Date

Author

Юрий Мацарский

Source

The Insider

Preserved copy

Internet Archive

Original Material

Период полураспада. Новым властям может оказаться не под силу удержать Сирию от развала

Политика Юрий Мацарский14 March 2025

Более тысячи алавитов, друзов и христиан пали жертвами «наведения порядка» в регионах, служивших опорой свергнутому диктатору Башару Асаду. На фоне репрессий в Латакии новые власти Сирии смогли договориться с курдской автономией. Однако этого недостаточно — страну буквально рвут на части соседи. Израиль поддерживает друзов и черкесов, алавиты бунтуют, возможно, подзуживаемые Ираном, а то и Россией, пытающейся сохранить свои военные базы. Турция не прочь раз и навсегда покончить с сирийскими курдами. Внешние и внутренние вызовы могут оказаться не по плечу правительству переодевшихся в гражданское бывших боевиков-исламистов. Если они не справятся, страна рискует быстро превратиться в множество мелких враждующих между собой султанатов.

Содержание

Исламисты в «западных» костюмах
Всем выгодна слабая Сирия?
Две главные силы в регионе: Израиль и Турция
Сохранится ли Сирия?

События в Сирии развиваются стремительно. Кажется, совсем недавно, 8 декабря 2024 года глава нового переходного правительства Сирии Мохаммад Гази Аль-Джалали записал видеобращение к нации с призывом сохранять спокойствие и верить в лучшее будущее. Только что он возглавлял кабинет министров при президенте Башаре Асаде, а позже в этот же день сообщал, что власть диктатора кончилась, а сам он низложен и бежал.

Когда Аль-Джалали, оставленный ненадолго на своем посту для передачи дел победившим повстанцам, записывал свое обращение, в стране еще продолжались бои между отрядами уже победившей «Хайят Тахрир аш-Шам» (ХТШ) и осколками армии Асада. Однако исход их был уже предрешен: всего за несколько дней повстанцы захватили бóльшую часть городов центра и запада страны, включая Дамаск, и методично добивали оставшиеся очаги сопротивления. Обозреватели и журналисты спешили объявить об окончании гражданской войны, терзавшей Сирию с 2011 года. Но, как оказалось, преждевременно. У беглого президента еще остались сторонники, готовые взяться за оружие.

Отойдя от поражения, они развязали партизанскую войну низкой интенсивности против новых властей, устраивая засады на силовиков и убивая новоназначенных чиновников. Кульминации эта война достигла в начале марта, когда бывший высокопоставленный офицер асадовской армии Гиат Дала объявил о создании некоего Военного совета, главной целью которого значилось вытеснение из западных прибрежных районов страны армии, верной новому временному президенту Сирии Ахмеду аш-Шараа.

Харам, хара́мный (араб. حرام‎, дословно — «запрещённый, запретный») — в шариате — греховные деяния, запрещённые в исламе.

Документ о создании Военного совета, распространяемый Гиатом Дала

В ответ на декларацию генерала Дала, аш-Шараа отправил на запад страны дополнительные армейские силы. И партизанская война сразу же превратилась в резню. За несколько дней были убиты больше тысячи человек, большинство из них — гражданские, в первую очередь алавиты, а также христиане и друзы. Проасадовские пропагандисты начали распространять видео- и аудиозаписи, на которых некие бородатые вооруженные люди призывают к уничтожению всех алавитов, вне зависимости от пола и возраста, обвиняя их в предательстве страны и веры.

Официальные СМИ Ирана — государства, которое десятилетиями поддерживало в Сирии режимы сначала президента Хафеза Асада, а затем и его сына Башара, — называют действия новых сирийских властей геноцидом. Израильские власти заявили о готовности прийти на помощь сирийским друзам и черкесам, а также призвали иностранные правительства не спешить с установлением теплых отношений с правительством аш-Шараа, довольно прозрачно намекнув на его непосредственное участие в кровопролитии.

Официальные СМИ Ирана называют действия новых сирийских властей геноцидом

Близкая же к новым властям Турция возложила по крайней мере часть вины за происходящее на религиозные и национальные меньшинства Сирии. Глава МИД Турции Хакан Фидан призвал алавитов, христиан и друзов «воздерживаться от участия в провокациях», чтобы это ни значило.

Сами же новые сирийские власти говорят, что в трагедии виноваты подзуживаемые Ираном сторонники беглого Башара Асада. Сам Асад, кстати, молчит. Но в сети появились слухи о том, что россияне, у которых нашел убежище беглый президент, давят на него, требуя объявить о начале полномасштабного восстания в средиземноморской провинции Латакия. В общем, все основные стороны так и не закончившейся войны в Сирии пытаются взвалить вину за смерти мирных людей на своих противников и обелить себя.

