Искушение газом: возвращение «Северного потока» может быть лишь первым камнем газового мегаальянса, которым Трамп пытается прельстить Путина

«Большая сделка», которую Дональд Трамп, судя по всему, мечтает заключить с Владимиром Путиным, может включать не только политические соглашения и договоренности в области вооружений, но и значительную экономическую составляющую, направленную на ослабление связи между Россией и Китаем.

Вероятное обсуждение в этом контексте сотрудничества США и России в Арктике неминуемо ставит вопрос о газовых запасах России в этом регионе и возможностях их освоения, а также о разблокировании уже разрабатываемых месторождений, продукция которых не имеет рынков сбыта из-за санкций и прекращения поставок в Европу.

В этом контексте стоит рассматривать слухи о возможной реанимации «Северного потока — 2», появившиеся в последнее время. При этом речь идет о посредничестве США при поставках российского газа в Европу.

Хотя такой поворот событий противоречит политике ЕС последних лет, после окончания войны давление в пользу возобновления поставок может оказаться в Европе очень сильным. Дешевый трубопроводный газ — важное конкурентное преимущество европейской промышленности.

Однако сделка с «Северным потоком» может быть только первым этапом более широкого сотрудничества в газовой сфере. Если Россия восстановит объемы своего газового экспорта до предвоенного уровня, то совокупная доля экспорта, приходящегося на нее и США, приблизится к 40%.

Идея глобального газового альянса с Россией может оказаться частью национальной стратегии энергетического доминирования, которую Трамп поручил разработать специально созданному совету. К сотрудничеству с Россией США подталкивает угроза формирования альтернативного газового альянса, ключевую роль в котором будет играть Китай.

Мутный поток: возвращение

Хотя содержание «большой сделки», которую Дональд Трамп мечтает заключить с Владимиром Путиным и в которой прекращение войны в Украине на приемлемых для Москвы условиях он рассматривает как свой «актив», неизвестно, можно предположить, что помимо политических договоренностей и договоренностей в области вооружений она включает существенную экономическую часть. Эта часть, в совокупности с обещанной полной или частичной отменой санкций, призвана способствовать реализации стратегических планов Трампа по ослаблению связей России с Китаем, которые должны быть уравновешены прочными связями с США.

Как мы уже писали, одной из арен сотрудничества, которым США завлекают Россию, скорее всего, являются договоренности по «разделу Арктики» и освоению ее природных богатств (→ Re: Russia: Арктический блиц). Однако такая перспектива неминуемо ставит вопрос о газовых запасах России и возможностях их освоения. На сегодняшний день газ даже с уже разрабатываемых Россией месторождений оказался «заперт» после прекращения функционирования «Северного потока» и санкций против российских СПГ-проектов. Именно в этом контексте, по всей видимости, следует рассматривать появившиеся на прошлой неделе слухи об интенсивных обсуждениях на неформальном уровне возможности реанимации «Северного потока — 2».

О том, что «Северный поток — 2» может быть возрожден, еще в конце 2024 года рассказывала The Wall Street Journal. Оказалось, что на активы швейцарской компании Nord Stream 2, оператора газопровода, претендует американский предприниматель Стивен Линч, основатель инвестиционной компании Monte Valle и один из спонсоров Трампа. Он обратился в Минфин США с просьбой разрешить ему участвовать в соответствующем конкурсе, когда тот состоится. Линч, вероятно, известен в России даже лучше, чем в США. В 2007 году он приобрел зарубежные активы ЮКОСа — как позже выяснилось, в интересах основателей инвестиционной компании «Ренессанс Капитал» Стивена Дженнингса и Ричарда Дитца.

В начале марта о том, что американские инвесторы, в том числе Линч, продолжают интересоваться активами Nord Stream 2, рассказали источники Financial Times, а также немецких изданий Handelsblatt и Bild. По данным Bild, к переговорам подключился специальный посланник президента США по особым поручениям Ричард Гренелл. Кроме того, СМИ выяснили, что у проекта появился операционный менеджер — бывший глава Nord Stream 2 Маттиас Варниг, старый знакомый Владимира Путина. По информации The Wall Street Journal, во время службы в Дрездене офицер КГБ Путин завербовал Варнига, тогда офицера Штази. Интересно, что Варниг, по всей видимости, знаком с Линчем. По данным Reuters, в сделке по приобретению зарубежных активов ЮКОСа Варниг обеспечил Линчу поддержку «Роснефти» и получил за это в качестве вознаграждения долю в «Ренессанс Капитале».

