Играем

В Белграде назваться потенциальной жертвой войны стало делом чести

Как хорошо быть жертвой! Владельцы многих ресторанов и магазинов нарисовали на своих витринах спираль с английским словом target, то есть «мишень». Каждый день во время патриотического концерта на главной площади центр Белграда переполняется людьми, объявившими себя мишенью: черно-белые значки и бумажные листовки со словом target крепятся к курткам, наклеиваются на сумки и даже на детские коляски. Находка для западных теле- операторов. Жаль только, что всех их выдворили из страны.

Здесь, конечно, и так давно знали, как несправедлив Запад, вечно рисовавший Сербию виновницей всех бед. Но убедить остальных, что именно сербы — настоящие жертвы войны (борьба-то шла за земли, которые они считают исконно своими), раньше не удавалось. Пока полыхало Сараево, стирались с лица земли целые поселки в Восточной Славонии, расстреливались деревни в Косово, Белград вел поразительно благополучное существование если, конечно, не считать дефицита товаров и гиперинфляции, которые явились результатом международных санкций в середине 90-х. «Теперь мы играем в Сараево, — говорит один из редакторов независимого еженедельника «Време» Теофил Панчич. - Это пародия, конечно, но люди чувствуют, что они с сараевцами на равных. Это лишь один из подарков, который Билл Клинтон преподнес Слободану Милошевичу».

Транспаранты, которые приносят зрители на концерт, предлагают целый список «военных преступников»: в первую очередь Клинтон, затем Солана, Блэр и пр. Совсем рядом с площадью, где проходит концерт, на пешеходной торговой улочке до недавнего времени располагались американская библиотека, Французский культурный центр, представительство Air France и Британского совета. Сказать, что их помещения были разгромлены, не сказать ничего. Каждый второй прохожий пытается найти хоть осколок стекла, который можно было бы разбить на еще более мелкие части. Или еще что-нибудь поджечь, или еще нарисовать что-нибудь на стене. Попадаются смешные надписи, например: «Билли, я ухожу. У сербов лучше с попаданием. Моника». Перед бывшим Французским центром целыми днями стоит мужичок с картонкой, на которой написана цитата из Пушкина по поводу француза, который нена

Победили люди, которые во всех отношениях по уму, по образованию, по культуре = ниже нас на много ступеней». «Такое ощущение, что мы вернулись в 1947 год, соглашается Теофил Панчич, что культура умерла». Культура, может, пока и не умерла, но из всех белградских кинотеатров позволено работать только пяти, и им позволено показывать только отечественные фильмы. «Я боюсь, что теперь режиму будет гораздо проще оправдать изоляцию Югославии, говорит Панчич. - Просто сказать: «Вы что, хотите смотреть кино, снятое людьми, которые нас бомбили?» Боюсь, все это усилит позиции ксенофобски настроенных изданий».

Ради строчки в газете

Около 12.00 в прошлый вторник у меня была назначена встреча с одним из редакторов независимой белградской радиостанции «Б-92». Охранник, полноватый мужчина лет 50, подошел к стеклянной двери и почти беззвучно прошептал «полиция», рукой показывая, что мне надо уйти. Я вызвал лифт. По ту сторону стеклянной двери появилась пожилая женщина и также жестом велела мне спуститься по лестнице, и побыстрее. Дальше как в детективном кино. Решив задержаться в здании, я присел за компьютер в интернет-кафе в вестибюле. Интернет загружается невыносимо долго: белградские телефонные станции, давно отслужившие свой срок, просто не выдерживают натиска всех тех, кто звонит в Белград, чтобы справиться о здоровье родных и близких, и тех белградцев, что днями и ночами висят в сети, пытаясь прочитать или про- слушать новости Си-эн-эн, Би-би-си или родной «Б-92». Иначе белградское независимое радио не услышать. В день нача- САМАЯ ПОПУЛЯРНАЯ ла бомбардировок власти отобрали у радиостанции лиценКАРИКАТУРА - КЛИНТОН С ХАРАКТЕРНЫМИ зию на вещание, и та переключилась на Интернет и спутникоУСИКАМИ, ИНОГДА вые передачи. Результат - три обыска в течение пяти дней. С РУКОЙ, ПОДНЯТОЙ Пока мой компьютер загружался, я наблюдал за публикой ГИТЛЕРОВСКОМ САЛЮТЕ, И НАДПИСЬЮ «НОВЫЙ ГИТЛЕР» в обычном кафе, занимающем большую часть вестибюля. В или «АДОЛЬФ КЛИНТОН» основном это молодежь, пришедшая на ежедневный концерт.

