месть

Жилой дом. Санкт-Петербург, Каменноостровский проспект

Жилой дом на квартир. Архитекторы Евгений Герасимов, Зоя Петрова при участии Олега Харченко. Архитектор Евгений Герасимов стал строить здесь новый дом, он, естественно, решил этот ряд продолжить. И, в общем, прохожий вполне может принять то, что получилось, за доходный дом начала века. Тем более сейчас, когда (спустя всего пару месяцев после завершения работ) дом оделся в реставрационные леса начали отваливаться балконы.

То есть нет никакого сомнения, что Герасимов честно хотел сделать дом, не выпадающий из контекста, и никакого намерения играть с классикой подобно питерскому постмодернисту Марку Рейнбергу (который украсил такого же типа дом на Малой Дворянской хай-тековской крышей и все «улетело») у него не было. Почему же не получилось? Самый простой ответ от неумения. Но по правде от непонимания. Непонимания того, что фасад неоклассического дома не плоская композиция, не экран, который навешивается на готовое строение, а воплощение тех самых тектонических сил, которыми дом и держится.

Непонимание это, возможно, поисходит оттого, что среднее поколение русских зодчих, к которому принадлежит Герасимов, росло в эпоху модернизма, где определяющим принципом является не тяжесть, а полет. Но его дом увы, не модернистское прочтение классики, а примитивное соединение двух противополож ных векторов. Классицизм определяется симметрией, если же она пропадает (как это бывало в неоклассике) - это должно быть обязательно чем-то мотивировано. А тут на торце дома появилась совершенно непонятная башня-эркер, точнее сказать, «прилепилась». В неоклассике такие башНи появлялись на углах, становясь своего рода «камертоном» тяжести. А тут она просто «для красоты». Но автор вдруг вспомнил про симметрию и поставил башню четко посередине торца получилась церковная апсида. Зачем, почему?

То же самое можно сказать и о других деталях здания. Общий объем замышлялся как массивный и тяжелый (что соответствует духу улицы), но дом так издырявлен окнами, что идея оказалась скомпрометированной (особенно смешон угол здания, превратившийся в какую-то перфорацию). Мощный руст (рельефная облицовка из грубо отесанных камней) первых этажей в неоклассике создавал ощу щение, что здание своей тяжестью словно бы раздавило камни, на которых стоит. Здесь же нижний уровень аккуратненько оштукатурен, а рустовка начинается выше. Да и двух жалких полуколонн, конечно же, не хватает для того, чтобы «держать» массу здания, а их почти идентичные базы и капители намекают на то, что колонны можно перевернуть вверх ногами И НИчего не изменится. Замковые камни над окнами первого этажа, к которым вообще-то полагаются арки, в их отсутствие кажутся бессмысленными нашлепками. Отсеченные карнизом полукруглые окна создают впечатление, что на один дом поставили еще какой-то второй. А пространство между колоннами потекло куда-то вниз, как бы «разъев» гранит руста.

Так что совершенно справедливо, что балконы стали отваливаться. Они были такой же аппликацией, как и весь неоклассический декор дома, бессмысленной и не имеющей никакой связи с его конструктивной схемой. Классика архитектору отомстила.