Исламисты в «западных» костюмах

Власть в Сирии сменилась чуть больше трех месяцев назад. Этого времени было более чем достаточно для того, чтобы найти в бумагах и компьютерах силовиков рухнувшего режима информацию о тайных агентах, платных провокаторах и внештатных доносчиках. Вполне ожидаемо, значительное число таких людей оказались на исторически алавитских землях — в городах Латакия и Тартус и в их пригородах.

Корни алавита Асада оттуда. Алавиты были основой его режима, почти всё командование армии и спецслужб в асадовскую эпоху были представителями именной этой конфессии. Алавитские районы были буквально кадровым пулом, в котором отбирались и готовились чиновники и офицеры.

Это не значит, что алавиты поголовно поддерживали власть Башара Асада — среди них было и остается немало диссидентов и революционеров — но лояльных режиму в Латакии и Тартусе было определенно значительно больше, чем в Алеппо или Хомсе. Поэтому именно туда были отправлены контрразведчики и просто пехотинцы нового режима. Бóльшая часть этих силовиков (если вообще не все они) — выходцы из «Хайят Тахрир аш-Шам» или других, идеологически близких ей исламистских группировок. Для них алавиты, а равно и живущие по соседству с ними друзы — это еретики и вероотступники, исказившие учение пророка Мохаммеда и одним лишь своим существованием оскорбляющие мусульман.

Легко можно было предположить, что рано или поздно между командированными контрразведчиками и местным населением вспыхнет конфликт. Новые власти не могли себе позволить не реагировать на существование антиправительственного подполья, которое, с учетом возможной помощи из Ирана и России, могло стать серьезной проблемой для совсем еще неустойчивого постасадовского государства. Отправить разбираться с этим подпольем кого-то другого, а не бывших исламских боевиков, тоже было нереально. Никого другого в распоряжении аш-Шараа попросту нет. Те же, кто есть, не могли в последние недели не задаться вопросом: «За такую ли Сирию мы воевали?»

Особенно остро этот вопрос вставал, когда новый президент принимал у себя делегатов от «неверных» друзов и христиан, позволял празднование харамных Рождества и Нового года и выступал с речами, в которых обещал равные права для всех сирийцев, вне зависимости от вероисповедания. Эти действия сразу же вызвали недовольство со стороны радикальных богословов, в том числе и тех, к мнению которых прислушиваются вчерашние бойцы ХТШ, а ныне солдаты и офицеры сирийской армии.

Празднование Нового 2025 года в Дамаске

©Anwar Amro / AFP

Конечно, прямо обвинять нового президента в том, что он отдал приказ о расправах над безоружными алавитами и представителями других меньшинств ради того, чтобы задобрить самую непримиримую часть сирийского общества, нет никаких оснований. Но резня отчасти сыграла ему на руку — продемонстрировала радикалам, что подчиненная аш-Шараа армия всё еще остается отрядами воинов джихада, не щадящими врагов веры. Кроме того, кровавая расправа наверняка заставит многих из симпатизантов побежденного режима как минимум дважды подумать, прежде чем предпринимать даже символические действия против нового режима.

Всем выгодна слабая Сирия?

Силы, выступавшие против аш-Шараа и его людей в ходе гражданской войны, также пытаются использовать кровопролитие в Тартусе и Латакии с пользой для себя. Иранские власти, которые не называли нового сирийского президента иначе как «террористом» и «марионеткой Запада», сейчас сыплют заявлениями, что их государство всегда выступало за стабильность и целостность Сирии и обвиняют нынешние власти страны в неспособности остановить кровопролитие.

Иран, который был главным спонсором режима Башара Асада, а значит, и соучастником таких его кровавых преступлений, как неизбирательные бомбардировки жилых кварталов, использование химического оружия против гражданских и создание целой государственной структуры, занятой лишь пытками и казнями, сейчас стремится продемонстрировать, что его противники ничем не лучше его самого.

Вряд ли у потерпевшего разгромное поражение от ХТШ Ирана есть планы возобновления своего военного присутствия в Сирии. Но если они есть, то защита единоверцев — а алавиты формально относятся к господствующей в Иране шиитской ветви ислама — может стать оправданием для их реализации.

