Дума стоит Гудермеса

Мы работаем над тем, чтобы улучшить качество распознавания текста этого материала.
Вы также можете прочитать его в PDF, переключившись на страницу выпуска.

Правые преодолели пятипроцентный рубеж. Стартовав с позиции 2,5 - 3 процента, Союз правых сил к концу ноября достиг отметки в 5,5-6 процентов. Прогноз на 19 декабря: 7,5-8 процентов голосов избирателей. Успехи налицо. И они особенно впечатляют, если вспомнить, как развивались события четыре года назад. Тогда число сторонников либерального движения «Демократический выбор России» неуклонно снижалось по мере приближения выборов, и в итоге ДВР не смог преодолеть заветный рубеж.

Чубайс вернулся

На старте предвыборной гонки казалось, что Анатолий Чубайс, общепризнанный «делатель президентов», мастер предвыборных технологий, самая заметная фигура правого блока и глава РАО «ЕЭС России», создав коалицию, немедленно потерял к парламентским выборам всякий интерес.

Но за месяц до заветной даты в штабе СПС на Зубовском бульваре обнаружилась сначала комната Чубайса, затем приемная Чубайса с секретарем Чубайса и с охраной Чубайса у дверей. Потом возникли буфет Чубайса, а за стенкой советники Чубайса. И наконец на пятом этаже здания «РИА Новости» стал регулярно появляться по вечерам сам Чубайс. Некоторые прежние обитатели штаба получили расчет в весьма странной форме: однажды, придя на работу, они обнаружили свои вещи в коридоре, а кабинеты оказались заняты новобранцами. Штаб СПС и сегодня ничем не отличается от штабов либеральных движений на прошлых выборах: суета и неразбериха, бесконечные споры о том, «кто наш избиратель» и надо ли «утюжить» ему мозги агитацией или «наш сторонник достаточно умен и способен самостоятельно делать свой выбор». Приглядевшись повнимательнее, за не слишком серьезным отношением к рекламе можно усмотреть отсутствие стратегии ведения кампании.

Дошло до того, что автор этих строк однажды был остановлен в коридорах штаба заслуженным политтехнологом правых партий, ветераном демдвижения, благополучно провалив шим не одну избирательную кампанию, и немедленно ошарашен пожеланием-приказом: «Старик, ты должен сделать блиц-опрос лидеров и потребовать, чтобы они не раздумывая сформулировали главную цель движения. Выдали бы лозунг. А то мы сами никак не придумаем. Заказывали рекламщикам - те тоже ничего путного не сделали. А без броского слогана, сам знаешь, какие выборы». Грешен - отказался.

Центральный штаб так ничего и не предложил своим сторонникам в провинции, и региональные отделения занялись самодеятельностью. Демонстрируя чудеса изобретательности, местные пропагандисты рождают на свет, например, такие рекламные слоганы: «Голосует не за нас только круглый АНАНАС!». А призыв, брошенный по ходу концерта в рамках акции «Ты прав!» кандидатом в депутаты от Новосибирска Александром Фоминым, — «Сбросим дедушек с поезда!», привел московских посланцев в ужас. Они меньше всего ожидали, что соратники столь прямолинейно поймут разговоры о том, что пришло время сменить поколение политиков и обновить кадровый состав власти.

С приходом Чубайса в штаб порядка и дисциплины не прибавилось, а содержание агитационных мероприятий не изменилось. Анатолий Борисович явно вернулся не за этим. Его цель не дать правым увлечься дискуссией о базовых принципах либеральной демократии и не позволить им свалиться в оппозицию к премьеру Путину, активно набираю

щему очки на чеченской кампании, именуемой ныне «антитеррористической операцией». И судя по данным социологических опросов с поставленной задачей главный менеджер Союза правых сил очередной раз справляется блестяще.

