Бедные деньги

Терапия

Сколько я ни находился в зарубежном пространстве, никогда денег там не находил. Ни одного цента, ни одного пфеннига или франка. И теряют там меньше, и монетка на улице не залеживается - до тебя подобрать охотники найдутся. А вот на московском асфальте раздолье для гривенников и Такое впечатление, что находишься в буратиновской стране дураков будто монетки здесь для будущего урожая посеяны (обращаю ваше лингвистическое внимание на то, что «потерять» можно заменить глаголом «посеять»). Опросив своих многочисленных знакомых, я выяснил, что они нагибаются начиная с рубля. Да и то не все. А зачем? Что на гривенник купишь? Я хочу сказать, что идея упорного накопительства попрежнему неактуальна. «Копейка рубль бережет» – это про кого-то другого. Прибыль в 10 процентов, за которой гоняются предприниматели во всем мире, здесь за навар не считается. К бумажной деньге уважение все же сохранилось. Купюра ведь не только всеобщий товарный эквивалент, это еще и носитель. Носитель официальной идеологии. «Пролетарии всех стран, соединяйтесь!» или In God We Trust. При этом обычно с портретом подходящего к слогану деятеля. Какогонибудь Джефферсона или того же Ленина.

От наших нынешних купюр веет растерянностью. Владея в совершенстве грязными политтехнологиями, наши пОЛИТИКИ в сфере «чистой» идеологии как-то себя не проявили. Наверное, по причине совестливости: эвфемизмы типа «контртеррористическая операция» с губ у них слетают легко, а вот какая-нибудь «свобода» с «равенством» не очень. И то верно: кого за образец считать-то? Кто лучше: Сахаров или Дзержинский? Спрашиваю и слышу народный гул, поделившийся надвое. А потому на наших нынешних купюрах никаких людей предусмотрено вначале не было. Слабым утешением могли послужить лишь три невразумительные фигуры на пятидесяти рублях и на берегу Невы - лицом к речке, а другим местом к нам, грешным. Впечатление странное: то ли настали по всей стране белые ночи и люди спят по своим квартирам, то ли реализовался пессимистический сценарий с нейтронной бомбой.

В этой сложной ситуации пошли сначала по пути памятНИКОВ втюхали Петра Великого на пятисотенной бумажке. Изображен он во весь рост - выражения лица рассмотреть не удается. Так что непонятно, что у него на уме - градостроительство на болоте, прорубание знаменитого окна, казни старообрядцев или война со Швецией. Но государственная мысль, подстегиваемая инфляцией, на месте не стояла. Настоящим прорывом оказалась купюра достоинством в тысячу с изображением памятника Ярославу Мудрому. Плохо только, что этот самый Ярослав уже на банкноте в две гривны имеется.

Перестаю паясничать и перехожу к серьезной результирующей части. По не зависящим от каждого из нас причинам мы все запутались в истории с географией. Вот я и даю совершенно бесплатный и искренний совет. Следует обратиться к тому, что нам всем дорого. Сказать, что каждому из нас счастье во сне представляется одинаково: пруд или речка в обрамлении поля или леса. Вот эти березки с осинками и могут стать нашей национальной идеологией. Они отвечают всем необходимым и одновременно цивилизованным условиям: уникальности (каждый пейзаж неповторим), неагрессивности (т.е. никаких горных пиков и пустынь на купюрах рисовать не нужно) и экологичности. Я хочу сказать, что следует прибавить на наших деньгах зелени (не долларовой, разумеется, а природной), и тогда, глядишь, с помощью этой валютотерапии избавимся мы от своих комплексов супердержавности и неполноценности (включая военно-промышленный). Да и сорить деньгами тоже, может быть, перестанем.