Лежачая стабилизация: экономика адаптировалась к санкциям, но потенциала роста в большинстве отраслей нет, объяснили аналитики ЦБ

Российская экономика в начале 2023 года чувствует себя гораздо лучше, чем ожидалось, констатируют эксперты Центробанка в январском обзоре «О чем говорят тренды». В 2022 году от жесткой посадки ее спасли антикризисные меры ЦБ, высокие цены на нефть и газ, необыкновенная гибкость бизнеса и щедрые вливания государственных денег. Авторы доклада отмечают негативное влияние новых санкций против российского экспорта, но оценивают его как «ограниченное». Выпуск в целом в конце года стабилизировался на уровне третьего квартала, то есть его динамика имеет L-образную форму вследствие разнонаправленных тенденций разных секторов. Дальнейшему восстановлению препятствуют слабые спрос и инвестиционная активность, возрастающие сложности с обслуживанием импортного оборудования и структурные искажения на рынке труда.

Российская экономика вошла в 2023 год в гораздо лучшей форме, чем ожидалось, констатируют авторы очередного обзора «О чем говорят тренды», который выпускает департамент исследований и прогнозирования Центробанка. По их мнению, у этого есть четыре причины.

Во-первых, меры, которые в начале войны ввел сам ЦБ, «сохранили устойчивость финансовой системы» и, в результате, способствовали быстрому возобновлению кредитной активности. Когда ключевая ставка была фактически запретительной, отмечают авторы обзора, бизнес поддержали «различные адресные программы льготного кредитования».

Во-вторых, рост цен на ключевые товары российского экспорта увеличил доходы нефтегазовых компаний, несмотря на сокращение физических объемов поставок. Влияние новых санкций против российской нефти и нефтепродуктов аналитики ЦБ называют «ограниченным», однако предупреждают, что фактическое снижение цен «негативно сказывается на прибыли компаний и объемах ее перераспределения в экономике через налоговый, дивидендный и другие каналы».

В-третьих, предприятия, использующие импортные комплектующие и материалы, смогли довольно быстро адаптироваться к санкциям и даже частично заместить выпадающий импорт. В обзоре приводятся данные опроса Института экономической политики им. Е.Т. Гайдара, указывающие, что доля предприятий, не нуждающихся в импортных комплектующих и материалах, увеличилась с 9% в июне до 16% к концу года. Остальных поддержала легализация параллельного импорта. В относительном выражении его доля составила 10% от общего объема импорта товаров и услуг, однако этого оказалось достаточно, чтобы обеспечить поставки критически важной продукции, без которой производства могли бы встать, отмечают авторы обзора.

Наконец, в-четвертых, «потери частного и внешнего спроса частично компенсировали вливания государственных денег» — стимулирующая роль бюджета возросла в конце года.

Позитивную экономическую динамику в ноябре–декабре 2022 года во многом обеспечили экспортный и государственный спрос, пишут авторы. Хорошие результаты аграрного сектора транслировались в рост пищевой промышленности (отметим, что на фоне сжатия или стагнации спроса такой рост может быть связан исключительно с импортозамещением). В дальнейшем экономику могло бы поддержать восстановление спроса. Вместе с тем снижение прибыли предприятий в конце года и «сохраняющаяся геополитическая напряженность» подавляют инвестиционную активность частного сектора.

Предварительные данные четвертого квартала указывают, что выпуск окончательно стабилизировался, то есть, как и писала Re: Russia, текущий кризис имеет L-образную форму. В отраслевом разрезе эту динамику обеспечивает разнонаправленные тенденции в секторах: добывающая промышленность и розничный товарооборот находятся в негативном тренде, в то время как обработка в целом выглядит якорем стабилизации, что вновь заставляет задуматься о месте, которое занимает в этом новом балансе оборонная отрасль. «В динамике производства промежуточных и инвестиционных отраслей все более значимую роль начинают играть ограничения, вызванные сложностями с обслуживанием импортного оборудования и нехваткой персонала», — предупреждают эксперты ЦБ.

Говоря о дальнейших перспективах структурной трансформации экономики (этот термин возник в первом «военном» выпуске обзора «О чем говорят тренды», который вышел в апреле) авторы обзора предсказывают дальнейший рост производства в обрабатывающей промышленности — при стагнации или снижении в других отраслях. Они называют три фактора: обусловленные санкциями технологические ограничения, слабый внешний спрос и нехватку рабочей силы на фоне рекордно низкой безработицы.