Очарованные войной

Стремительный рост популярности премьера Путина, данные социологов, из которых следовало, что общество требует решительных действий против террористов и готово доверить дело генералам, оставляют кандидатам чрезвычайно узкое пространство для маневра. Собственно говоря, у желающих взять власть нет выбора: они «электорально обязаны» поддержать действия правительства, заявить что-нибудь вроде того, что государство не может позволить себе во второй раз отступить перед чеченскими бандитами, что бескровных войн не бывает и лучше малыми жертвами «задушить гадину на корню», чем потом заплатить вдесятеро большую цену. Разве лишь коммунисты или «Яблоко» могут до известного предела игнорировать общественные настроения, поскольку располагают значительным числом своих твердолобых сторонников, готовых голосовать за кумиров, что бы те ни делали. Запас прочности и у КПРФ, и у Явлинского таков, что обе партии спокойно могут преодолеть заветный рубеж. Правые таким ресурсом не обладают. Потому СПС с самого начала решил не идти против течения.

Поначалу на фоне всеобщей милитаризации увлечение демократов державно-патриотической риторикой не слишком бросалось в глаза. «Мы поддерживаем действия правительства, направленные на ликвидацию террористов в Чечне. То, что там пока делается, это правильно и разумно, — объясняет Сергей Кириенко позицию СПС ходе своих встреч с избирателями. - Тем более что сегодня власть нуждается в поддержке своих решений. Но мы должны четко отделять борьбу с терроризмом и обеспечение безопасности от проблемы урегулирования статуса республики. В первом случае возможно только силовое решение, поскольку главная цель операции - безопасность людей, жителей приграничных районов, жителей самих чеченских сел. Но вопрос статуса можно решать только ПО- АКЦИЯ «ТЫ ПРАВ!»литическими методами. Антитеррористическая операция не НЕСОМНЕННО, ХОРОША КАК БИЗНЕС, должна перерасти в войну с чеченским народом».

НО НЕ СЛИШКОМ В доказательство того, что позиция лидеров правых нахоЭФФЕКТИВНА КАК дится в «допустимых пределах», члены штаба СПС указывают ПРОПАГАНДистский НА СЕРЬЕЗНОГО ИЗБИРАТЕЛЯ ход. на правозащитника Сергея Ковалева, который по-прежнему ОНА НЕ РАССЧИТАНА, остается в их списке. «Только дурак ведет себя в разных ситу- ВЫБОРАМИ А МОЛОДЕЖЬНЕ , ОСОБЕННО КАК И РАНЬШЕ, ациях одинаково. Война это всегда жестоко, но из этого не ИНТЕРЕСУЕТСЯ следует, что никогда не надо воевать, — объяснял корреспонденту «Итогов» позицию движения член политсовета ДВР, один из активистов штаба СПС Леонид Гозман. – «Демвыбор» был первым, кто выступил против той войны, когда Москва столкнулась с единой волей чеченского народа. Сейчас ситуация иная: бандитские вылазки - это не только выдумки античеченской пропаганды».

Однако Анатолию Чубайсу было явно недостаточно столь осторожной, аккуратной позиции, которая тем более не позволяла никак выделить СПС на общем политическом фоне. И потому, зацепившись за предложение Григория Явлинского, высказавшегося за возможность приостановить военные действия и при определенных, впрочем, едва ли выполнимых условиях приступить к переговорам с Масхадовым, Чубайс перешел к прямым оскорблениям: «В Чечне происходит возрождение Российской армии, утверждается вера в армию, и политик, который так не считает, не может считаться российским политиком. В этом случае есть только одно определение - предатель. И возможные попытки Явлинского оправдаться сути не меняют».

По имеющейся информации, ближайшие соратники Чубайса и в первую очередь Егор Гайдар - не согласились с главой энергетической монополии ни в оценках Явлинского, ни в оценках кампании. Но переубедить товарища лидеры «Демвыбора» не смогли, а высказать публично свое особое мнение не решились. «Чечня это такой вопрос, по которому могут быть разные точки зрения, — объяснял Сергей Кириенко корреспонденту «Итогов» ситуацию, которая сложилась внутри блока. — В таких вопросах нельзя торопиться и руководствоваться сиюминутными соображениями. Да, у нас есть спор, но нет конфликта».

