День седьмой

Мы работаем над тем, чтобы улучшить качество распознавания текста этого материала.
Вы также можете прочитать его в PDF, переключившись на страницу выпуска.

За шесть дней народ Израиля выиграл войну. После этого он уже тридцать лет сражается за мир со своими соседями

Вечером пятого числа весеннего месяца ияра года от сотворения мира 5708 в Тель-Авиве, первом еврейском городе, построенном со времен Маккавеев, Давид Бен-Гурион, первый глава еврейского правительства со времен первосвященников, прочел Декларацию независимости нового государства.

Через 19 лет после декларации независимости, в конце все того же весеннего месяца ияра, израильская армия не просто выиграла Шестидневную войну, а, как в стране говорят, «поставила Израиль на карту мира».

...И смерть опустила глаза

Первой реакцией советского общества на Шестидневную войну — если не считать, конечно, добровольно-принудительных митингов стали анекдоты. Говорили, например, что египетский лидер Гамаль Абдель Насер стал последователем Кутузова он заманил врага в глубь Синайской пустыни и теперь ждет, когда ударят морозы. В Израиле, кстати, на эти анекдоты откликнулись в том же духе. В 1967-м, например, в Тель-Авиве вошел в моду анекдот о некоем Циперовиче, который выучил русский язык и выписал газету «Правда». Соседи спрашивают: «Скажите, Циперович, зачем вы тратите на эти глупости столько денег и времени?» — «Видите ли, когда я читаю газету «Маарив», то кажется, что я живу в крошечной стране, окруженной врагами; у нас инфляция, коррупция, больная экономика и перманентный кризис власти. А вот «Правда» пишет, что Израиль мощная сверхдержава, которая полмира держит за горло и готова к захвату другой половины».

Шутки шутками, но война действительно доказала, что огромным военным машинам Египта и Сирии противостоят отнюдь не полупартизанские отряды самообороны, а мощная современная армия. На страницах советской периодики появились фотографии еврейских парашютистов с автоматами «узи» израильского производства и еврейских танкистов на израильских танках «Меркава».

За кадром оставалось другое. А именно то, что целое поколение израильских офицеров жизнь положило на то, чтобы убить бытовав ший в разных странах расхожий национальный стереотип. Шестидневная война поистине стала их триумфом. Министр обороны Моше Даян, с 14 лет взявший в руки винтовку; начальник генерального штаба Ицхак Рабин, в 26 лет став ший подполковником спецчастей «ударные роты (ПАЛЬМАХ)»; командир дивизии Ариэль Шарон, в 25 лет создавший и взявший под начало легендарный «отряд 101» - команду для операций возмездия в глубоком тылу врага; полковник Шмуэль Гонен, создавший лучшую на Ближнем Востоке бронетанковую бригаду; бригадный генерал Эзер Вейцман, по секундам рассчитавший полное уничтожение египетского военно-воздушного флота и назвавший операцию «Красная простыня»; полковник Мордехай Гур, командир 78-й бригады парашютистов, первым прорвавшийся в древний Иерусалим через Львиные ворота; главный раввин Армии обороны Израиля генерал-майор Шломо Горен, положивший к Стене плача свиток Пятикнижия Моисея, все они являли собой невиданный прежде национальный тип. Это были умелые, бесстрашные, беспощадные еврейские бойцы. Евреи-рубаки. Белокурые бестии из вильнюсских предместий, украинских местечек и первых киббуцев.

Они прошли суровую школу войны за независимость, самоотверженно строили вооруженные силы Израиля и фанатично поклонялись боевому опыту Красной Армии (в 5060-е годы каждый выпускник израильских командирских курсов вместе с погонами младшего лейтенанта получал в подарок перевод на иврит романа Александра Бека «Волоколамское шоссе»). Офицерский корпус хорошо понимал, что на Ближнем Востоке «не раздобыть надежной славы, покуда кровь не пролилась». Победу над сопредельными державами готовили долго, бились яростно, и когда все завершилось так, как завершилось, страна и армия аплодировали полковнику Гонену, сказавшему о шести днях слова, которые подвели черту под целой эпохой. 10 июня 1967 года, обращаясь к солдатам седьмой бронетанковой бригады, Гонен воскликнул: «Мы устремили взор прямо на смерть, и смерть опустила глаза».

Пейзаж после битвы

Шестидневная война разломила сверхкраткую, полувека не насчитывающую историю Государства Израиль надвое. Судьба завоеваний стала той осью, вокруг которой вращается общественная и экономическая жизнь страны, той точкой, вправо и влево от которой располагается весь спектр политических партий. Завоеванное на полях сражений ощущение безопасности заставило израильское общество задуматься не над тем, как выжить государству, а над тем, каким ему быть и как строить отношения со своими соседями. Одними из первых ощутили это бывшие однополчане, вместе заставившие смерть опустить глаза, а затем превратившиеся в непримиримых политических противников. Вместе с ними раскололся и израильский истеблишмент, который почти целиком состоял из бывших военных. Вот лишь краткий перечень.

Генерал-майор Шмуэль Гонен скончался в Африке, в добровольном изгнании.

Генерал-майор Йоси Бен-Ханан, в июне 1967-го ставший для всего мира символом победы (офицер с обложки журнала «Лайф»), вследствие тяжелого психического заболевания оставил пост начальника академии национальной безопасности.

Генерал-лейтенант Мордехай Гур, замминистра обороны, застрелился, не желая быть строителем «мирного процесса» и даже сторонним наблюдателем его.

Генерал-лейтенант Ицхак Рабин, лидер партии «Авода», премьер-министр и министр обороны, убит израильтянином.

Генерал-майор Ариэль Шарон возглавил правое крыло партии «Ликуд», отрицающее саму возможность компромисса с палестинцами. Генерал-майор Эзер Вейцман, ныне президент Израиля, регулярно наносящий визиты Арафату.

Бригадный генерал Авигдор Кахалани вышел из партии «Авода» в знак протеста против плана возвращения Голанских высот Сирии.

Тридцать лет спустя вышедшие в политики военачальники спорят о судьбах тех побед и завоеваний, которые прославили их страну. В 1997-м ясно, что Израиль обречен на мир с арабскими странами. То, что было возможно в эпоху еврейского военного коммунизма, когда не существовало даже национального телевидения, немыслимо в наши дни. Сегодня в Стране обетованной политику делают не только офицеры, но и избиратели, а многие из них разлюбили войну. Они покупают шведскую мебель и французские машины, японские компьютеры и немецкие стереосистемы.