Канары и ко

Ровно 600 лет назад

Канарские острова в античности и Средневековье были отчасти географической реальностью, а отчасти мифом. Их считали то заветным Элизием, где обитают души умерших, то куском Атлантиды. Первые мореплаватели, добиравшиеся туда, рассказывали, что на островах обитают гигантские собаки (потому архипелаг и назвали Канарским, то есть «Псовым»). Но по сути дела острова Никому особо нужны не были: в XIV веке возле них иногда бросали якорь генуэзские и португальские суда, приплывавшие сюда за лишайником рочелла, который в те времена шел на приготовление пурпурной краски для ткани, да из Африки наведывались охотники за рабами (рабовладение на Черном континенте процветалО И ДО прихода белых).

Как и почему начал бредить Канарами нормандский барон Сан-Мартэн-ле-Гайяр, Жан де Бетанкур, рыцарь французского короля Карла VI, неизвестно. Ведь он не был ни политиком, ни даже воИНОМ -Во всяком случае, на полях сражений Столетней войны барон не отличился, жизни при дворе избегал, а в своем родовом владении Грэнвиль-ле-Тэнтюрьер в Департаменте Ко занимался производством тканей. Наверно, он узнал об этих островах от кого-то из торговцев рочеллой. Но как бы то ни было, в груди Бетанкура загорелось пламя мечты: завоевать Канары.

Чтобы снарядить экспедицию, он продал почти все свое имущество (жена потом тщетно пыталась отсудить у мужа собственное приданое), ограбил английский торговый корабль (аккурат во время перемирия в Столетней войне) и оставил долгов на 1200 ливров. Кузен и покровитель барона Робер де Бракмон добился для него благословения от папы Бенедикта XIII. В Ла-Рошели, где Бетанкур набирал экипаж, он ПОзнакомился с гасконцем Гадифер-де-ла-Салем, также бредившим Канарами. 1 мая 1402 года корабль вышел в море и в конце июня, ровно 600 лет назад, бросил якорь возле острова Грациоза в Канарском архипелаге.

Тут же обнаружились глубокие, можно сказать, мировоззренческие расхождения между двумя руководителями экспедиции. Гадифер был человеком Средневековья: он отправился на Канары, как сотни лет до него рыцари отправлялись охотиться на драконов, или искать Чашу Грааля, или освобождать Гроб Господень. Бетанкур же являлся провозвестником новой, еще не наступившей эпохи: он, конечно, мечтал обратить аборигенов в христианство, но главной его целью было «освоить» новые земли, заселить их выходцами из Европы, наладить какое-нибудь полезное производство. Странно видеть такую предприимчивость в старшем современнике Жанны д'Арк.

Колонисты основали на юге острова Грациоза форт под названием Рубикон и совершили несколько вылазок по архипелагу. Очень скоро стало ясно, что, хотя культура аборигенов весьма примитивна и они даже не умеют плавать между собственными островами, шестидесяти человек недостаточно, чтобы их завоевать. Бетанкур решил вернуться в Европу и просить подмоги у кастильского короля. В его отсутствие вдрызг разругались между собой Гадифер и другой соратник барона, Бертэн де Берневаль, которого Бетанкур назначил командовать фортом Рубикон. В один из октябрьских дней, когда гасконец отправился на охоту, Бертэн, предварительно ограбив форт, сел на проходивший мимо корабль и был таков. Гадиферу и немногим оставшимся с ним французам аборигены носа не давали высунуть из форта. Короче говоря, когда Бетанкур вернулся с пополнением, он застал своих товарищей едва живыми и совершенно одичавшими. Гадифер при первой же возможности уплыл в Европу.

Бетанкур, добившийся у короля Генриха III ленных прав на Канарские острова, стал обживать архипелаг: крестил аборигенов, устроил брак собственного племянника Масье с дочерью местного царька и, наконец, переселил из своего нормандского имения в департаменте Ко 160 крестьян, в том числе 23 с женами. В каком-то смысле именно тогда, за сто лет до Колумба, началась колонизация Нового Света если не в географическом, то по крайней мере в психологическом смысле.

Правда, лишайник рочелла Вскоре перестал применяться в качестве красителя. Зато начиная с ХѴІ века с Канарских островов в Европу стали возить нарядных желтых птичек, нареченных в честь архипелага канарейками.