Да и вообще, аятоллам надо как-то исправлять имидж после сирийского позора, когда иранских военных и чиновников пришлось срочно эвакуировать из Дамаска перед лицом наступающих повстанцев и обнулять тем самым все многолетние человеческие и финансовые жертвы Тегерана, активно воевавшего на стороне Асада.

В глазах поддерживавших старый режим сирийцев иранцы из защитников превратились в предателей, которые бросили на произвол судьбы тех, кого вроде бы обещали защищать. Само собой, заявления в стиле «при нас такого не было», которыми Тегеран сейчас обильно сорит в информационном пространстве, не лучший способ вернуть утраченное доверие, но отчаявшимся и дезориентированным жителям Латакии может быть достаточно и этого, чтобы простить иранцев.

Позже, после установления более-менее устойчивого мира, Тегеран сможет попробовать манипулировать этими людьми в своих политических целях. Например, проводить через них лояльных себе кандидатов на выборные должности. Если, конечно, в Сирии вообще будут проводиться честные и конкуретные выборы.

Сидящий где-то в Москве беглец Башар Асад мог бы тоже попробовать использовать трагедию в своих политических интересах, если бы таковые у него еще оставались. Но, скорее всего, низложенный президент уже не ведет никакой самостоятельной игры и полностью или почти полностью зависит от приютивших его у себя россиян. В пользу отсутствия у Башара Асада хоть какой-нибудь субъектности говорит его молчание с момента переезда в Москву в декабре прошлого года.

Единственное сделанное оттуда заявление с его подписью, в котором говорится, что на эвакуации настояли россияне, а сам он готов был стоять до конца, было опубликовано только в письменном виде, и его нельзя верифицировать как на сто процентов принадлежащее именно Асаду. Тем более, что в нем содержалось едва ли не прямо цитирующее российскую пропаганду обвинение в адрес правительственных сил, не сдержавших натиск повстанцев. И при этом нет ни слова о том, что и российские войска тоже не смогли ничего противопоставить блицкригу оппозиции и просто закрылись на своих базах.

Тысячи алавитов укрылись на российских военных базах

Новая газета

На одной из этих баз укрылись и сотни алавитов, спасавшихся от мартовской резни. Россияне уже используют этот факт, в том числе, возможно, на идущих сейчас переговорах с новыми сирийскими властями о сохранении в стране российского военного присутствия. Можно предположить, что спрятавшиеся у россиян алавиты передали свидетельства жестокости сирийских военных по отношению к мирным жителям сверх тех, что уже есть в открытом доступе.

Перещеголять в жестокости самих россиян, прицельно расстреливавших высокоточным оружием гражданские цели и проводивших массовые казни, новая сирийская армии вряд ли сможет, но каждое новое фото или видео с пытками либо убийствами алавитов будет больно бить по имиджу властей, старательно демонстрирующих толерантность и миролюбие. И россияне вполне могут использовать эти свидетельства для шантажа сирийского правительства. Так что они тоже выгодоприобретатели, если так можно выразиться, алавитской трагедии.

Две главные силы в регионе: Израиль и Турция

Пока аш-Шараа переодевался из военной формы в гражданский пиджак после взятия Дамаска, израильские самолеты бомбили склады с вооружением разбежавшейся армии Асада, а пехота и танки заходили в южные районы Сирии, граничащие с аннексированными Израилем Голанскими высотами. Власти Израиля заявляли, что делают это из гуманитарных соображений, ради спасения представителей национальных и религиозных меньшинств.

В мире на такое самоуправство израильтян смотрели без энтузиазма, но резня в Тартусе и Латакии буквально дарит им оправдание этой интервенции. Израиль закрепляется в Сирии и выстраивает отношения с тамошними друзами, черкесами и представителями других меньшинств, подбивая их требовать если не независимости, то как можно более широкой автономии внутри страны.

Единая и сильная Сирия, решившая бóльшую часть своих внутренних проблем — это серьезная угроза для Израиля. Появись такая Сирия на самом деле, сирийцы наверняка захотели бы поквитаться за потерянные еще в 1960-е Голанские высоты и прочие обиды, потому израильтяне и делают всё возможное для того, чтобы Сирия оставалась слабой и разобщенной.

У Турции, которая помогала ХТШ деньгами и оружием, задача прямо противоположная — ей необходима стабильная унитарная Сирия, победившая сепаратизм и уверенно развивающаяся экономически и социально. И тут дело не только в личных амбициях президента страны Реджепа Тайипа Эрдогана, который явно хотел бы видеть Турцию в роли лидера суннитского мира (хотя и в этом качестве тоже, потому что построенная с участием Анкары новая успешная Сирия была бы лучшей рекламой его политики).

