В роли Робин Гуда. Наталья Геворкян – о золотой табакерке

Когда Кремль начал войну в Украине, любимым мемом стала табакерка, по ассоциации с заговором против Павла I, которого ударили в висок золотой табакеркой, прежде чем задушить. Сетовали, что нет смельчака, который бы решился посягнуть на президента и его власть, чтобы "остановить этот кошмар". И, кем бы он ни был, за это ему списались бы все грехи.

Это была безнадежная шутка, потому что условную табакерку мог активировать только приближенный. Тот, у кого был доступ к телу. Ирония обострялась каждый раз при виде длиннющего стола между вождем и любым собеседником, даже самым доверенным. Этот стол в буквальном смысле аннулировал само понятие "приближенный". Путин трусил, но его окружение трусило ещё больше. Короче, ситуацию с бунтом никто всерьез не рассматривал. Для этого нужен был человек или люди с яйцами, а таких в Кремле не держат.

И вот год и четыре месяца спустя после начала войны, на следующий день после 22 июня – даты, которую знают все в России, – человек с кувалдой, повар Путина, бизнесмен, создатель "фабрики троллей", главный наёмник страны, за которым стоит его армия, воюющая в том числе в Украине, "перешел границу у реки" и бросил вызов российскому армейскому руководству. А по сути – системе.

Игра была равна, играли два @овна

До и после начала собственной спецоперации он забросал телеграм-эфир альтернативной информацией о том, что творится на фронте, о количестве жертв и спрятанных в моргах телах погибших русских солдат, о бездарности генералов и неготовности к войне, о том, как она начиналась, на что надеялись и что получилось, вернее, не получилось. Он выплескивал и выплескивал эту свою правду как человек, потерявший от обиды берега. Но в то же время рациональный. Он заручился поддержкой своих командиров и солдат (возможно, не только своих, но и кое-кого из армейских), он знал, что за ним хорошо тренированная и организованная военная сила, он не нападал напрямую на президента, его мишенью были руководство Минобороны и Генштаба, этим досталось. Он не шёл умирать, но готов был рисковать ради сохранения ЧВК "Вагнер" и ради сохранения своих позиций. Он без боя взял Ростов-на Дону, назвал поход на Москву "маршем справедливости" и к вечеру с 24 на 25 июня остановился в паре сотен километров от столицы. Его колонна не встретила сколько-нибудь серьёзного сопротивления на своём пути. По данным открытых источников, жертвами вагнеровцев стали российские военные летчики: они сбили три вертолета радиоэлектронной борьбы Ми-8МТПР, два ударных (Ка-52 и Ми-35), один военно-транспортный Ми-8, а также самолет Ил-22М, "воздушный защищенный пункт управления". Жертв среди "вагнеровцев" и гражданского населения, судя по тому, что нам известно, нет.

Это был военный мятеж. Это была точно не золотая и не вполне "табакерка", но это был удар под дых российской элите. Евгений Пригожин поставил российское руководство на уши и напугал Владимира Путина, который не смог этого скрыть и продолжал не мочь еще и через день после того, как Александр Лукашенко разрулил ситуацию. Путин не смог даже этого, он не дозвонился до Пригожина. Он смог только вскочить в самолет и покинуть столицу (его борта отлеживались по радару), то есть сделать ровно то, что, как он надеялся, сделает Владимир Зеленский, когда Путин приказал взять Киев. Теперь понятно, что Путин судил по себе: сдрейфит и убежит.

Пригожин выступил в роли Робин Гуда – защитника народа (простых солдат, не только своих, но и армейских, гибнущих на войне), правдоруба, не побоявшегося послать на фиг начальство. Вагнеровский начальник оказался единственным из причастных к войне, кто вслух заявил: не умеете воевать, не начинайте войну.

Это был не бессмысленный бунт, мы многое узнали благодаря этим двум дням. Мы увидели, что система слаба и не работает. Мы отметили, что Путин трус, что было понятно и раньше, но теперь получено прямое доказательство. Мы поняли, что в случае реальной угрозы элита просто впрыгнет в самолеты и смоется, что никто за Путина рвать на себе рубашку не будет. Мы выяснили, что государство щедро финансировало "Вагнера", от которого всегда открещивалась. Мы получили от Пригожина свидетельства о количестве жертв (только взятие Бахмута стоило 20 000 жизней россиян) и состоянии дел на фронте. Мы догадываемся, что Пригожина поддержали не только командиры его ЧВК. Мы получили прямое доказательство, что правосудие молчит, когда государству нужно, чтобы оно молчало. Или, как не пошутила Маргарита Симоньян, юридические нормы "идут лесом", если "так надо".

Нет, Пригожин не белый и пушистый. Он нормальный бандит. Но только у бандита и оказались яйца, чего уж. И это не сразу поняли именитые российские политологи, в основном находящиеся за рубежом, некоторые из которых в первые часы мятежа писали пренебрежительные глупости относительно происходящего. Лучше бы молчали. Они мечтали о табакерке, но когда Пригожин построил колонну и повел на Москву, продолжали, полагаю, выпивать вечером в пятницу и хихикать. Это было поразительно. Наутро протрезвели. Да, вот такой мятеж и такой у него главарь. И возьми он Кремль, мало бы не показалось никому. И Путин плох, и Пригожин, мягко говоря, не подарок. Игра была равна, играли два @овна, как сказал один болельщик по поводу неудачного футбольного матча.

Но он хотя бы попробовал. И я уверена, всю цену за этот свой бунт ещё не заплатил. Месть впереди. Его лишат всего, и активов, и "Вагнера". И, убеждена, Путин никогда не простит, так что пока Пригожин жив, ему придется оглядываться через плечо. Если, конечно, он снова не решит не сдаваться без боя. И тогда game on, мы увидим продолжение.

Наталья Геворкян – журналист

Высказанные в рубрике "Право автора" мнения могут не отражать точку зрения редакции