Ржавые скрепки

В культовом романе Владимира БогомоBлова «Момент истины» описано, как советской контрразведке удавалось иногда выявлять нацистских шпионов: документы у них прошивались скрепками из нержавеющей стали, в то время как подлинные советские – из обычной. Ржавый след на центральном развороте книжечки был несомненным свидетельством ее советского происхождения. Главная же из этих книжечек паспорт (точнее - внутренний паспорт) - и сама была такой же верной приметой советского общества. Хотя ни один закон не вменял гражданам в обя занность носить при себе паспорт, документ мог понадобиться в любую минуту и в любой ситуа ции - от поселения в гостинице до проверки документов на улице или в электричке (беспаспортный субъект мог быть задержан «до выяснения личности»). Все прочие аусвайсы - свидетельство о рождении, служебное удостовере ние и т. д. - были лишь заменителями Главного Документа, причем и эту функцию они могли выполнять лишь с согласия должностного лица, которому вы их предъявляли. Можно было сто раз получить посылку или перевод по служебному удостоверению, а на сто первый услышать: «Нет, мы выдаем только по паспорту!» Паспорт был наглядным выражением государственного контроля за частной жизнью подданного: его этнической и территориальной принадлежностью, военной повинностью, семейным положе нием, судимостями и т. д.

Волна демократических настроений рубежа 80 - 90-х естественным образом породила идею ликвидации этой кабальной грамоты вместе с пропиской, призывом, «пятым пунктом» и прочими институциональными унижениями граж данского достоинства. После распада СССР замена паспортов несуществующего государства на российские стала неизбежной. В феврале 1992 года был принят закон «О гражданстве», который фактически лишил законной силы старые советские паспорта. Предполагалось, что граждане свободной России получат лаконичные и современные документы международного образца и будут пользоваться ими примерно с той же частотой, что и жители цивилизованных стран, - т. е. в основном в зарубежных поездках.

Шило на мыло Воплотить в жизнь эти благие намерения новой российской власти все время что-то мешало. То президент не мог договориться с парламентом о том, прилично ли двуглавому гербу федеративной республики носить корону, то глава Башкирии Муртаза Рахимов объявлял «пятый пункт» национальной святыней и отвергал утратившие его паспорта, то попросту не было денег на масштабную кампанию обмена. Только через пять с половиной лет 8 июля 1997 года - правительство утвердило положение о паспорте гражданина РФ. А октября - положение об обмене паспортов до 31 декабря 2005 года (по согласованию с правительством МВД в прошлом году сократило этот срок, назначив последним днем жизни «серпастого-молоткастого» 31 декабря 2003 года).

Первое же знакомство с новым документом разочаровало: он по-прежнему является документом сугубо внутренним и отличается от советского аналога разве что цветом да некоторыми элементами оформления. Из «ржавых скрепок» советской паспортной системы удалось отделаться только от принудительной этнической приписки - пункта «национальность» (не без остроумия замененного пунктом «пол»). Можно было бы сказать, что отметки о прописке и воинской обязанности лучше было бы уничтожить одновременно с самими этими института ми. Кто ж спорит. Но уж коли не вышло как лучше, почему бы не начать с ликвидации штампа прописки - что сразу сделало бы незаконными бесконечные «проверки паспортного режима»?

Самое, пожалуй, удивительное в новом паспорте - необходимость его замены по достижении определенного возраста (20 и 45 лет). Это уже не просто реставрация советских порядков, а возврат к их архаичной форме: исходно в СССР паспорт имел ограниченный срок действия, но в середине 70-х годов его сделали «вечным», лишь обязав владельца вклеивать дваж ды за жизнь фотографию. Зачем эта-то «реформа» понадобилась?