Турции нужна стабильная унитарная Сирия, победившая сепаратизм, уверенно развивающаяся экономически и социально

Дело еще и в давно пугающем Турцию курдском сепаратизме, «гнездо» которого, то есть, арсеналы, тренировочные базы и укрытия, десятилетиями находились именно в Сирии. Ослабленная и раздробленная или даже федеративная с сильной властью местных чиновников в курдских районах Сирия — это едва ли не стопроцентная гарантия того, что сепаратизм никуда не денется. Резня алавитов, вину за которую, как уже сказано выше, Анкара частично возложила на ее жертв, дает туркам новые аргументы для давления на Дамаск. От него станет легче требовать недопущения создания каких бы то ни было автономий. В первую очередь — курдской.

Сохранится ли Сирия?

«Сирия — это бардак. И она совсем не друг», — написал в декабре прошлого года тогда еще не вступивший в должность президента США Дональд Трамп, призвав американцев не вмешиваться в происходящее там.

«Сирия — это бардак. И она совсем не друг», — заявлял Дональд Трамп

Сейчас уже известно, что примерно тогда же люди из команды Трампа давили на лидеров сирийских курдов, добиваясь от них согласия на реинтеграцию в новую Сирию. Курды с момента крушения режима Асада сопротивлялись, а их медиа и до сих пор называют новые власти «террористами». Курдские формирования, известные как «Сирийские демократические силы», контролируют огромную территорию на востоке и севере страны, включая главные нефтеносные районы. Они принимали активное участие в войне против ИГИЛ, но в боях между армией Асада и его противниками чаще всего придерживались нейтралитета.

Победившие повстанцы требовали передачи всех территорий и вооруженных групп под свой контроль, но «Сирийские демократические силы» настаивали на автономии и сохранении своей армии. Идеологически курдские военизированные формирования, объединяющие марксистские, анархистские, феминистские и даже ЛГБТ-группировки — почти полная противоположность строгим исламистам из ХТШ, составившим костяк новой сирийской власти. Поэтому сопротивление курдов интеграции абсолютно понятно.

США не оставили им выбора: американцы всё более явно планируют вывод своих еще не покинувших Сирию войск, а заявления Трампа почти не оставляют сомнений в том, что вслед за этим прекратится и военная помощь союзникам. Косвенно могло сыграть свою роль и заявление находящегося в турецкой тюрьме лидера Рабочей партии Курдистана Абдуллы Оджалана, призвавшего к прекращению вооруженной борьбы, хоть он говорил, в первую очередь, конечно, о Турции.

Под давлением обстоятельств «Сирийские демократические силы» пошли на подписание соглашения с новыми властями государства о полной интеграции и подчинении Дамаску всех своих гражданских и силовых структур.

Сирийские курды пошли на соглашение с новыми властями

Подписывалось это соглашение едва ли не в тот самый момент, когда армейские отряды убивали в Латакии и Тартусе тамошних алавитов. И это самым ярким образом характеризует ту неопределенность и двусмысленность, которая сейчас царит в Сирии. С одной стороны — наиболее успешные и хорошо организованные противники новой власти сдали свои позиции и согласились подчиниться Дамаску в обмен на обещание признать их полноправными гражданами и не покушаться на их традиции и культуру. С другой — практически те самые люди, которые обещали курдам видеть в них своих сограждан и не мешать им жить так, как те хотят, убивали и пытали алавитов (а заодно с ними друзов и христиан) ровно потому, что не согласны видеть в них таких же сирийцев, как они сами.

Сирия стоит сейчас у исторической развилки. Насилие со стороны радикалов и давление некоторых внешних игроков сдвигают ее к дальнейшему развалу, к расчленению на маленькие квазигосударства, сформированные по этническому или конфессиональному признаку. Здравый смысл и непростой исторический опыт, наоборот, подталкивают к преодолению внутренних разногласий и обустройству страны, в которой принадлежность к той или иной вере или народу не может и не должна быть выигрышным лотерейным билетом или позорным клеймом.

Куда дальше пойдет Сирия — зависит, прежде всего, от воли ее народа. Если нынешний, спровоцированный действительно кошмарной резней мирных людей кризис будет разрешен и виновные понесут ответственность за пролитую кровь, страна получит реальный шанс на обновление. Если этого не произойдет, война, которая и так идет уже почти 15 лет, продолжится и дальше. И совсем не факт, что к моменту ее окончания на карте Ближнего Востока можно будет найти единую Сирию, а не россыпь алавитских, друзских, курдских и арабских княжеств и султанатов.