Риск

История

Если вы не понравились случайному попутчику в автобусе или в электричке, то он скорее всего об этом умолчит, но однажды вдруг не выдержит, спросит: «Хочешь, я из-за тебя срок получу?» Его срок «два года» угрожает Вам легкими телесными повреждениями, а его пожизненном сроке вы, конечно, никогда не узнаете (не скажу, что к счастью для вас). Теперь представьте, что такими «недовольными» людьми набита вся электричка, улица, площадь. О последней (Манежной) сказано достаточно. Я хочу рассказать о других возмущенных массах шведских.

Угораздило меня как-то оказаться в центре уличных беспорядков в Гетеборге (1990 год). Сначала беспорядки имели характер межнациональной розни между шведской молодежью и турецкой, а потом, как водится, они переросли во всеобщий вандализм: битье витрин, сокрушение торговых точек и т. д.

Мое положение усугублялось тем, что в этой буче я потерял своих соотечественников, знающих, как добраться До места нашего жительства. (Меня особенно беспокоила судьба осетина Тимура. А вдруг шведские погромщики заподозрят в нем турка?) Итак, добираться как-то надо. Но как? Расспрашивать об этом бесноватую толпу и выдавать в себе иностранца равносильно самоубийству. На турка я не похож, но неизвестно, может быть, русский для шведов – хуже турка, особенно учитывая недавнее всплытие нашей подводной лодки у шведских берегов. Вся Швеция на ушах стояла - русские идут! Конечно, меня мог бы выручить полицейский. Так ведь ни одного!

Ну что ж, если нет другого выхода, тогда надо рисковать обращаться к прохожим. Глядишь, за голландца какого-нибудь и сойду! - у шведов с голландцами вроде бы нет никаких серьезных проблем, таких, как, например, с датчанами и поляками. Датчане - соседи, с ними всегда бывают какие-то свары, а поляки незаконно заселяют Швецию, пересекая на моторках Балтийское море.

Выбрал я мужика вне толпы (он отстал от своей кодлы, ботинок завязывал), спрашиваю, как добраться туда-то и туда-то. А он, оказывается, не ботинок завязывал, а выворачивал из мостовой булыжник, оружие пролетариата. Поднял – швырнул в витрину. Та только треснула, выстояла. Наверное, делают их тут с учетом булыжника.

«А почему ты со мной по-английски говоришь»? - недовольно спросил мужик. – «Пошведски не умею». – «Голландец? Поляк?» Скажу голландец, а он вдруг со мной по-голландски заговорит? Как я ему отвечу? Получается так, что и истина, и обман одинаково чреваты для меня нежелательными последствиями. Но обман к тому же еще и унизителен. Надо сознаваться. «Русский, - говорю я, – рашен». - «Рашен? крикнул мужик. И еще громче, в сторону кодлы: Риск, риск!». «Риск» - единственное шведское слово, которое я знал, - «русский».

Подвалила кодла, все - разномастные, в том числе и белокурые бестии, крепко поддатые и свирепые. Тут мне и крышка - так подумал я и, к счастью, ошибся.

Шведы дружески хлопали меня по плечу, пожимали руку: «Риск, риск!», радуясь моей русскости, как своей собственной. Так оно в действительности и было: «Мы - русские!» - гордо заявляли они все разом и затем, перебивая друг друга, пытались растолковать некоторые темные для меня места из шведской истории. История сводилась к тому, что они это мы, а МЫ это они. Русские! Мимо проезжал трамвай. Мы его остановили, встав поперек рельсов. Иных, кроме нас, желающих садиться в такой трамвай не было. Поэтому ехали мы без остановок, точно до нужного мне места, наблюдая из окон панораму огромного города. За окнами что-то горело, по-моему, не автомобили. (Это с ними случится потом, в том же Гетеборге в 2001 году, во время выступлений антиглобалистов в знаменитой серии Гетеборг - Прага - Генуя.) В пути мои попутчики, «русские шведы», пели песни народов мира, пили пиво. Разумеется, от угощения я не отказывался. Когда спели Yellow submarine, мы заговорили о нашей подводной лодке. «Вся эта ВОЗНЯ всего лишь игры милитаристов между собой. Нас с тобой эти игры не колышат», примерно так сказали мои попутчики. (Кого нас? Хиппарей? Анархистов? Потенциальных антиглобалистов?) Я с ними как мог согласился: «Make love, not war!» Другие говорили иначе: это неопознанный летающий, то есть плавающий объект! USO! Я и тут нашелся: «Fantasy - to the power!» В результате я в таком дружеском сопровождении добрался до нашей базы целым и невредимым.

Из всего со мной случившегося я делаю два давно очевидных вывода: «Надо говорить правду» и «Риск- благородное дело». Лучше, конечно, сидеть дома, не рисковать. Не зависеть от трактовки темных мест чужой истории. А всегда ли темных мест? Всегда ли чужой истории? Всегда ли истории в смысле науки? Вот вы сели в автобус до «Динамо» или в электричку до Дегунина, а из этого уже и получается история - печальная, забавная, обыкновенная. ■ На почту: откройте каталог московского Почтамта на странице 60 и заполните купон. Наш подписной индекс 45777.