Original Material
Приближение к «светлому будущему»: европейская коалиция и Россия подошли к опасному порогу в противостоянии вокруг теневого флота
Предупредительные выстрелы из стрелкового оружия с российского военного фрегата «Адмирал Григорович» в сторону мирной яхты «Светлое будущее» в проливе Ла-Манш показали, что европейская коалиция и Россия вплотную приблизились к возможности военного противостояния по поводу теневого флота России.
Повод к первой фазе эскалации подала Москва: страны Запада фактически не препятствовали деятельности флота до конца 2024 года, когда появились свидетельства его использования также в диверсионных и разведывательных целях на Балтике. Это стало поводом первых задержаний судов.
В 2025 году западная коалиция начала усиливать систематическое давление на теневой флот, внося его суда в санкционные списки и угрожая санкциями странам, предоставляющим российским танкерам флаг и фиктивную регистрацию. А в середине того же года коалиция североевропейских стран сформулировала правовые основания для задержания судов, ходящих под иностранными флагами без реальной «прописки», в соответствии с Конвенцией ООН по морскому праву.
Россия вынуждена была вернуть часть судов под российский флаг, чтобы обеспечить им легальный статус и возможности физической защиты. В настоящее время российский флаг использует примерно четверть судов, перевозящих российские нефть и нефтепродукты. Однако значительное число танкеров по-прежнему ходит под ложными флагами.
Российские власти стремятся расширить квазилегальные основания для защиты таких судов, приняв закон об использовании вооруженных сил для защиты российских граждан, задержанных по решениям судов иностранных государств. Закон может быть использован для оправдания защиты судов без российского флага, но с российскими членами экипажа на борту. Однако такая трактовка является безусловно несостоятельной с точки зрения международного права и европейских стран.
Таким образом, Россия и европейская коалиция подошли к важному рубежу противостояния вокруг теневого флота. Символическим предупреждением на этот счет и стали выстрелы фрегата «Адмирал Григорович». Ответ на вопрос, отступит ли Европа, получив этот сигнал, и готова ли Россия использовать что-то большее, чем стрелковое оружие, нам предстоит узнать в ближайшем будущем.
16 июня российский военный корабль «Адмирал Григорович» произвел в проливе Ла-Манш предупредительные выстрелы из стрелкового оружия в сторону яхты, которая якобы приблизилась к нему на опасное расстояние. Как впоследствии выяснилось, яхта с иронически звучащим в этой ситуации названием Bright Future («Светлое будущее») и супружеской парой пенсионеров на борту не приближалась к кораблю (расстояние составляло более 400 метров) и не представляла опасности, а была, судя по всему, выбрана в качестве повода, чтобы продемонстрировать серьезность намерений российского корабля, уже почти на постоянной основе действующего в проливе. Таким образом, эпизод с «Адмиралом Григоровичем» обозначил еще одну взятую ступеньку на лестнице эскалации в противостоянии вокруг российского теневого флота между Москвой и Европой.
Хроника противостояния
Следует отметить, что на ранних этапах ответственность за эскалацию ситуации лежала на российской стороне. В 2023 и 2024 годах ни Европа, ни США не пытались воспрепятствовать деятельности российского теневого флота, хотя вполне отдавали себе отчет в ее масштабах и роли в обходе санкций (общий таймлайн противостояния см. в Приложении). К более решительным действиям западные правительства на первом этапе подтолкнуло скорее то, что российские власти начали использовать перевозящие нефть суда также в диверсионных и разведывательных целях, что создавало очевидные угрозы для их безопасности, отмечает, в частности, аналитик RAND Анри ван Сост.
