Льготная нагрузка: льготное кредитование не дает ЦБ обуздать инфляцию и искажает условия конкуренции в экономике

Жесткая денежно-кредитная политика пока не остановила рост кредитования, так как значительная его часть приходится на льготные программы с нерыночными ставками. Это один из аргументов в пользу дальнейшего повышения ключевой ставки, то есть цены денег для тех, кто не имеет доступа к льготам и ведет свою деятельность на рыночных условиях.

В Центробанке признают, что субсидированные кредиты могут быть оправданы как антикризисная мера, однако в долгосрочной перспективе их экономическая эффективность вызывает сомнения. Если заемщики, способные привлекать кредиты на рыночных условиях, пользуются льготными программами, это не увеличивает общий объем кредитования и не стимулирует спрос. Результатом длительных льготных программ становится не только дополнительная нагрузка на бюджет, но и более высокая инфляция и искажение условий конкуренции в целом по экономике.

После завершения массовой программы льготной ипотеки, которая привела к существенному искажению рыночных цен, источником дисбалансов остается льготное корпоративное кредитование. При ключевой ставке на уровне 19% у половины корпоративного портфеля стоимость обслуживания не превышает 10%.

Помимо прочего, широкое применение льготных программ способствует концентрации рынка, поскольку ими управляют преимущественно крупные банки, предупреждают эксперты. А концентрация активов, соответственно, ведет к концентрации рисков.

Высокая ключевая ставка (в сентябре Центробанк поднял ее до 19% годовых) до сих пор не обуздала рост кредитования, констатируют аналитики ЦБ в последнем докладе о развитии банковского сектора. Темпы роста выдачи розничных кредитов в августе замедлились незначительно — до 1,3% м/м (в июле было +1,4%, в мае и июне темп прироста составлял +2%), выдача ипотеки увеличилась на 0,9% (в июле — +0,7%), а корпоративных ссуд — на 1,9% (после +2,3% в июле). Для устойчивого снижения инфляции необходимо более существенное замедление кредитования, констатируют участники обсуждения ключевой ставки. Пока отчетливое замедление кредитования наблюдается только в секторе малых и средних предприятий.

Динамика кредитования, 2021–2024, млрд рублей

Проблема в том, что высокая ставка влияет только на ту часть рынка, где действуют рыночные ставки. Кредиты же, которые тем или иным образом субсидирует государство, к уровню ключевой ставки нечувствительны. Чем больше доля нерыночных кредитов, тем выше должны быть ставки для остальных. Льготные кредиты могут иметь даже более проинфляционный характер в сравнении с прямыми бюджетными вливаниями — за счет создания кредитного плеча, соглашаются аналитики Райффайзенбанка. Например, взяв льготный кредит, компания может использовать его как часть залога для получения нового кредита.

Программы субсидирования не всегда вступают в противоречие с денежно-кредитной политикой, оговаривается ЦБ в «Основных направлениях денежно-кредитной политики на 2025 год и период 2026 и 2027 годов». Например, в периоды экономических кризисов для поддержки спроса может быть недостаточно снижения ключевой ставки, особенно если рыночные ставки и так низки. Однако субсидирование должно применяться в качестве краткосрочной антикризисной меры. Его цель — быстрое стимулирование экономики, преодоление «бутылочного горлышка» кризиса. В дальнейшем основную роль в регулировании спроса должна играть денежно-кредитная политика, то есть воздействие на экономику посредством ключевой ставки.

На длинном горизонте экономическая эффективность программ льготного кредитования неочевидна, замечают авторы доклада. Если заемщики, способные привлекать кредиты на рыночных условиях, в итоге привлекают их на льготных, объем кредитования и спрос в экономике не растут. Длительные программы субсидирования в реальности не только повышают нагрузку на бюджет, но и существенно искажают конкурентные условия в экономике. Для рыночных игроков цена кредита возрастает, потому что экономика через бюджет финансирует льготников, хотя их рентабельность может быть существенно более низкой. Для самих секторов с пролонгированными льготами возникает эффект «золотой клетки», то есть их способность выживать в рыночных условиях снижается.

