбасс действительно необходимо было защищать — но не таким способом и не до такой степени, чтобы пришлось разрушать города Украины и допускать, чтобы гибли мирные жители.

Кроме того, когда на фронте воюет профессиональная армия — это одно, но гражданским в этом пекле делать нечего. Они все умрут. Все, кто сейчас отправляется в Украину и никогда не сталкивался с военной службой, — это уже трупы, как бы жестоко это ни звучало.

Я служил по контракту, благодаря знакомым попал в полк спецназа, а 24 февраля нас уже везли на учения в Белоруссии, сказали, что отправляют на неделю, но потом перекинули в Украину. Как бы я ни пытался держать лицо, я откровенно могу сказать, что это страшно. Для меня самым шокирующим моментом было тело ребенка, у которого не было руки, ты смотришь на это, и у тебя внутри все ломается. Это невозможно забыть: окровавленный безрукий детский труп снится тебе по ночам, и это будущее тех, кого сейчас забирает военкомат.

Потерь там очень много, кадров не хватает. Мобилизацией Путин пытается решить эту проблему, но, к сожалению, это приведет только к очередному валу смертей.

Андрей, экс-стрелок, 30 лет: «Лучше я пройду пешком 19 километров без воды и еды, чем стану убивать украинцев»

Я стрелок, недавно служил, и когда объявили мобилизацию, сразу понял, что меня призовут в первую очередь. Жена испугалась, начали звонить друзья — все думали, что делать и как. Я был против этой войны с самого начала: а как иначе, если у тебя родственники на Донбассе? Я не хочу убивать, просто не понимаю, как можно лишить жизни человека, который тебе ничем не угрожает.

Конечно, у меня возникали мысли, что может дойти до мобилизации, но я не предполагал, что это случится в один момент, поэтому поначалу была растерянность — ни я, ни жена не могли никак решиться уехать.

23-го мне позвонил друг, который работает в военкомате, и сказал, что у меня есть пара дней, пока еще продолжают обновлять базы. Мы стали искать билеты. Я оформил доверенность на сестру, договорился, чтобы она присматривала за домом, долго искал, кому пристроить кошку, — с ней ведь не поедешь так просто, а никакие международные сертификаты и чипы мы ей не делали. Пока я со всем разбирался, жена постоянно писала, что билеты исчезают.

Мне позвонил друг, который работает в военкомате, и сказал, что у меня есть пара дней, пока продолжают обновлять базы

Мы решили полететь до Минвод, а оттуда уже добраться до Грузии. Но как только кинулись смотреть варианты, билетов уже не было. Мы продолжали мониторить, и внезапно увидели билеты. Быстро их купили, собрали вещи и улетели. Я решил, что если меня не пропустят и выловят, чтобы отправить на фронт, я лучше напишу отказ и сяду, чем пойду убивать.

Из Минеральных Вод до Владикавказа взяли такси. Было очень напряженно, потому что машин не хватало. Таксист предупредил, что будут тормозить ГАИ и вопрос с проездом придется решать, поэтому, если мы хотим добраться до Владикавказа без лишних проблем, нужно заплатить ему сверху, и он «договорится». Мы согласились: выбора не было. На одном из постов категорически отказались пропускать: водитель сказал, что нужно еще три тысячи, и он все «порешает», иначе дальше не проедем. Мы заплатили.

Мы очень нервничали, что не останется денег, чтобы прожить в Грузии первое время, но больше проблем с постами не возникало, и мы постепенно добрались до КПП с Осетией. Там встали в пробку часов на девять, забито было абсолютно все — на обочине полно машин, люди выходили на дорогу, переговаривались, просто сидели на земле, потому что невыносимо устали находиться в машине.

В какой-то момент, когда нас высадили где-то после выезда из села, мы вышли из машины и пошли пешком — с двумя чемоданами и тяжелыми рюкзаками. Если верить картам, то до КПП было 19 километров, но лучше пройти их и свалиться от усталости, чем убивать украинцев.

