Поддержание разговора

Лев Рубинштейн На уличных растяжках пишут: «Здесь могла бы быть ваша реклама». Перефразируя эту вполне концептуалистскую формулу, скажем: «На этом месте будет наша авторская колонка». Автор должен знать свое место. Вот оно, место автора.

Новостное издание это новостное издание, «информационный повод» его девиз. «Эй, ты куда без информационного повода?

кричат на несчастного обозревателя. А ну назад!». И это, в общем-то, правильно. А потому мы, как сумеем, будем информировать вас о том, что произошло, что происходит и что произойдет. Но бывает же, в конце-то концов, так, что какие-то мысли наведываются без спроса, решительно не желая дожидаться никакого информационного повода. Для того и придумана авторская колонка.

Мимолетное соображение. Полемическая реплика. Наблюдение, кажущееся важным, а если не таким уж важным, то хотя бы симптоматичным или просто забавным. Да хоть бы и манифест - почему нет? В общем, это такой как бы офшор место для беспошлинного обмена идеями, пространство для дискуссионного маневра.

Что-то захочется сказать кому-то из нас ваших постоянных обозревателей. Понятно, что у каждого из нас свои взгляды на художественный процесс, свой эстетический и просто жизненный опыт, но какие-то базовые вещи нас объединяют. Например, мы все считаем искусство живым и веселым занятием, не находящимся в глухой оппозиции к жизни. К искусству мы относимся с огромным уважением и доверием, но, уж извините, без чинопочитания. Кто-то может на это обижаться, но, по-моему, зря. Мы не доверяем звериной серьезности, назидательным или захлебывающимся интонациям. Мы не считаем, что художник, зритель, читатель, слушатель, критик, исследователь связаны какими-то тяжкими взаимными обязательствами. Мы полагаем, что взаимоотношения между ними свободное влечение равноправных партнеров по диалогу. «Художник обязан... Читатель должен...» таких словосочетаний мы не употребляем сами и очень не любим слышать от других.

С какими-то своими соображениями придут к нам наши внешние авторы. Очень хочется видеть иногда тексты с подписями уважаемых нами художников, писателей, режиссеров, артистов, музыкантов. Критерий один: культурная вменяемость и отсутствие тоталитарных устремлений любого рода.

Поводом для высказывания может стать все что угодно, в том числе и конкретное событие, то есть пресловутый информационный повод.

А о чем еще можно поговорить? Да мало ли о чем. О том, что в данный момент кажется интересным, насущным, занимательным.

О том, например, что мы считаем актуальным искусством, и о том, что мы таковым не считаем.

О критериях и конвенциях.

О патетике и иронии.

О созидании и разрушении.

Об искусстве, о власти, о власти искусства и об искусстве власти.

О художественных институциях и их роли.

О премиях и наградах. О том, являются ли они знаками объективного успеха. О том, существует ли в принципе объективный успех, и если да, то в каких единицах он измеряется.

О художественной экспертизе.

О влиянии рынка на формирование художественных идей.

О местах, где искусство живет, и о местах, где оно умирает.

О категории моды.

О центре и периферии, о маргинальном и магистральном.

О массовом и элитарном. О том, может ли одно существовать без другого.

О водоразделе между искусством и культурой, искусством и жизнью. О тех точках, где искусство и жизнь соприкасаются, иногда порождая удивительные эффекты, иногда высекая искры внезапных смыслов.

И обо всем прочем.

Понятно, что каждая из наобум перечисленных тем вроде бы не для авторской реплики, а скорее для монографии. Это так, но речь идет не о претензии на исчерпание темы, а лишь о поддержании разговора. По принципу «а вот, кстати, еще по поводу...». Бытует взгляд, согласно которому искусство вообще существует лишь как повод для разговора о нем. Взгляд этот можно разделять или нет, но, согласитесь, он тоже имеет право на существование. Бог знает, по какому поводу может воспалиться авторское воображениеот основных вопросов бытия до сущего вздора. Пусть даже и вздора, но ведь, заметьте, сущего.