Американское искушение

Как может функционировать возрожденный «Северный поток — 2», понятно лишь в общих чертах. Так, источники Financial Times говорят, что оператора газопровода будут контролировать американцы. Они будут покупать газ у «Газпрома» и перепродавать его потребителям в Европе. Таким образом, говорят источники издания, ЕС не придется формально восстанавливать отношения с Россией, чего он не хочет, а американские инвесторы будут «получать деньги ни за что». Развитие этот сюжет должен получить в ближайшее время. Nord Stream 2 проходит процесс банкротства, после которого его активы будут выставлены на продажу. Это должно было произойти уже в январе, но компании была выдана отсрочка еще на четыре месяца.

До недавнего времени восстановление отношений Европы с «Газпромом» казалось невероятным сценарием. Более того, уже к 2027 году Европа собиралась полностью отказаться от российских углеводородов, а также от ядерного топлива (впрочем, пока Европейская комиссия отложила публикацию соответствующего детализированного плана). На официальном уровне ЕС заявляет, что не заинтересован в возрождении «Северного потока — 2», так как стремится снизить зависимость от такого «ненадежного партнера», как Россия.

Однако экономически перспектива возобновления поставок выглядит крайне привлекательной, прежде всего для германской промышленности. Поэтому, помимо давления пророссийских членов ЕС, таких как Венгрия и Словакия, лоббистами проекта могут оказаться влиятельные силы внутри Германии. О возобновлении поставок уже заговорили некоторые немецкие бизнесмены и политики, замечает Bloomberg. Правда, пока только в восточных землях, где сильны позиции симпатизирующих России ультраправых и ультралевых партий. Представители федерального правительства и крупнейших компаний вроде BASF реставрацию сотрудничества с Россией и «Газпромом» исключают. Но в случае окончания боевых действий, подписания мирных соглашений и снятия с России санкций со стороны США аргументы о том, что дешевый трубопроводный газ — важное конкурентное преимущество европейской, и в первую очередь германской, промышленности, будут звучать более чем весомо. За последние пять лет цены на природный газ в США были в среднем на 70% ниже, чем в Европе, подсчитал Bloomberg. Эта разница дает Америке значительное конкурентное преимущество перед Европой и помогает поддерживать политику Трампа по возвращению американского производства из-за рубежа.

Двойные тиски Европы

Возобновление прокачки российского газа по «Северному потоку» при участии американских посредников — это уникальная возможность поставить под контроль ЕС и США энергоснабжение всей Европы до конца эпохи ископаемого топлива, заявлял Линч в интервью The Wall Street Journal в конце прошлого года. Но фактически картина выглядит сложнее.

Резкий рост спроса на сжиженный газ со стороны Европы и резкое сокращение после начала войны в Украине поставок из России помогли США к середине 2023 года стать крупнейшим поставщиком газа не только в этом регионе, но и в мире. На европейском рынке США теперь играют роль критического поставщика, то есть такого, уход которого практически невозможно восполнить. В 2024 году, по данным проекта European LNG Tracker, США обеспечивали почти половину европейского импорта СПГ. Впрочем, СПГ-поставки составляют лишь треть всех газовых поставок в Европу, поэтому доля США в газовом импорте стран ЕС составляла в 2023–2024 годах около 18%, по подсчетам Breugel.

Структура импорта газа странами ЕС, 2021–2024, %

На долю России, второго по значимости поставщика сжиженного газа, пришлось 19% (21,3 млрд кубометров) всех поставок СПГ. Это составляет лишь 7% газового импорта ЕС. Однако еще 33,3 млрд кубометров газа Россия поставила в Европу по газопроводам, и ее доля в газовом импорте Европы в целом примерно равна американской — 19% по итогам 2024 года, когда Россия серьезно нарастила поставки как трубопроводного газа, так и СПГ. На Россию и США вместе, таким образом, приходится около 40% газового импорта ЕС. Прокачка газа по одной нитке «Северного потока» — это 25,5 млрд кубометров в год, что эквивалентно примерно 9% газового импорта ЕС.

Если поставки будут восстановлены, то российский трубопроводный газ составит уже 20% всего газового импорта Европы, а российская доля в целом (с учетом поставок СПГ на уровне 2024 года) — 27–28%. Таким образом, импорт из США и России и в этом сценарии будет приближаться к половине всего европейского импорта. То есть на смену газовой зависимости Европы от России придет газовая зависимость Европы как от России, так и от Америки. Что в новых геополитических условиях и в контексте стремления Европы к обретению субъектности в качестве самостоятельной глобальной силы выглядит совершенно по-новому.