В 2024–2025 годах в Балтийском море произошла серия инцидентов, в причастности к которым подозревались имевшие отношение к России и Китаю коммерческие суда. Наиболее вызывающий эпизод был связан с танкером Eagle S, который 25 декабря 2024 года перерезал силовой и несколько телекоммуникационных кабелей, соединяющих Финляндию и Эстонию. После этого финские спецназовцы поднялись на борт судна и задержали экипаж. Несколько дней спустя Финляндия отказала танкеру в разрешении на эксплуатацию, выявив серьезные проблемы с ее безопасностью. А в январе 2025 года загруженный нефтью танкер Eventin (вышедший из российского порта Усть-Луга под панамским флагом) потерял управление в Балтийском море. Немецкие власти отбуксировали его в порт во избежание экологической катастрофы и объявили о его конфискации на основании несоответствия документов (впрочем, судебные разбирательства на этот счет тянутся до сих пор).
Давление на теневой флот стало усиливаться в первой половине 2025 года, когда США, а затем и ЕС начали вносить суда теневого флота в свои санкционные списки. Уже к июлю 2025-го в реестре ЕС насчитывалось более 440 судов, а к октябрю — более 550 судов. Тем временем в апреле и в октябре Эстония и Франция задержали еще два судна. В первом случае был обнаружен факт фальшивой регистрации в Джибути, во втором поводом стали подозрения в причастности судна к диверсионным запускам дронов, на время парализовавших гражданское авиасообщение в Дании.
Как позже показало расследование OCCRP, с середины 2025 года на борту балтийских танкеров российского теневого флота систематически присутствовали не имевшие морской квалификации лица, имевшие отношение к ЧВК «Вагнер» или ГРУ. Помимо задач охраны в случае захвата судов, они занимались радиоэлектронной разведкой, мониторингом передвижений сил НАТО, а также могли осуществлять координацию действий с кораблями российского ВМФ. Наличие связанных с военной сферой и не имеющих морской квалификации лиц давало европейским властям юридические основания для задержаний: милитаризация экипажа лишает корабль статуса обычного коммерческого судна, и оно теряет право на мирный проход в рамках Конвенции ООН по морскому праву (UNCLOS).
Однако основное легальное обоснование действий против российских судов было выработано в июне 2025 года в рамках коалиции 14 стран Балтийского и Северного морей. Коалиция заявила о своей готовности усилить противодействие теневому флоту в своих акваториях, в частности — в отношении судов под ложными флагами, то есть не имеющими фактической регистрации, а потому не подпадающими под действие Конвенции. Европейские власти апеллируют к статье 110 UNCLOS, предусматривающей возможность подобных действий в отношении таких судов. Параллельно во второй половине 2025 года руководство ЕС «проделало большую работу» со «странами флага» — юрисдикциями, предоставляющими судам теневого флота фиктивные регистрации, — в рамках подготовки 19-го пакета санкций, сообщал Bloomberg со ссылкой на внутренний документ Еврокомиссии. Их принуждали удалять связанные с теневым флотом и находящиеся в санкционном списке суда из реестров.
В декабре 2025 — январе 2026 года эскалация на воде получила мощный импульс со стороны США, которые приступили к жесткой морской блокаде Венесуэлы, задержав или остановив в том числе семь так или иначе связанных с Россией танкеров. Эта операция и очень сдержанная реакция на нее России (рассчитывавшей в этот момент на поддержку Трампа в давлении на Украину и потому не желавшей с ним ссориться) в известной мере нормализовали практику задержаний.
В первой половине марта 2026 года сначала Франция и Бельгия, а затем дважды Швеция задержали сразу три судна (Ethera, сухогруз Caffa и Sea Owl I) по обвинению в отсутствии регистрации: суда не значились в реестрах тех стран, под флагами которых шли. Внешнеполитический эмиссар ЕС Кая Каллас поблагодарила осуществлявшие задержание страны и призвала последовательно действовать в том же направлении. А 25 марта премьер Великобритании дал право военным силам королевства задерживать и досматривать суда теневого флота. Опубликованный 23 апреля 20-й пакет санкций ЕС в отношении России расширил полномочия относительно действий против российских танкеров. Наконец, во исполнение этих мер в начале июня на встрече министров обороны стран ЕС в Никосии был расширен мандат миссии IRINI, созданной для контроля санкций в отношении Ливии в Средиземном мире, — теперь в ее полномочия стал входить контроль санкционных мер в отношении России, а также был согласован порядок задержания и досмотра связанных с Россией танкеров.
