Детский лепет

Любимые книги детства

Книга, прочитанная в детстве, никогда не равна той же книге, прочитанной в зрелом возрасте. Одну мою подругу, например, лет в десять угораздило засунуть нос в «Первобытную культуру» Тайлора - так она до сих пор убеждена, что это сборник страшилок, а вовсе не ученый труд по культурной антропологии, как пытались уверить нас в институте. Или вот, например, «Буратино» - знаете, сколько нем на самом деле страниц? Чуть более полусотни. А я до недавних пор была уверена, что это огромный роман со сложным, разветвленным сюжетом не хуже какого-нибудь «Графа Монте-Кристо» и что главный герой всей этой эпопеи - пудель Артемон. Иными словами, ни одному взрослому не под силу предугадать, что именно вычитает в том или ином тексте ребенок. Казалось бы, из этого следует, что у литературы, предназначенной для детского чтения, особая судьба, и все попытки увязать ее каноны с теми, которым следует литература взрослая, заведомо обречены на провал. Однако в последние годы книжки для детей все активнее копируют книги, написанные для взрослых. Причем за образцы чаще всего берутся произведения не самого высокого пошиба.

Где кончается счастливое детство К счастью, до литературы для самых маленьких эта тенденция пока не добралась - здесь тон задают старые добрые переиздания: например, с детства всем памятные рисованные сказки Владимира Сутеева (штук десять его книг разного формата выпустило в последние годы издательство «Астрель»), а также бесчисленные красочно иллюстрированные «Колобки» и «Мухи-Цокотухи». В том же традиционном ключе выдержано и большинство современных изданий, которых, кстати, совсем немало. Есть, правда, и новшество: все больше становится книг, в которых форма, так сказать, взяла верх над содержанием. Миниатюрные яркие книжки издательства «АСТ», отпечатанные на плотном картоне, выполнены в виде симпатичных трехмерных фигурок зверей - от тираннозавра до ягненка. Текст в них минимален и невыразителен он рассчитан не столько на самого ребенка, сколько на родителей, к которым любознательное чадо начнет приставать с вопросами, что за зверь такой тираннозавр и где он живет. Эти издания, равно как и выходящие, скажем, в «Росмэне» книжки с прилагающимися к ним игрушками («Дельфиненок играет» и «Как лев стал царем зверей») предназначены скорее для игры, чем для чтения.

Если в категории книжек для малышей современная продукция конкурирует с переизданиями почти на равных, то в книгах для детей шести девяти лет, безусловно, доминирует русская и советская классика. При взгляде на полки магазинов возникает ощущение, что на каждый свежий текст приходится по меньшей мере десять книг Носова, Драгунского, Волкова, а также Толстого, Лескова или Куприна. Это вполне объяснимо: всерьез для детей сегодня никто не пишет. Возникшая в перестроечное время плеяда талантливых молодых писателей, которые группировались вокруг Эдуарда Успенского и сотрудничали с журналами «Трамвай» и «Куча мала», как-то незаметно рассеялась. Сегодня имена Тима Собакина, Андрея Усачева, Игоря Шевчука, Марины Потоцкой знакомы лишь тем, у кого десять пятнадцать лет назад были маленькие дети. Многие из этих авторов эмигрировали, другие, руководст вуясь прагматическими соображениями, сменили сферу деятельности - ктото ушел на радио, кто-то - в газеты, кто-то - на телевидение. В числе последних и нынешняя телезвезда Виктор Шендерович мало кто помнит, что в свое время он начинал именно с детских стихов.

Наиболее удачно иллюстрирует численное соотношение нового и старого самая, пожалуй, стильная и продуманная детская серия, выпускаемая московским издательством «Август». Из девяти ее книг лишь три написаны сейэто два стихотворных сборника Александра Коняшова («Енот и бабочка» и «Веник / Куда девалось мыло?») и чудесная повесть Маши Вайсман «Правда, весело?». Александр Коняшов автор текста «собачьей народной» песенки «Если хозяин с тобой» - сочиняет стихи, вполне сопоставимые с лучшими образцами советской стихотворной классики вроде «Усатого-полосатого» или «Идет бычок, качается». Отличие в том, что в поэзии Коняшова больше иронии и скрытых аллюзий. Например, бесхитростное на первый взгляд детское стихотворение про енота, которому приснилось, что он бабочка, и который, проснувшись, не понимает, кто же он на самом деле, явно обыгрывает китайскую притчу про философа, столкнувшегося с аналогичными проблемами. Впрочем, все эти подтексты исключительно для родителей, дети же могут наслаждаться замечательными стихами и прекрасными картинками. «Правда, весело?» Маши Вайсман очень простая повесть о коктебельском лете. Она изобилует деталями, знакомыми современному ребенку, но детали эти погружены в ностальгическую атмосферу «дикого» крымского отдыха, практически не изменившегося с советских времен и наверняка памятного многим родителям. Что до остальных книг серии, то все они замечательно изданные и подобранные с большим толком ОТНОСЯТСЯ к категории любимого, нестареющего чтения, до дыр зачитанного многими поколениями юных книгочеев.