Как РПЦ пропагандой и репрессиями подключилась к решению демографического кризиса

В рамках российской госполитики РПЦ перед Новым годом утвердила чин молебна «о вразумлении имеющих намерение совершить убиение младенца во утробе». Первая волна таких молебнов прокатилась по разным епархиям страны 11 января, в день памяти Вифлеемских младенцев, убитых Иродом (не с помощью аборта!). Акция приобрела политизированное и мизогинное звучание. Но едва ли само руководство РПЦ верит, что такими методами можно улучшить демографическую ситуацию. Но тогда зачем?

«Безрассудное омрачение»

«Избави отечество наше и вся люди Твоя от великаго сего нечестия, еже противу воли Твоея и естества человеческаго чада во утробе сущия умерщвляти», — грозно возглашал диакон под сводами патриаршего подворья — Успенского храма в Останкине — на молебне, который после воскресной литургии 11 января впервые служили по чину, утвержденному двумя неделями ранее синодом РПЦ. Богослужение возглавил митрополит Звенигородский Арсений (Перевалов), в храме зажгли ровно 3000 свечей — «в память о младенцах, так и не увидевших этот мир».

Почему именно столько — сказать сложно. Количество Вифлеемских младенцев, убитых сразу после Рождества Христова по приказу нечестивого царя Ирода (их память отмечается как раз 11 января), если верить православному календарю, составляет 14 тысяч.

Показательный молебен организовали кризисный центр «Дом для мамы» при синодальном отделе по благотворительности Московского патриархата и АНО «Спаси жизнь». Мероприятие почтила присутствием депутат Госдумы, первый зампред комитета по делам семьи Татьяна Буцкая — автор экстравагантных инициатив типа налога на бездетность, гендерного контроля над детскими именами и играми, запрета субкультур квадроберов и фурри.

О проведении антиабортных молебнов отчитались, помимо столичной, Хабаровская, Якутская, Новосибирская, Челябинская, Волгоградская, Томская, Ханты-Мансийская, Нижегородская, Кемеровская, Красноярская, Екатеринбургская, Тверская и другие епархии РПЦ. Явление пока не приобрело тотальный характер, но стало довольно массовым. «Медиазона» обратила внимание на «креативный» молебен в Петропавловском храме поселка Салым Ханты-Мансийского округа (Югры), во время которого перед иконостасом развернули флаги движения «За жизнь», а на аналой в центре храма, где должна находиться икона праздника, поместили муляжи младенцев на разных стадиях внутриутробного развития (между прочим, американского производства). Муляжам кадили и поклонялись перед ними так, будто это изваяния святых.

Настоятель Казанского собора города Кириллова Вологодской области протоиерей Владимир Колосов предложил и новую мифологию праздника, связанную не с Вифлеемом и царем Иродом, а с Лениным и безбожным СССР. По версии протоиерея, «первый декрет, который Ленин совершил, решил убить русских детей — разрешить аборты. И кровь полилась». (На самом деле постановление об абортах появились в 1920 году, а вторично — в 1955-м.)

Синод РПЦ наполнил день памяти Вифлеемских младенцев новыми антиабортными смыслами на своем заседании 30 октября прошлого года (журнал № 105), а на заседании 26 декабря утвердил довольно любопытный текст молебна «о вразумлении имеющих намерение совершить убиение младенца во утробе (аборт)», приказав издательству патриархии выпустить его большим тиражом. В молебен включили апостольское чтение, которое как бы намекает, что женщина не имеет права принимать решение о судьбе зачатого ею младенца: «Жена да учится в безмолвии, со всякою покорностью; а учить жене не позволяю, ни властвовать над мужем, но быть в безмолвии. Ибо прежде создан Адам, а потом Ева; и не Адам прельщен; но жена, прельстившись, впала в преступление; впрочем, спасется через чадородие» (1 Тим., 2: 11–15). В другие тексты молебна, правда, включены слова об ответственности мужчины, но в любом случае мысль об аборте характеризуется как «безрассудное омрачение»: «О еже вразумитися братиям и сестрам нашим, греховным помыслом детоубийства обуреваемым, и о еже избавитися им от безрассуднаго сего омрачения и в покаяние и разум истины приити, Господу помолимся».