Впрочем, всего за период с 20 марта по 15 июня в европейских водах были задержаны пять судов. Наиболее эффектной из этих акций стала высадка британских морских пехотинцев на танкер Smyrtos 14 июня. Всего же с декабря 2024 года были задержаны 22 имеющие отношение к российскому теневому флоту судна. Из них девять задержаний были произведены европейскими странами в 2026 году. Таким образом, задержания, по сути, остаются единичными, несмотря на то что ежемесячно теми же маршрутами проходят сотни судов, перевозящих российскую нефть. (Так, согласно подсчетам CREA, в мае 2026 года в морских перевозках нефти и нефтепродуктов участвовали в общей сложности 337 судов, из них на теневой флот пришлось чуть меньше половины — 147.) При этом, как и прежде, основным правовым основанием задержаний в нейтральных водах является отсутствие у судна фактической регистрации в той стране, под флагом которой оно ходит.
Двойной российский ответ
Еще 17 февраля 2026 года, вскоре после взятия на абордаж французскими ВМС танкера MV Grinch, бывший секретарь Совета безопасности России, а ныне помощник президента по кораблестроению и глава новоучрежденной Морской коллегии Николай Патрушев заявил, что Россия считает практику подобных задержаний незаконной, рассматривает ее как пиратство и может задействовать военно-морские силы для противодействия.
Однако в действительности российский теневой флот столкнулся с реальной правовой коллизией. Под давлением ЕС страны приписки судов начали удалять попадающие в санкционные списки танкеры из реестров, что и создало легальные основания для их задержания. В результате российские власти оказались вынуждены возвращать суда под российский флаг. По данным обзора Киевской школы экономики (KSE), в начале 2022 года насчитывалось 75 танкеров под российским флагом, а по мере увеличения теневого флота их число сократилось к четвертому кварталу 2024 года до 48. При этом их доля в общем количестве судов, перевозящих российские энергоресурсы, колебалась в диапазоне 7–12%. Однако уже за 2025 год количество танкеров с триколором выросло до 77, причем две трети переходов под российский флаг пришлись на четвертый квартал (18 танкеров). В первом квартале 2026 года к ним прибавились еще пять (общее количество увеличилось до 82). (По несколько отличающимся данным S&P Global Market Intelligence, только за четвертый квартал прошлого года 25 танкеров сменили флаг на российский, из которых 18 — в декабре, сообщала The Wall Street Journal). В результате доля танкеров с российским флагом выросла в общем флоте, используемом для морских перевозок российских нефти и нефтепродуктов, до 12%, а в составе теневого флота — до 24%. За январь–март 2026 года танкеры с триколором доставили, по подсчетам KSE, 56,5 млн баррелей нефтяных грузов, что в 3,5 раза больше, чем за аналогичный период прошлого года.
График 1. Доля танкеров под российским флагом в общем объеме экспорта российской нефти и нефтепродуктов, 2022–2026
Пожалуй, самым скандальным примером экстренной смены флага стал случай с танкером Bella-1, который в декабре 2025 года преследовали корабли США за участие в перевозке подсанкционной нефти Венесуэлы и Ирана. Во время этой погони экипаж нарисовал на борту триколор, а Москва задним числом одобрила регистрацию судна без его осмотра. Это является нарушением статьи 92 UNCLOS, которая запрещает смену флага без реальной передачи собственности, отмечал Хосе Масиас из Центра стратегических и международных исследований (CSIS).
Так или иначе, переходы судов под российский флаг рассчитаны на двойственный эффект: они должны повысить риски стран, задерживающих танкеры (первый опыт военной эскалации вокруг ареста судна имел место еще в мае 2025 года, когда Эстония попыталась остановить в Финском заливе танкер Jaguar: после приближения к месту инцидента истребителя Су-35 попытка перехвата была остановлена), и в то же время лишить такие действия легальных оснований с точки зрения международного права. Поскольку европейские, британские и американские санкции в отношении России не были одобрены ООН, задержание судов на их основании является нарушением UNCLOS. В то же время переход под российский флаг осложняет судоходство: ЕС наращивает давление на организации и порты, которые оказывают содействие находящимся под санкциями танкерам. 15 июня Совет ЕС ввел санкции против 24 юридических и двух физических лиц, причастных к организации деятельности теневого флота. Еще более масштабные санкции против портов и портовой инфраструктуры третьих стран, участвующих в поддержке российского теневого флота, предполагается включить в 21-й санкционный пакет ЕС. Эти меры, однако, будут распространяться на содействие только тем судам, которые находятся в санкционных списках ЕС.