Пробка была абсолютно безжизненной. Это было больше похоже на мешанину из машин и людей: полоса для фур, для легковых, для тех, кто с велосипедом (мы тоже хотели поначалу купить у местных, но нам заломили цену в 30 тысяч), для пешеходов — абсолютно негде протолкнуться. Еще и таксисты, которые курсировали туда-обратно, отвозя подобранных на дороге пешеходов, постоянно вклинивались в пробку и тормозили движение, не позволяя ехать дальше.

Если вдруг меня не пропустят и выловят, чтобы отправить на фронт, я лучше напишу отказ и сяду, чем пойду убивать

Пока мы тащились мимо, никто не сдвинулся и на сто метров. Многие люди уже ночевали в машине больше суток, у них заканчивались вода и еда. Помню, из машины рядом вылезла маленькая девочка — вся растрепанная, чумазая, стала плакать, что хочет домой и не будет больше сидеть тут.

Постепенно мы добрались до начала пешей очереди, стояли несколько часов, КПП прошли только утром. Очень опасались вопросов, но, как оказалось, напрасно. Все было довольно стандартно: к кому едете, знаете ли о мобилизации, приходила ли повестка. Пограничник что-то посмотрел у себя в компьютере и сказал, что можно идти.

Потом — нейтральная зона, там тоже длинная пешая очередь, стоять изнурительно и холодно, потому что постоянно пронизывает ветер. В толпу все время кто-то вклинивается — мы так простояли часов семь, причем у нас закончилась вода. Хорошо, что волонтеры стали наполнять бутылки на грузинском КПП и приносить в очередь.

На обочине было очень много брошенных велосипедов — многие, когда проходят через КПП, просто оставляют их там. Рассказывали, что некоторые пограничники их даже собирают и потом продают.

Брошенный велосипед в нейтральной зоне

Фото: собеседник The Insider

Грузинские пограничники ничего не спрашивали, видно было, что они очень устали. Слышал только, как тот, который ставил мне штамп, сказал вполголоса: «Как же вас много, все едете и едете». После границы договорились с таксистом, который был неподалеку, он согласился довезти до Тбилиси за три тысячи с человека.

Это очень изматывающе и вызывает сильный стресс, но при этом становится спокойнее: ты понимаешь, что, несмотря на то, что тебе пришлось все бросить и пройти пешком почти 20 километров практически без воды и отдыха, ты не станешь расходным материалом в никому не нужной и ужасной войне.

Владимир, получил повестку, 38 лет: «Не хочу марать руки в крови ради непонятных целей правительства»

Я старался не вникать в нюансы конфликта в Украине. Я до сих пор не осознаю, что стоит за этим наступлением на самом деле, но я не хочу умирать и убивать. Я не хочу, чтобы мои руки были в крови из-за целей правительства, которых я не понимаю.

Новости о мобилизации не застали меня врасплох: я ожидал, что это возможно, хотя не предполагал, что так скоро. Буквально на следующий день после заявления Путина к нам настойчиво стучались в квартиру, но мы не открыли. А потом возле двери я нашел повестку. Поэтому я срочно решил уехать, надеясь, что если я ничего не подписал, то нигде это не зафиксировано.

Я до сих пор не осознаю, что стоит за этим наступлением на самом деле, но я не хочу умирать и убивать

С билетами возникла проблема сразу. Я хотел улететь в Узбекистан или Кишинев, но билетов либо не было, либо остались очень дорогие, а денег у нас было немного. Времени не оставалось, и я решил добраться до Самары, чтобы оттуда поехать в Казахстан. Взял билет, который успел отхватить, собрал вещи и отправился в аэропорт.