«Чайлдфри» Евангелия и женщина-инкубатор

Официальная позиция РПЦ относительно абортов и других проблем биоэтики радикализировалась постепенно. Относительно мягкие формулировки можно найти в «Основах социальной концепции (ОСК) РПЦ», сохранивших дух 90-х и утвержденных собором 2000 года. Документ провозглашает приоритет прав человека, отмечая, что только «сатана стремится завладеть волей человека, поработить ее». Можно сказать, пропагандируется «идеология чайлдфри», ныне признанная в РФ экстремистской, — дается «высокая оценка» «подвига добровольного целомудренного безбрачия, принимаемого ради Христа и Евангелия». Действительно, проповедь Христа противопоставила «рождение свыше» и «духовную семью» культу деторождения и общинно-родовых связей, содержащемуся в Ветхом Завете. Когда ученики Иисуса высказывают мысль, что «лучше не жениться», Учитель их одобряет: «Не все вмещают слово сие, но кому дано… Есть скопцы, которые сделали сами себя скопцами для Царства Небесного. Кто может вместить, да вместит» (Матф., 19: 10–12). В том же духе рассуждает и апостол Павел: «Безбрачным же и вдовам говорю: хорошо им оставаться как я… Неженатый заботится о Господнем, как угодить Господу; а женатый заботится о мирском, как угодить жене» (1 Кор., 7:8,32–33). Ни сам Христос, ни большинство апостолов в браке не состояли, а если и рождали детей, то только духовно, а не физически.

Собственно тему абортов ОСК РПЦ тоже трактуют мягко, совсем не в духе нынешнего времени: «Когда существует прямая угроза жизни матери при продолжении беременности, особенно при наличии у нее других детей, в пастырской практике рекомендуется проявлять снисхождение. Женщина, прервавшая беременность в таких обстоятельствах, не отлучается».

Документ признает, что на аборты «женщины подчас идут вследствие крайней материальной нужды и беспомощности», а не по злой воле.

Совсем иначе звучат слова Инны Ямбулатовой, руководителя экспертно-аналитического управления патриаршей комиссии РПЦ по вопросам семьи, защиты материнства и детства, распространенные на днях небезызвестной «Русской общиной», с которой теперь заигрывает Московская патриархия: «Лобби сообщества гинекологов давит на власть, чиновников, разнося заразу мифов по всему управленческому звену… Денег тратится всё больше — результат всё хуже!» Ямбулатова прямо говорит о «саботаже» со стороны чиновников антиабортных директив президента: «Ломается вертикаль конвертации из целеполагания главы государства в конкретные решения, законы, инструменты. В каких министерствах и ведомствах искажается “перевод” и целью становится бесконечной процесс без цели? Процесс без цели не имеет ответственности, а это именно то, чего нам остро не хватает, — персональной ответственности за реализацию четко поставленной цели!»

Жертва (анти)аборта

Вероятно, активистка антиабортного движения права в том, что касается глухого сопротивления чиновников в центре явно абсурдным популистским призывам. Но чем дальше в регионы, тем «больше ясности». Порой провинциальные епархии РПЦ с трудом угоняются за радикальной повесткой и законами, генерируемыми губернаторами. Вологодская епархия, например, и вовсе в шоке от инициатив непредсказуемого губернатора-сталиниста Георгия Филимонова, запрещающего аборты и алкоголь на подведомственной территории, но под влиянием языческих убеждений. И сразу становится ясно, «кто более матери-истории ценен»: епархия больше озабочена «риском межконфессионального конфликта» в регионе, чем собственно борьбой с абортами и алкоголизмом (между прочим, одной из их социальных причин).