Эту правовую коллизию хорошо иллюстрируют предыдущие эпизоды прохождения российскими судами Ла-Манша под защитой «Адмирала Григоровича» (по сведениям британских военных, корабль давно курсирует в районе пролива и за последнее время провел через него российскую подводную лодку и не менее шести танкеров теневого флота). По данным лондонского The Telegraph, 8 апреля, вскоре после разрешения Кира Стармера задерживать российские суда, фрегат сопровождал в Ла-Манше два танкера: Universal, который шел под российским флагом, и Enigma, который шел под флагом Камеруна (скорее всего, ложным). При этом оба судна находятся в санкционных списках Британии. Формально военный корабль сопровождал первое (российское) судно, и такое действие с точки зрения международного права является законным. Однако в то же время под защитой «Адмирала Григоровича» оказывался и второй танкер. Интересно, что судно под российским флагом вышло из порта Высоцк еще 18 января, а второе — из порта Приморск 29 марта. То есть первое судно, судя по всему, дожидалось второго, чтобы вместе с ним пройти Ла-Манш под защитой военного корабля.
Впрочем, российские власти стремятся расширить квазилегальные основания и для защиты судов без российского флага. Еще 18 марта 2026 года — сразу после задержания в европейских водах трех российских танкеров — в Думу был внесен законопроект об экстерриториальной защите — использовании вооруженных сил за рубежом для защиты российских граждан. Закон, который российские официальные власти иногда называют аналогом американского закона о защите военнослужащих (ASPA, 2022), в действительности имеет более широкий и по сути беспрецедентный характер. В отличие от американского закона, где речь идет о непризнании международных органов правосудия, в российском речь идет о непризнании «решений судов иностранных государств, наделенных полномочиями в сфере уголовного судопроизводства другими иностранными государствами без участия Российской Федерации». Иными словами, поводом для применения закона может являться решение суда иностранной юрисдикции о задержании российского гражданина. В том числе — о задержании судов теневого флота даже тогда, когда они ходят не под российским флагом, но их команда включает граждан России. Закон был принят и подписан Путиным 25 мая, а датой его вступления в силу является 5 июня.
Захват танкера Smyrtos британской морской пехотой произошел позже этой даты, однако судно было под флагом Камеруна, а среди членов его команды не было российских граждан, что оперативно подтвердило российское посольство в Лондоне. Однако, как видим, российские власти дали на него «асимметричный ответ», произведя предупредительные выстрелы в сторону ничего не подозревавших британских пенсионеров. Однако по-настоящему острая коллизия возникнет в случае повторения апрельской ситуации с двумя танкерами под защитой российского фрегата: с точки зрения британского правового режима, военные силы королевства могут задержать танкер, идущий не под российским флагом; в то же время, с точки зрения обновленного российского законодательства, российский военный корабль будет обладать правом его защищать, если в его команде окажутся российские граждане.
Таким образом, Россия и европейская коалиция подошли к важному рубежу противостояния вокруг теневого флота. Позиция европейских стран состоит в том, что суда, не имеющие регистрации, не могут пользоваться правом свободного прохода и могут быть задержаны, в то время как Россия заявила о непризнании решений европейских судов и намерении противодействия им с помощью военной силы. Следить за дальнейшим развитием этой коллизии и узнать ответ на вопрос, отступит ли Европа перед символической стрельбой «Адмирала Григоровича» и готова ли Россия использовать что-то большее, чем стрелковое оружие, нам предстоит в ближайшем будущем.