Спасение вымирающих. Почему экономика развитых стран не выживет без иммигрантов

Кроме того, иммиграция, судя по всему, помогла смягчить последствия пандемии для экономики западных стран. В ноябре 2022 года Джером Пауэлл, председатель ФРС, выступил с речью, в которой утверждал, что кадровый дефицит в экономике США составит 1,5 млн вакансий. Ведь коронавирус убил около 400 тысяч человек трудоспособного возраста и подорвал здоровье еще сотен тысяч. Из-за коронавирусных ограничений упал и приток мигрантов в страну. Однако спустя всего несколько месяцев можно было констатировать, что опасения Пауэлла оказались напрасными: рынок труда практически полностью восстановился. Нобелевский лауреат по экономике Пол Кругман утверждает, что произошло это именно благодаря быстрому восстановлению иммиграции в США: «Иммигранты в подавляющем большинстве являются взрослыми трудоспособного возраста. Возраст 79% резидентов, родившихся за границей и прибывших после 2010 года, составляет, по данным переписи, от 18 до 64 лет, тогда как доля таких людей в целом по стране составляет 61%. Таким образом, всплеск иммиграции, вероятно, внес значительный вклад в способность экономики наращивать число новых рабочих мест без неконтролируемой инфляции».

Это в краткосрочной перспективе, а как насчет долгосрочной? Кругман продолжает:

«Здесь аргументы в пользу увеличения иммиграции еще сильнее. Если мы определим трудоспособный возраст как период от 18 до 64 лет, то общий коэффициент демографической нагрузки, рассчитанный по тем же данным переписи, составит 27,5%. Для резидентов, родившихся за границей и прибывших после 2010 года, этот коэффициент составляет всего 5,8%. По сути, новые иммигранты вносят вклад в систему, но еще много лет не будут получать выгоды от нее. Так что с экономической точки зрения рост иммиграции — это хорошо для всех. И рациональная политическая система, которая не введена в заблуждение ложными заявлениями о связи иммиграции и преступности, только приветствовала бы это явление».

Подобную тенденцию можно было наблюдать и в ЕС, где в 2022 году одновременно с ростом иммиграции на 117% ощутимо снизилось количество свободных рабочих мест, подскочившее после пандемии.

Снижение бюрократии — способ привлечь к труду беженцев

Внутренние мигранты в Европе находят работу успешнее, чем коренные жители, — уровень занятости у них выше. Но приехавшие из-за пределов ЕС вовлекаются в рабочий процесс меньше и занимают преимущественно низкоквалифицированные должности. Дело в том, что значительную долю таких мигрантов составляют беженцы, у которых стартовые позиции хуже. Так, в Германии в первый год пребывания у беженца шансы найти работу практически равны нулю: им вообще не разрешается работать, пока оформляются документы. В Финляндии даже спустя 10 лет в стране находят работу только 22% беженцев. В Швеции беженцам требуется около 20 лет, чтобы интегрироваться в экономику так же, как другие мигранты.

Дело не только в европейской бюрократии, но и в высоких пособиях для беженцев. Так, по данным Центра исследования миграции, беженцы действительно быстрее находили работу, когда им сокращали пособия (речь в первую очередь о мужчинах). Это объясняет, почему Франция, Италия, Германия и другие европейские страны решили сократить государственные пособия бежавшим из родных стран — чтобы подтолкнуть их к трудоустройству.

В США уровень социального обеспечения для приезжих ниже, а стимулов к труду, соответственно, больше. Там беженцы догоняют по уровню занятости других иммигрантов уже после двух лет, в течение которых почти 60% из них находят себе работу. В целом в США трудоустроены 77,5% мигрантов, в то время как среди местных этот показатель находится на уровне 66,1%. В Европе всё наоборот — работают лишь 63% иммигрантов, а доля занятых среди местных составляет 77%. При этом картина может отличаться в зависимости от страны — например, в Хорватии, где мигранты получают необычайно низкую по уровням ЕС поддержку, около 80% всех иностранцев трудоустроены, а среди местных жителей работают 70%.