На первый взгляд, продвигаемый американской администрацией план возвращения «Северного потока» выглядит парадоксом. Именно Трамп в прошлой своей каденции выступал главным архитектором санкций против строительства газопровода до самого последнего момента, что рассматривалось наблюдателями как стремление заместить российские трубопроводные поставки американским СПГ. Однако в более далекой перспективе российско-американский газовый альянс может представляться вполне заманчивой затеей.

«Энергетическое доминирование» и газовый ОПЕК

Во время предвыборной кампании Трамп обещал увеличить добычу нефти на 3 млн баррелей в день (более чем на 20%) в рамках так называемого плана «3-3-3», который также предполагает снижение бюджетного дефицита до 3% ВВП и поддержание экономического роста на уровне 3% в год. Этот план не может быть реализован, полагает эксперт Берлинского центра Карнеги Сергей Вакуленко (→ Re: Russia: Говори, детка, говори). У американского правительства нет инструментов, чтобы так сильно раскачать добычу нефти, а если бы они и нашлись, такой рост добычи привел бы к снижению мировых цен, что, в свою очередь, ударило бы по американским сланцевым проектам. Однако план Трампа выглядит «безусловно реалистичным», если оценивать его выполнение не в баррелях нефти, а в баррелях нефтяного эквивалента (метод учета, включающий природный газ), указывает в интервью с Bloomberg Дэн Ергин, автор знаменитых книг по истории нефтяного бизнеса и вице-президент S&P Global. Такого же мнения придерживается аналитик S&P Global Рауль Леблан.

На рынке газа, в отличие от рынка нефти, потенциал роста еще велик. По расчетам Bloomberg, производство СПГ в США за время президентства Трампа может увеличиться на 60%. В целом мировой рынок газа, как и рынок нефти, приближается к пику потребления. Но если потребление нефти, по прогнозу Международного энергетического агентства (МЭА), может выйти на плато уже к концу этого десятилетия, то потребление газа — лишь после 2035 года. Объемы мировой торговли газом будут расти как минимум до середины столетия, полагают аналитики МЭА. Поставки трубопроводного газа достигнут пика (499 млрд кубометров) уже в 2030 году, как и поставки нефти, а затем начнут постепенно снижаться. В то же время поставки СПГ могут вырасти с нынешних 546 млрд кубометров до 690 млрд в 2030 году, 719 млрд в 2035-м и 830 млрд в 2050-м. Природный газ было принято называть «топливом переходного периода» (bridge fuel) — он рассматривался как лучшая альтернатива углю на пути к полному отказу от ископаемого топлива. Но с учетом актуальных прогнозов газу в целом, но прежде всего СПГ, вполне подходит определение «топливо будущего», заключает в разговоре с Bloomberg исполнительный директор Американского института нефти (API) Майк Соммерс.

Доли топ-5 мировых экспортеров газа, 2013–2023, %

Российский газовый экспорт в 2019 году составлял почти 21% от общемирового и сократился теперь до 10,2%, США, напротив, увеличили за это время свою долю с 10,6% до почти 18%. Восстановление российской доли приведет к тому, что в перспективе совокупная доля двух стран в мировом экспорте газа приблизится к 40–45%, если США продолжат наращивать свой газовый экспорт. Учитывая, что, согласно плану Линча, европейские поставки России будут находиться под совместным контролем России и США и те же США станут партнером России в разработке новых месторождений, такой альянс начинает выглядеть неким газовым ОПЕК.

Эти мегаломанские планы вполне вписываются в общую идеологию администрации Трампа, который создал ровно месяц назад Национальный совет по доминированию в энергетике и поручил ему разрабатывать стратегию энергетического доминирования. Вполне логично, что важнейшим элементом такой стратегии должно стать предотвращение формирования газового альянса Китая, России, на которую, по данным ОПЕК, приходится почти четверть доказанных запасов газа в мире, и Ирана, на который приходится еще 17% запасов. Освоение этих запасов возможно только при наличии партнера с широкими финансовыми возможностями, и опасения, что им в конце концов окажется Китай, вероятно, служат стимулом для администрации Трампа, чтобы развивать газовый альянс с Россией.