У столика в углу собрались человек шесть. У одного из них в руках почему-то чемодан. В какой-то момент через вестибюль по направлению к выходу пробегают три человека в строгих костюмах, группа, за которой наблюдаю, бросается к ним. После короткого негромкого разговора человек с чемоданом несется к лестнице и спустя несколько минут возвращается уже без чемодана, но с портативным компьютером. Я набираю на своем мобильном телефоне сотовый номер редактора, с кото рым мы не встретились. «Алло», — говорит человек с компьютером. «Я здесь, говорю я, Вы меня видите». Он находит меня глазами. Положив телефоны в карманы, мы быстро выходим из здания и молча проходим несколько кварталов до абсолютно пустого уличного кафе. Отрывисто, очень тихим голосом он объясняет мне, что происходит. Около часа назад пришли полицейские. Обыск начался на верхнем из двух этажей, занимаемых радиостанцией, там, где располагается ад

Министрация (это и были мужчины в костюмах). С нижнего бы продолжают поджигать албанские дома, выселять целые этажа, где работает редакция, немедленно ушли все сотрудники в городе Печ и что албанцам негде покупать еду. Так ки, кроме трех женщин. «Одной милой дамы и двух очаровачто же -фонд работает нормальном режиме? «Ну, я заметельных девушек. С ними они ничего не сделают». Для одной тила, что у нас не звонит телефон и практически никто не из девушек и предназначался чемодан: она улетает к жениху в приходит», - признает Наташа Кандич.

Швейцарию. А компьютер принадлежит моему собеседнику Уверенные в том, что режим сумеет использовать воен- «хорошо, что его удалось спасти». Саму радиостанцию уже, ное положение для того, чтобы расправиться с оппозиционвероятнее всего, спасти не удастся. За десять лет существоваными и неправительственными неполитическими организания «Б-92» правительство Милошевича трижды предпринициями, многие сотрудники просто перестали ходить на рамало попытки ее закрыть, «но так плохо еще не было».

НАТОВСКИЕ боту. Некоторые организации вовсе закрылись, но другие, Уже закрыты почти все тридцать местных радиостанцИЙ, БОМБАРДИРОВКИ РАЗОМ наоборот, установили круглосуточное дежурство.

