Призывник

Человек, интересующийся поэзией, знает поэта Дмитрия Быкова. Остальные в свободное от чтения время смотрят телевизор и находят там того же поэта Дмитрия Быкова. Мы забыли о любителях газет, но им-то не дано забыть Дмитрия Быкова, потому что в пяти-шести изданиях он публикуется много, одновременно и регулярно. Возникает впечатление едва ли не раблезианского разМаха тем более что облик поэта с таким впечатлением вполне согласуется. (Не забудьте включить телевизор.) Вот и «Призывник» даже при беглом пролистывании поражает масштабностью – глубиной (объем книги), высотой (длиной стихотворения), собственно длиной (строки). Серьезный читатель, опираясь на свой опыт, не верит в количество. Хорошего много не бывает. Ну ладно, дай-ка сюда...

И вот вам первая неожиданность - в любом наугад открытом стихотворении Быкова заранее прогнозируемая легкость сочетается с блеском. Мы оказываемся буквально в бюро находок. И очень классных находок.

У Быкова нет худших стихотворений. Есть смысл говорить о его привычном, регулярном уровне. Так вот, этот уровень высок в плане не только версификационной техники, но и температуры, свежести, новизны. Быков просто отменяет астеничного поэта, работающего к тому же вполнакала.

Лучшие стихотворения тут есть. Собственно, и в прошлых сборниках Быкова чтото всего лишь восхищало, а что-то и вызывало любовь. Но тут, в большой суммарной книге, лучшие стихи образуют внятный пунктир, а лучше сказать - хребет, несущую конструкцию для остального. И тут - внимание на хребет! - второй сюрприз.

Слегка эпатирующий, иногда ёрничающий, редко обольщающийся Дмитрий Быков предстает хранителем самой что ни на есть стержневой традиции русской литературы - с ее болезненностью, милостью к падшим и богоискательством, которое сам поэт из скромности называет атеизмом. И с тем непременным романтическим бликом, который расположен как бы поверх отменяющего его опыта. Говоря иначе, Шелестит порывами. Тень ползет по газонам.

Гром куражится, как захватчик, входя в село.

Пахнет пылью, бензином, кровью, дерьмом, озоном, Все равно - озоном, озоном сильней всего.

ЛЕОНИД Костюков Все оттенки голубого РЮ МУРАКАМИ Все оттенки голубого