Я очень боялся, что не пропустят. На контроле спросили, служил ли я, с какой целью еду и получал ли повестку. Я соврал, что не получал. Внутри все дрожало, думал, что сейчас они обнаружат, что повестка мне все-таки приходила, но все обошлось — поставили штамп и пропустили. Может быть, именно потому, что я улетал на следующий день, у них еще не было списков, о которых стали говорить позже.

В Самаре на вокзале взял такси. Водитель просил 10 тысяч за машину — по 5 с человека, но так как я был один, договорились, что отвезет за 4. Довез буквально к началу пробки перед КПП. Она была огромная — около 20 километров, поэтому многие, как мне рассказывали люди на дороге, стоят по 2–3 дня. Услышав об этом, я не стал пытаться к кому-то подсесть, а просто пошел пешком. На это ушло примерно часов шесть, ужасно изматывающе. У меня был с собой рюкзак и сумка. Рюкзак был абсолютно неподъемный: я пытался уместить в него как можно больше вещей.

Я шел пешком до КПП часов шесть, и это необыкновенно изматывает

Ближе к КПП начиналась пешая очередь. Стояло человек 200, двигались очень медленно, я простоял часов восемь. Как ни странно, вопросов мне особо не задавали, просто поставили штамп. Мне кажется, мне просто повезло, потому что мой друг, который выезжал уже после, сказал, что при нем некоторых мужчин начали заворачивать. На границе с Казахстаном все прошло еще быстрее. После нее я уже взял такси и доехал до Уральска.

Юлия, уехала со своим парнем: «За 80 тысяч можно было объехать очередь с мигалкой»

Мы уехали втроем — я, мой парень и сын. Несмотря на то, что у парня категория В, мы понимали, что призвать могут и его, потому что о таких случаях уже слышали не раз за последние дни. Думали об отъезде еще с конца февраля, но объявление мобилизации окончательно выбило почву из-под ног, и мы твердо решили уезжать.

Выбор был между Казахстаном и Грузией, выбрали Грузию. Быстро изучили маршрут, в этом очень помогли рассказы других людей и обсуждения в тематических группах в Telegram. Ехали из Краснодара во Владикавказ и дальше в Тбилиси. Машину нашли довольно быстро, на сборы у нас было два часа. Взяли все необходимое, попрощались с родными и поехали. Родные поддержали наше решение — они негативно относятся к событиям этого года, как и мы сами.

Мы бросили любимую работу, квартиру и машину. 24 сентября мы выехали из Краснодара, около семи утра уже были на КПП между Кабардино-Балкарией и Северной Осетией и, не доехав до Владикавказа 40 километров, встали в пробку. Спустя время мы поняли, что КПП закрыто и машины просто-напросто не выпускают за исключением 15-го региона. Простояли мы часов пять.

Спустя какое-то время, я пошла к началу пробки и увидела несколько человек, окружавших инспектора. Люди возмущались, особенно тяжело было тем, кто с маленькими детьми. Тогда инспектор сжалился и велел всем машинам с детьми перестроиться в правую полосу и подъезжать к КПП. Я побежала к машине, мы перестроились вправо и подъехали ближе, но другой инспектор отнесся к этому скептически, сказал, что здесь только он все решает, попросил показать ребёнка и отметил, что в свои восемь лет он не выглядит маленьким, чтобы делать исключения. Как бы там ни было, но через КПП никого не пропустили — мы просто стояли в отдельной полосе.

Устав от ожидания, пошли пешком за пункт пропуска и там нашли таксиста, который предложил довезти нас до начала пробки в Верхнем Ларсе, минуя Владикавказ. Мы сразу же согласились.

Машина стоила 20 тысяч рублей. Во время поездки водителю звонили несколько раз, и он называл цену уже в 25 и 30 тысяч.

Пешеходы в нейтральной зоне

Фото: собеседник The Insider

Изначально, когда мы подъехали, пробка до КПП выглядела приемлемой: машины стояли в один ряд, все было размеренно. Кто-то сидел с открытыми дверьми и слушал музыку, кто-то ходил вокруг и общался с соседями на дороге. Видели бабушку, которая играла со своими внуками возле машины, и не было такой катастрофы, в которую все превратилось позднее.