Начальник паспортного управления ГУВД Москвы Михаил Серов благодушно объясняет: за четверть века работы с «вечными» паспорта ми выяснилось, что примерно у 80% граждан, приходящих на вклейку очередной фотографии, сам документ истрепан настолько, что его приходится менять. Так что новый-старый порядок всего лишь закрепляет сложившуюся практику. Что же до сохраненного раздвоения основ ного документа гражданина РФ на внутренний и заграничный, то иностранным официальным лицам совершенно не интересны семейное положение, военная обязанность и место жительства наших граждан. А в единый документ нам пришлось бы все это вписать надо же государству отслеживать передвижения плательщиков алиментов, офицеров запаса, определять, в какой сберкассе данной старушке надо платить пенсию. Были бы мы получше оснащены технически, мы бы вклеили в единый паспорт магнитную полоску со всей необходимой информацией - и все. А пока у нас в каждом сельсовете и почтовом отделении не появится компьютер со специальным считывателем и Интернетом, придется жить с двумя паспортами. Михаилу Константиновичу очень хочется поверить. Но не получается. Такого рода «необходимые» отметки в удостоверении личности приметы полицейского государства и потому

абсолютно неуместны в демократической стране. Впрочем, с теми, для кого либеральные ценности - пустой звук или нечто второстепенное по сравнению с практической пользой, можем поделиться наблюдениями из жизни. Далеко ходить не надо: один из авторов этих строк двадцать третий год живет с паспортом, в котором отсутствует пометка о воинской обязанности. Владелец этого карт-бланша не является радикальным пацифистом, не уклонялся от учета, не скрывался. За эти годы он вклеил полагающуюся по возрасту фотографию, зарегистрировал брак, рождение дочери, выдачу загранпаспорта. Именно в этот период он получил свое первое офицерское звание, а затем - и следую щее. И никто никогда не поинтересовался, что же написано у него на заветной страничке и написано ли хоть что-нибудь! Такова эффективность паспортной системы по части учета военнообязанных.

С «учетом семейного положения» дела обстоят точно так же: нам известен гражданин, много лет находящийся в федеральном розыске за неуплату алиментов. Все это время он прожил в подведомственной г-ну Серову столице, часТИЧНО В родительском доме, где и прописан. Он не скрывается, официально оформлен на своей работе, иногда печатается в прессе - под собственной фамилией. Вероятно, и паспорт обменяет на новый без всяких проблем, кроме, конечно, общих для всех хлопот.

Об «учете места жительства» — т. е. прописке, переименованной в «регистрацию», не хочется и упоминать: за эти годы о ней было достаточно написано и наговорено (не только журналистами, но и руководителями страны и даже высшими судебными органами). Отметим лишь, что запись на соответствующей страничке паспорта давным-давно не является информацией о том, где на самом деле человек живет. Те, кого это действительно интересует (например, фирмы, заключающие договора с сотрудниками и клиентами), обычно просят указывать в документах два адреса - «по прописке» и фактический. Первый - исключительно для казенной отчетности, второй - если контрагента в самом деле нужно будет найти. А тем временем пенсионеры (интересы которых, по мнению г-на Серова, должна защищать запись о месте жительства) подчас должны ехать на другой конец города, чтобы получить свои деньги именно в той сберкассе, к которой они прикреплены «по прописке».

Ну хорошо, пусть нам в самом деле без «учета и контроля» никак нельзя, но почему все-таки не вписать все эти сведения в единый паспорт? Они что, составляют государственную тайну? Мы боимся утомить сотрудников иностранных консульств? Или все-таки стыдно показывать миру этакую полицейщину?

Единственное утверждение г-на Серова, которое оказалось не так просто проверить, «80% истрепанных паспортов». Но даже если четверо из пяти россиян относятся к документам без долж ного уважения, за что пятого-то наказали? Кстати, 20-процентная экономия расходных материалов и рабочего времени сотрудников украсила бы отчет любой службы.

К сожалению, задаваться эти ми вопросами поздно: хорош или плох новый паспорт и новый порядок его действия, российским граж данам уже никуда не деться. Единственное, что они могут, раться свести к минимуму сопря женные с обменом неприятности. Месяц с хвостиком По словам Михаила Серова, доля обладателей нового паспорта в Москве сегодня вдвое выше, чем в среднем по России, - соответственно 40 и 20%. Это, конечно, немалое достижение бенно если учесть, что до осени прошлого года обмен паспортов шел ни шатко ни валко. Государст Во хронически не справлялось с собственными планами по печатанию бланков новых паспортов, а граждане, как обычно, не торопились идти в казенный дом. Многие и вовсе не знали, что старый паспорт надо менять: «работа с населением» была возложена на участковых, у которых, видимо, были заботы поважнее.