В результате проправительственная позиция Чубайса стала восприниматься как позиция СПС. А он продолжал давить на оппонента, клеймя его позором и обвиняя в циничном прагматизме и антигосударственной позиции. «Заявление Явлинского обусловлено пониманием с его стороны, что нам предстоит некоторое тектоническое изменение в общественном мнении по отношению к Чечне, — объяснял Чубайс в интервью «Коммерсанту». — Григорий Алексеевич собственно пытался занять позицию, которая сегодня оценивается сложно, но зато завтра все скажут «У, так это же нам Явлинский говорил месяц назад». В моем понимании это чистейшая политическая конъюнктура».

При этом было заметно, что изничтожение такого оппонента Чубайсу доставляет удовольствие: «низводить» Явлинского в либеральном стане всегда почиталось благим делом. Лидеру «Яблока» никак не могут простить того, как в ходе избирательной кампании 1995 года Григорий Алексеевич на каждом углу призывал не голосовать за ДВР, поскольку тот все равно не пройдет, а голосовать за его партию, лишь бы голоса не достались коммунистам. И кто знает, может быть, агрессивной пропагандой своих государственнических взглядов и жестким разделением всех политических сил на «своих» и «чужих» Анатолий Борисович возьмет реванш у «Яблока» и перетянет часть «яблочного» электората.

С дальним прицелом

Поддержав кабинет Путина в чеченском вопросе, правые поступились одним из базовых принципов демократического движения, утверждавшего примат прав человека над интересами государства. Такова цена, не заплатив которую, они не имели бы даже призрачной надежды на успех. И ответные обвинения Явлинского в «наглости и бесчеловечной позиции», в том, что «Чубайс платит чужими жизнями за политические цели», самого Чубайса только раззадоривают.

Может быть, чудом СПС пробился бы в Думу, и не выступая решительно на стороне правительства, а ограничившись аморфными рассуждениями о том, что террористы — это одно, а беженцы — другое, и делая упор на экономических аспектах своей программы: защите прав собственника и ликвидации неравенства для предпринимателей. Их голос в Думе, конечно, был бы слышен, но претензии на участие в выработке реальных государственных решений оставались бы пустыми. А на меньшее сам Чубайс не согласен. Да и значительная часть активистов СПС втайне надеется вернуться во власть именно благодаря эффективному менеджменту Чубайса.

Цель главного энергетика страны - повторить успех 1996 года и второй раз привести в Кремль «своего» президента. Чубайс не скрывает, что хочет как можно скорее вернуться в 1996-1998 годы, когда был едва ли не самым влиятельным политиком страны, человеком, которому было под силу инициировать мощнейшую перетряску правительства или заблокировать российско-белорусский договор чуть ли не в момент подписания и по сути в одиночку противостоять давлению примаковско-лукашенковского лобби. В 1994-1996 годах, выступив жестко против войны в Чечне, правые утратили значительную часть своего влияния на Кремль, потеряли возможность именоваться «партией власти», испытали серьезный отток сил и средств в другие политобразования и как следствие - проиграли выборы. Повторного проигрыша «дети Гайдара» не хотят.

В представлении Анатолия Борисовича главной политической задачей является предотвратить победу Евгения Примакова, чей приход к власти чреват куда более серьезными ограничениями гражданских прав и свобод. Не имея возможности баллотироваться лично, не располагая сильным кандидатом в рядах подведомственной ему партии (не Кириенко же выставлять против левых политических зубров), Чубайс сделал ставку на Владимира Путина.

Справедливости ради стоит признать, что под давлением прагматика Чубайса правые либералы уже не впервые поступаются принципами: в канун президентских выборов 1996 года Анатолий Борисович убедил соратников поддержать все же Бориса Ельцина, которому предстояло побороться за Кремль с Геннадием Зюгановым. Теперь он предлагает поддержать Владимира Путина в его грядущем противостоянии с лидером «Отечества - Всей России». И демонстрирует активную поддержку своим личным примером.