ОЧИСТИЛИ СОВЕСТЬ входящих в сеть «Б-92». В прошлом «Б-92» выживала благодаСЕРБОВ: НАКОНЕЦ-ТО Оппозиция любого толка уже потеряла свое основное оруря международным организациям, всякий раз развертывав НАШЕЛСЯ ИСТИННЫЙ дие независимую прессу. В первый же день бомбардироВИНОВНИК ВСЕХ БЕД шим мощную кампанию по спасению радиостанции. «Кто теНА БАЛКАНАХ, вок министерство информации объявило о введении военперь будет слушать людей, которые нас бомбят?» — обреченно на КОТОРОМ МОЖНО ной цензуры. Перед печатными изданиями встала дилемма: спрашивает редактор. И просит не упоминать его имени. ОфиСВОЮ ВЫМЕСТИТЬ НЕНАВИСТЬ СВОИ И ОБИДЫСВой , подвергать издание цензуре или временно прекратить выход. циальные лица «предупредили» всех сотрудников радиостанСТРАХ (ВВЕРХУ СПРАВА Редактора «Време» решили, что прерывать издание слишком ции, что им не следует разговаривать с иностранными журнаВОДИТЕЛЬ МАШИНЫ, рискованно. «Потом нам скажут: «Во время войны вас с нами ВЗГРОМОЗДИВШИЙ НА КРЫШУ листами: «Так что разговаривать я не могу, неожиданно заМОДЕЛЬ АМЕРИКАНСКОГО не было, так что теперь извините», опасается Теофил Панключает ОН. Я же, наверное, скоро пойду служить в армию. ИсТРЕБИТЕЛЯ-«НЕВИДИМКИ», чич. После долгих раздумий решили искать «порядочный Если придется выбирать между тюрьмой и военной службой». УВЕРЯЕТ ЧТО НЕВИДИМ СЕБЯ, ГОРОД ИМЕННО И МИРОН). , компромисс». Журнал стал черно-белым и сменил формат На прошлой неделе сразу после запрещения «Б-92» был арелюДИ ГОВОРЯТ: «ЕСЛИ теперь он больше похож на газету. Кроме того, введена новая стован главный редактор радиостанции. Его продержали воМИЛОШЕВИЧ И ЧУДОВИЩЕ, нумерациея: вместо номера 430 вышло «Экстренное издание ТО НЕ ХУДШЕЕ ИЗ ЧУДОВИЩ» семь часов и отпустили, даже не допросив. Этим, уверен мой № ». Фотографии унылых бомбоубежищ и веселых участнисобеседник, дело не закончится. Бежать ему некуда — мужчин ков митинга-концерта вместе с заголовками типа «Непокорв возрасте от 18 до 65 лет из страны не выпускают.

ный народ» делают новое «Време» похожим на официальное В обычный день кафе, в котором мы сидим, было бы пеиздание. Журналисты добросовестно пытаются уравновесить реполнено, но сейчас все на концерте или идут на концерт. освещение войны хотя бы какой-то информацией из Косово, Любой, кто плывет против течения, становится заметен. Когно так как остались только интернетовские источники типа Бида мимо нас в «неверном» направлении проходит женщина, би-си и Си-эн-эн, это плохо получается.

мой собеседник подскакивает, и она быстро что-то ему го«Мы оказались в очень странном положении, признаворит. «Арестованы два редактора журнала «Нин», говоется Панчич. – С одной стороны, мы просто хотим заниматьрит он, вернувшись ко мне. — Были угрозы в адрес директося своим делом. С другой, мы не можем игнорировать тот ра фонда гуманитарного права». Он звонит по мобильному факт, что на нашу страну совершено нападение. Можно спотелефону. «У нас конфисковали все номера телефонов, рить о том, почему это произошло, - я-то всегда буду утверсообщает он, повесив трубку. - Пожалуй, мне надо идти». ждать, что привели к этому десять лет Милошевича. Но это не На следующий день директор фонда гуманитарного праменяет того факта, что над нашими головами летают бомбарва Наташа Кандич говорит мне, что угроз как таковых в ее дировщики НАТО. И того, что Милошевича никто не наказыадрес не было. «Просто пришли субботу из военной миливал, когда он упражнялся в военных приключениях за предеции, предупредили, что в военное время все гражданские лами Сербии, в Боснии: во время дейтонских переговоров с законы отменяются. Я сказала, что я в курсе. Они побыли два ним обращались как с равным, как с партнером. А теперь его часа и ушли». Два часа на предупреждение? «Ну, они раснаказывают за то, что он сделал в пределах своей страны. И спрашивали про нашу работу. Я сказала, что наша основная такую логику очень трудно понять. У людей складывается задача - отслеживать соблюдение права на жизнь, которое впечатление, что у Слободана Милошевича хотят отнять Ков военное время все-таки не отменяется». Накануне ей удасово в наказание за какой-то иной проступок». Более того, у лось даже съездить в Косово, где у ее организации есть людей появляется ощущение, что наказывают не его, а их. А представительство, и собрать доказательства того, что серведь они и так всегда считали себя настоящими жертвами.