[Без Заголовка]

Не пытайтесь вспомнить, кто такой Додонов, несмотря на то что выставляется он в самой Третьяковке. Пресс-релиз выставки в первых же строках обещает «обнаружение нового имени в недавней истории искусства». О художнике, скончавшемся почти тридцать лет назад, действительно почти никто не слышал. Хотя в 30-е годы он создавал макеты к спектаклям Мейерхольда и Завадского, ассистировал Александр Мейерхольда и Завадского, ассистировал Александру Родченко, работал на знаменитой киностудии «Межрабпомфильм». Просто потом было пятнадцать лет лагеря и ссылки. А затем полный эскапизм и сосредоточенное искусство «для себя». Эти поздние работы Додонова и показывает Третьяковка. Работы странные, насыщенные трагической метафорикой. На них в хаотичном мельтешении сплетаются изломанные человеческие фигуры, дома и деревья, животные и ангелы. Но, главное, в этом хитросплетенном беспорядке, как будто рожденном в сознании буйнопомешанного, узнаются очень грамотные и рациональные цитаты из классики 1 картин Гойи, Ван Гога, Пикассо, Дали. Что позволяет искусствоведам называть Додонова первым постмодернистом. Хотя скорее он был последним модернистом, связавшим семидесятые годы с эпохой революционного авангарда. Впрочем, искусство Додонова - не столько серьезная искусствоведческая загадка, сколько курьез в истории искусства. Если, конечно, курьезы бывают трагическими.