Как выяснилось, например, электричество в мятежной провинции отключили только в сентябре - РАО «ЕЭС» до последнего обогревало Чечню, несмотря на многомиллионные долги. И отключение должника приурочило к началу актив ных военных действий. Теперь же, посетив Гудермес по указанию Путина, Чубайс объявил, что включает рубильник. Неожиданное усердие к добрым делам — облагодетельствованию несчастных жителей «освобожденных территорий» плохо согласуется с известной чубайсовской принципиальностью по отношению к другим неплательщикам поневоле. Например, военным. Впрочем, принципиальность проявляет генеральный менеджер акционерного общества, компании коммерческой. А в Чечню Чубайс отправился в качестве члена премьерской команды, эдакого министра электричества, готового выполнить любой приказ председателя правительства.

Один раз можно?

«Не надо нас обвинять в непоследовательности. Для нас ведь главное сейчас - пройти Думу. А там мы опять вернемся к идеалам, и все будет нормально», — убеждала автора этих строк знакомая молодая активистка демдвижения. Ей простительно искренне верить и заблуждаться. Хуже другое: того же мнения придерживаются искушенные идеологи правого блока. «Наше присутствие в Думе отвечает интересам страны, рассуждают в федеральном штабе. Мы ответственная партия — потому мы обречены выбирать меньшее из двух зол».

Даже Сергей Ковалев, наиболее последовательный сторонник защиты прав человека, вынужден признать неизбежность компромисса для сторонников либеральных идей. «Представьте себе, что я вышел из блока. Теперь меня спрашивают: «А за кого голосовать?», и я отвечаю: «Есть всего два объединения, за которые надлежит голосовать, Союз правых сил и «Яблоко». Вполне логично, что меня спросят: «А чего же ты ушел из СПС?», — рассуждал правозащитник в беседе с корреспондентом «Итогов». Я не вижу выхода из этого положения, потому что я ведь все равно буду полагать, что представительство партии Гайдара Думе крайне полезно».

В истории с принятием правыми жесткой позиции по Чечне и готовностью сделать ставку на Путина как на будущего президента все-таки есть одна существенная деталь: где гарантия, что, однажды поступившись базовым принципом, либералы не пересмотрят свою позицию по другим вопросам, если от этого будет зависеть сохранение власти? Игра с политической целесообразностью опасна. Она затягивает.

На прошлой неделе Владимир Путин сделал серию заявлений, из которых никак не вырисовывается образ приверженца рыночных преобразований: «Государство неправомерно ушло из сферы регулирования экономики. Участие государства в экономическом регулировании не противоречит принципам рыночной экономики, и правовая база дает государству для этого все основания... Существуют некоторые отрасли экономики, где государство должно присутствовать всегда. В частности, речь идет о ВПК и стратегических отраслях народного хозяйства». Спич этот, произнесенный главой кабинета в Думе, весьма напоминал выступления Евгения Примакова годичной давности. Что до политических пристрастий премьера Путина - то о них достаточно ясно говорит массированная и бессовестная пропагандистская акция, затеянная его правительством в связи с сообщениями о гуманитарной катастрофе на Северном Кавказе и потоках беженцев из Чечни в Ингушетию.

Несомненно, всегда можно сказать, что по вышеперечисленным примерам нельзя делать заключения об истинных взглядах премьера: ведь глава кабинета, тем более в предвыборный период, человек несвободный и вынужден балансировать, если не хочет быть уволенным. Однако других источников информации, которые бы позволили сделать вывод о реальных политических и экономических воззрениях Путина, нет.

Есть, конечно, оценки Чубайса. Но им тоже нельзя безоглядно верить. Для Чубайса-политика Путин - это локомотив, который должен ввезти Анатолия Борисовича обратно во власть. Для Чубайса-имиджмейкера он своего рода клиент.

A потому как прагматичный и умелый демагог Чубайс не скажет о Путине дурного слова.