Дело пошло живее, когда к нему активно подключились жилищно-коммунальные служ бы. Во многих подъездах появились объявления, призывавшие жителей сдать паспорта на обмен. Кое-где в ход пошла более адресная и изощренная агитация. Так, в августе прошлого года моск вичке Ирине Ф. в ДЕЗе, куда она обратилась по делам приватизации квартиры, предложили сначала обменять паспорт: мол, иначе потом все приватизационные документы придется переде лывать (в них же указаны реквизиты старого паспорта). Естественно, Ирина Анатольевна тут же послушно совершила все необходимые дейст вия: заполнила «форму № » (заявление об обмене паспорта, заверяемое паспортным столом ДЕЗа), заплатила пятьдесят рублей за бланк и пятерку - за оформление, сфотографировалась и сдала весь этот пакет документов вместе со ста рым паспортом в милицейский паспортный стол.

Ее тезка Ирина К., прочтя объявление в подъезде, тоже немедленно пошла менять паспорт. Так случилось, что на следующий день после сдачи старого документа ей нужно было отметиться на бирже труда и получить новый полис медицинского страхования. Полиса ей не дали, а в центре занятости обвинили в нарушении правил и приостановили выплату пособия по безра ботице. В обоих случаях не помогли ни загранпаспорт, ни ксерокопия сданного внутреннего.

Комментируя эти коллизии, г-н Серов заверил нас, что необходимость переоформления документов, в которых указаны реквизиты старого паспорта, или возможность невыплаты пенсии без нового удостоверения личности - выдумки и самодеятельность чересчур ретивых исполните лей: «Заявление на замену старого паспорта с указанием всех его реквизитов - документ вечного хранения. Листочек с вашими данными будет передан в региональное справочно-адресное бюро. Если кто-то усомнится, что вы это вы, это всегда можно будет доказать». Замена паспорта, согласно министерской инструкции, должна занимать не более 10 рабочих дней, так что никаких проблем с получением каких-либо выплат быть не должно. Но в любом случае гражданину могут выдать на этот период временный документ, удостоверяющий личность, - нужно только попросить и принести для него лишнюю фотографию. Юридически эта справка полностью равнозначна паспорту, только степеней защиты меньше. (Ирина К. действительно могла получить такой документ, только она об этом не знала и никто ничего ей не сказал.) Поскольку официальная информация о сроке между сдачей старого и получением нового паспорта резко не совпадала с впечатлениями знакомых, близкая родственница одного из авторов предприняла «контрольный обмен паспорта» - все равно рано или поздно пришлось бы. Получить и заверить в ДЕЗЕ «форму № » удалось довольно быстро, а паспортный стол ОВД «Чертаново Северное» и вовсе пропускал посетителей в фантастическом темпе по человеку в пятьдесят секунд. Запасенные (в соответствии с висящей на стене инструкцией) документы - свидетельство о браке, свидетельство о рожде нии ребенка, военный билет и т. д. - не вызвали у сотрудника ни малейшего интереса. Он только убедился в уплате всех положенных сборов и наличии фотографий. Но дату выдачи нового паспорта трудолюбивый милиционер назначил не через «десять рабочих дней», а через пять недель. Кстати, именно этот срок чаще всего называли опрошенные нами владельцы новеньких ксив. Кому-то сделали в «министерские» две недели (без качания прав и обещаний «отблагодарить»), кому-то назначили все те же пять недель, но потом попросили зайти еще недельки через две. Но обычно был именно такой срок - чуть больше месяца. Вряд ли почти вся московская милиция самовольно нарушает министерские нормативы. Логичнее предположить, что милицейской паспортной службе велено не полагаться на принесенные гражданами бумаги, а самостоятельно проверять каждого заявителя. Месяц хвостиком нормальный срок для отправки запросов и получения ответов.

В любом случае установленная дата окончания кампании при отсутствии информации, незаинтересованности граждан и неторопливости самих служб — выглядит малореальной. Впрочем, может, оно и к лучшему. Политическая погода в стране меняется быстро и непредсказуемо, и никто не может исключить, что еще до конца нынешнего вялотекущего обмена будет разработан и утвержден совсем другой образец личного документа (разговоры об этом ходят, да и рано или поздно это все равно придется делать). И тот, кто поторопился пройти процедуру обмена, вынужден будет ее повторить.

Если, конечно, к этому времени государство не цивилизуется настолько, что начнет беречь время и нервы граждан. ФОТО МАКСА НОВИКОВА