«Молодой Давид» и старые оперы

О музыкальных и танцевальных номинантах «Золотой маски», Доехавших до Москвы

В этом году на каждую номинацию «Золотой маски» в области музыкального театра нашлось по нескольку постановок, о большинстве из которых «Итоги» писали после премьер (о номинантах на «Маску» в области драматического театра мы писали в декабре 1999-го). Всего в качестве претендентов заявлено 27 работ. Как обычно, самые «многолюдные» спектакли с громоздкими декорациями оперы «Семен Котко» и «Пиковая дама» Мариинского театра и его же балет «Спящая красавица» не удалось привезти на фестиваль в Москву (их можно было бы достойно показать лишь на сцене Большого театра, неохотно сотрудничающего с «Маской»). Среди представленных оказались довольно редко появляющиеся на нашей оперной сцене произведения «Мазепа» Чайковского в постановке Екатеринбургского театра оперы и балета и совсем уж экзотическая «Дочь полка» Доницетти, представленная Красноярским оперным. До сих пор эта опера у нас не стави лась: ее главные партии написаны для тенора, способного девять раз подряд взять в одной арии верхнее «до», а также для сопрано с необычайно широким диапазоном голоса.

Но явный лидер фестиваля «Молодой Давид» екатеринбургского композитора Владимира Кобекина, единственная большая современная опера, Выдвинутая на соискание «Золотой маски» нынешнего сезона. Кроме нее, из современных сочинений в программе есть лишь камерный триптих «Голоса незримого» на библейские темы, состав ленный из моноопер «Ева» Александра Щетинского, «Моисей» Владимира Кобекина и «Благовещенье» Иосифа Барданашвили. «Голоса», поставленные Дмитрием Бертманом в театре «Геликон», завершили фестиваль. Остальные оперные спектакли-номинанты поставлены по классическим произведениям и соревнуются лишь в интерпретациях старинных партитур. Либретто «Давида» с увлекателЬНЫМ сюжетом и стильными, удобными для пения стихами написал по библейским мотивам поэт и известный оперный критик Алексей Парин. Премьера состоялась в 1999 году в самом большом театральном здании России - Новосибирском академическом театре оперы и балета. Молодой московский режиссер Дмитрий Черняков, один из самых многообещающих оперных постановщиков, разместил зрителей на той же сцене, где идет действие, а элегантно-ироничные мизансцены развернул на фоне цветного мозаичного панно (художник - Игорь Гриневич), сквозь которое порой просвечивает то весь огромный зал, то детали его интерьера.

Возникает захватывающая игра объ емов. время лирических диалогов пространство невероятно сужается, а в массовых сценах разрастается до размеров огромного зала. Обилие театральных эффектов ошеломляет. Пророк Самуил не является взору: когда он поет, на экран, растянутый во всю сцену, проецируется рот исполнителя этой партии. Наступление филистимлян обозначено световой стеной на краю сцены, за которой чудятся бесчисленные полчища.

Казалось, «Молодой Давид» так тесно привязан к интерьерам Новосибирского оперного, что привезти его на фестиваль в Москву можно только вместе с самим зданием. Но устроители «Маски» нашли помещение сходного объема и Стиля Театр Армии, где Черняков сумел без потерь воспроизвести все свои находки.

К сожалению, музыка не столь разнообразна и выразительна, как хотелось бы для такого пряно-живописного спектакля. Кроме того, петербургские и московские певцы, на которых в свое время рассчитывал композитор, не смогли принять участие в постановке. Из-за этого сместились акценты, намеченные режиссером. На первом плане оказался не Давид, добросовестно, но бледновато исполненный Виталием Ефановым, а властный царь Саул (Валерий Гильманов). Однако, несмотря на уязвимость музыкальной части, новосибирский «Давид» относится к лучшим российским оперным спектаклям прошлого сезона.

В интерпретациях классических опер, выдвинутых на «Маску», постановщики, будто сговорившись, старались обходиться без всяких стилистических примет того времени, когда было создано произведение.

Самой скучной оказалась «Кармен» Московского театра Станиславского и Немировича-Данченко, разыгрываемая в серых костюмах на фоне серых же полотнищ, лишенная выразительных мизансцен и энергетики да к тому же исполненная весьма средне. Гораздо менее выигрышный по музыкальному материалу «Демон» Рубинштейна в «Новой опере», поставленный в эстетике мюзикла, кажется по сравнению с «Кармен» захватывающим современным спектаклем.