В тех же регионах, где конфессиональная идентичность начальников более внятная и ортодоксальная, царит «симфония»: местные епархии и подведомственное им духовенство послушно исполняют функции, предписанные губернаторами и заксобраниями. В основном это сводится к визитам в больницы и дежурству в женских консультациях, где батюшки отговаривают от абортов «заблудших сестер» (вот, например, характерный указ митрополита Саратовского). Региональные законы об административной ответственности за «склонение к абортам» (они уже действуют как минимум в 27 регионах) принимаются по одному лекалу, явно спущенному из центра, из АП. Очередной такой закон вступил в силу в Иркутской области 5 января. Закон Московской области разъясняет способы «склонения»: уговор, обман, подкуп и введение в заблуждение.

Резонансным стало решение мирового судьи в Саранске, назначившего в декабре штраф некоему Р. А. Базееву, который предлагал деньги на аборт своей девушке, обратившейся за помощью в организацию «Женщины за жизнь».

Поскольку в других регионах подобных решений пока нет, соответствующие законы производят впечатление больше политических деклараций, чем работающих нормативных актов.

Мобилизация на роды

Несмотря на запретительные меры и жесткую риторику властей и РПЦ, Россия продолжает занимать одно из лидирующих мест в мире по числу абортов. Полную статистику найти сложно, но, по словам Вероники Скворцовой, в 2015 году в стране было сделано примерно 450 тысяч абортов «без медицинских показаний», в 2011-м — более 730 тысяч. При этом, например, в 2023 году в стране родилось около 1 260 000 детей, коэффициент рождаемости (количество детей на одну женщину) достиг 1,47, что поместило РФ на 179-е место в соответствующем глобальном рейтинге. По данным «Новой газеты», общее число абортов в России за последнюю четверть века превысило 50 млн. Всё это слабо вяжется с образом страны — оплота «традиционных ценностей», которая пытается силой насаждать их в соседних странах.

Военная авантюра, значительно сократившая долю мужского населения в стране и подорвавшая относительную экономическую стабильность, разумеется, усугубила демографическую ситуацию, и никакого выхода пока не просматривается. Власть пытается «латать дыры» с помощью спешного и массового завоза мигрантов — теперь уже из Индии. Но даже в недрах РПЦ раздаются скептические голоса. Недавно умершему патриаршему духовнику «старцу» Илии приписывают пророчество о том, что Россия потерпит поражение и катастрофу, если не запретит аборты и матерную лексику.

В том же духе высказывается «любимый проповедник патриарха» боевой протоиерей Андрей Ткачев. По его словам, разврат и аборты являются основными причинами войны.

Запрещая аборты и требуя наращивать рождаемость, власть и пропаганда используют те же инструменты, что и при военной мобилизации. Тесно сотрудничающее с РПЦ движение «За жизнь» провозглашает: «Рождение детей — такой же долг гражданина перед обществом, как служба в армии и уплата налогов». От таких лозунгов — один шаг до внесения отказа от постоянного деторождения в уголовный кодекс, вслед за «пропагандой идей чайлдфри» или «нетрадиционных сексуальных отношений». Можно спорить о праве на аборт и о том, с какого момента начинается жизнь человеческой личности, но решать все проблемы, в том числе социально-биологические, одними только репрессиями — путь к катастрофе.

А ведь можно добром?

Между тем внутри православного мира есть позитивный опыт «решения проблемы низкой рождаемости». Общецерковную программу под таким названием запустил 1 января прошлого года синод Кипрской православной церкви. Не ограничиваясь пастырскими призывами, Кипрская церковь назначила единовременные выплаты каждой семье по факту рождения третьего и каждого следующего ребенка в размере 1500 евро. Программа включает и дальнейшие пособия на образование детей на разных уровнях, а каждому киприоту в возрасте до 18 лет — еще и ваучеры номиналом 100 евро на Пасху и Рождество. В 2025 году на реализацию программы было потрачено примерно 2 млн евро — гораздо меньше, чем, например, стоит одно только обслуживание многочисленных резиденций патриарха Кирилла. Если бы вместо политической демагогии РПЦ начала выступать с похожими инициативами, ей, может быть, удалось бы вернуть часть своей утраченной репутации. Хотя, наверное, уже поздно.