Доля льготных кредитов в общем кредитном портфеле российских банков (101 трлн рублей в августе 2024 года) составляет около 15%. Это почти 9% ВВП. Почти 9 из 14 трлн рублей портфеля кредитов с субсидированной ставкой приходятся на льготную ипотеку. При этом более половины этой суммы банки выдали в рамках самой массовой безадресной льготной программы, которая была запущена еще во время пандемии. Программа несколько раз продлевалась и прекратила действовать только в июле 2024 года (→ Re: Russia: Фактор стабильности и нестабильности). За все время было выдано около 1,6 млн кредитов на общую сумму 6 трлн рублей. Заемщики приобрели жилье общей площадью 76 млн кв. м.

Эта программа является ярким примером того, как работают в экономике широкие и пролонгированные льготы. Доступность жилья в России в результате действия программы не увеличилась, а снизилась, поскольку из-за расширившегося спроса, за которым не успевало предложение, цены на недвижимость возросли почти вдвое, указывается в докладе ЦБ. Бюджетные расходы на субсидии уже составили 0,5 трлн рублей. Если заемщики будут равномерно погашать кредиты в течение 10 лет, а динамика ключевой ставки будет соответствовать базовому прогнозу ЦБ, то бюджет должен будет потратить на субсидирование ставок по ним еще 1,2 трлн рублей. Таким образом, прекращение действия программы не остановит рост расходов на ее обслуживание.

Портфель льготных корпоративных кредитов меньше, чем портфель льготной ипотеки. Однако меры государственной поддержки корпоративных заемщиков не ограничиваются прямым субсидированием. Они также включают госгарантии, льготное фондирование банков-кредиторов и прямое предоставление заемных средств по низким ставкам с участием государственных институтов развития, Фонда национального благосостояния и т.д. На госпрограммы с субсидируемой ставкой приходится 26% портфеля кредитов с фиксированной ставкой (на них в свою очередь приходится половина общего портфеля корпоративных кредитов), которая не меняется при повышении ключевой ставки ЦБ. Еще 11% — на другие формы поддержки, следует из данных ЦБ на 1 июля. При этом 44% портфеля приходится на ссуды, выданные до октября 2023 года, когда ключевая ставка была не такой высокой. В результате у половины портфеля кредитов с фиксированной ставкой стоимость обслуживания не превышает 10% годовых, а у 20% она ниже 5%.

ЦБ отмечает, что льготные корпоративные кредиты искажают рынок не так сильно, как льготная ипотека. Поскольку спрос менее концентрирован, давление на цены оказывается ниже. Кроме того, профинансированные за счет льготных кредитов инвестпроекты могут способствовать росту предложения. Впрочем, в докладе о развитии банковского сектора регулятор признает, что в основном корпоративные кредиты расходуются на пополнение оборотных средств в условиях роста издержек.

Прямо свернуть льготные программы ЦБ не призывает, однако указывает, что «доступность заемного финансирования для экономики в целом обеспечивается прежде всего предсказуемо низкой инфляцией и, соответственно, снижением инфляционных рисков инвесторов, что позволяет заемщикам привлекать средства на рыночной основе без накопления дисбалансов в экономике». О дополнительных дисбалансах, которые создает распространение льготных программ, предупреждают также аналитики агентства «Эксперт РА». То, что операторами этих программ в основном выступают крупнейшие банки, ведет к концентрации рынка, а значит, и к концентрации рисков для финансовой системы. Норматив максимального размера крупных кредитных рисков (Н7) у них увеличился с 221% по состоянию на 1 января 2022 года до 278% на 1 июля 2024-го (максимальное значение — 800%). У прочих банков уровень концентрации рисков по сравнению с началом 2022 года, напротив, снизился.