Мы не хотели стоять в машине несколько суток, потому что у некоторых это растягивалось на три дня, и поэтому решили пойти пешком. Навигатор показывал 18 километров до Верхнего Ларса. С собой у нас был большой чемодан, три рюкзака и сумка с ноутбуком. Было тяжело, но не настолько, как я предполагала. Я больше переживала за сына, но даже он стойко все перенес.

На маршруте нет магазинов, поэтому остановиться и что-то купить просто негде. У нас с собой было несколько бутылок воды, колбасная нарезка, хлеб, бублики, шоколадка и яблоки — не хотелось брать много из-за дополнительного веса. Мы один раз перекусили, но вода все равно закончилась быстро. Спасло только то, что рядом с дорогой был ручей, в котором можно было набрать попить.

Потом пробка значительно видоизменилась — из спокойной линии машин в одну полосу сначала она разрослась на две-три, а после и больше. Очень много машин, уставшие люди, уровень агрессии заметно повысился — кто-то сигналил, кто-то ругался. Если в начале пробки мы спокойно шли с чемоданом, а мимо ехали велосипедисты или шли пешеходы, то в конце даже без чемодана далеко не везде можно было протиснуться.

В начале пробки мы шли с чемоданом, мимо ехали велосипедисты или шли пешеходы, в конце — даже без чемодана нельзя было протиснуться

Напряженность выросла в несколько раз. Люди кооперировались и пытались помочь водителям, договаривались между собой, не пускали машины по встречке.

Я около 20 минут искала машину, чтобы подсесть для пересечения границы, пока парень и сын отдыхали, но ничего не вышло. Кто-то просто отказывался, кто-то был уже забит, кто-то называл космическую сумму. Пользуясь тем, что людям некуда деваться, они измотаны дорогой и морально подавлены, местные задирали цены до потолка.

Машину нашел мой парень — он договорился с одним грузином, который взял нас к себе. Нас довезли через все пункты КПП и в Тбилиси абсолютно бесплатно.

Когда мы сели в машину, до конца пробки оставалось 800 метров, но преодолевали мы их следующие часов 13. Это было очень изматывающе.

Пока ты находишься в пробке, можно заказать доставку еды, воды или бензина за стоимость в несколько раз выше рыночной. На всем маршруте есть только один магазин — непосредственно перед КПП, но очередь туда напоминает очередь в Лувр или Третьяковку, а ассортимента практически нет, и расплатиться можно только наличкой.

Встречается немало тех, кто предлагает довезти до КПП на мотоцикле, квадроцикле или машине с мигалками. Стоимость этой услуги начинается от 30 тысяч за мотоцикл и от 80 — за сопровождение с машиной. Чем ближе машина к КПП, тем скорее она пройдет границу, поэтому ценник и выше.

Местные предлагают довезти к началу КПП с сопровождением за 80 тысяч и больше

На всем маршруте стояли ДПС, которые штрафовали за выезд на встречку. Но эти же инспекторы закрывали глаза, когда кто-то ехал с мигалками с караваном машин, следующих позади.

У самого КПП зрелище было еще более удручающим. Люди сидели на чемоданах, стояли с детьми, отдельно были велосипедисты. На обочине были те, кто, по-видимому, не смог найти машину, чтобы двигаться дальше.

Российский КПП мы прошли минут за 30–40. На проверке паспортов все было довольно быстро, но пограничник задал несколько вопросов моему парню и пытался давить морально.

После мы встали в пробку в нейтральной зоне из-за того, что тоннель был забит фурами. Когда подъехали к грузинскому КПП, ворота были закрыты. Машин было не так много, а вот очередь из людей росла очень быстро. Мы простояли несколько часов. Прошли КПП минут за 10, грузины ставили штампы очень быстро.