Coleman

Motherland pulse

азалось бы, магнат нашей звукозаКписывающей индустрии концерн «Союз» ориентируется исключительно на миллионные тиражи. И вот совершенно неожиданно для ценителей недешевых музыкальных редкостей «Союз» решился на смелый эксперимент и занялся распространением на территории России продукции немецкой компании Winter & Winter. А та в свою очередь и в полном соответствии с аудиофильской политикой своего владельца Стефана Винтера сделала не менее эффектный продюсерский ход: стала подряд, в хронологической последовательности, переиздавать весь каталог первой компании Винтера ЈМТ. Факт переиздания нашел свое отражение и в оформлении новой серии. В четырех крупно напечатанных цифрах (например #01/81) первые две означают порядковый номер диска, а вторые две нет, не год издания, а то, что весь каталог состоит из 81 наименования.

В течение десятилетия, с середины 80-х до 95-го года, когда ЈМТ поглотила интернациональная корпорация Polygram, она была самой молодой и в то же время самой «боевой» из ряда тех западногерманских компаний - ENJA, ECM, FMP, которые действительно влияли на развитие не столько даже европейского, сколько американского джаза. В частности, именно JMT первой поддержала творческое объединение ньюйоркских афроамериканцев M-Base во главе с саксофонистом Стивом Коулмэном и вокалисткой Кассандрой Уилсон (диск #1). В середине 80-х M-Base не побоялись заняться вроде бы неперспективным, как тогда казалось, делом джазовой импровизацией. Впрочем, многое в их музыке заимствовано у главного оппонента джаза - черной попмузыки - соула и фанка.

Дуэт пианиста Фреда Херша и единственной в джазе женщины-саксофонистки мирового класса Джейн Айры Блум (диск #3) - продолжение традиции изысканно-камерного кул-джаза. Так мог бы играть знаменитый Чик Кориа, если бы не отвлекался на электрифицированный smooth jazz. И, наконец, поддержав трубача Херба Робертсона и саксофониста Тима Берна (диск #2), компания Винтера выдвинула достойных конкурентов постмодернисту Джону Зорну, казалось бы, безраздельно царившему в авангардно-джазовом «даунтауне», и соответственно не дала ему почивать на лаврах. Диск Робертсона, возможно, лучшее его достижение вообще. Записанный с саксофонистом Берном и гитаристом Биллом Фризеллом, который уже тогда считался лучшим в современном джазе, он называется Transparency («Прозрачность»), что удивительно точно соответствует его содержанию. Скупая, высокоорганизованная фактура «Прозрачности» резко контрастирует с теперешней музыкой Робертсона.

Сегодня все перечисленные музыканты занимают в новом джазе лидирующее положение. Но кропотливую работу по переизданию их записей Polygram уступил бывшему владельцу ЈМТ. Винтер делает это с любовью - улучшает качество звучания при помощи 20-битовой технологии, упаковывает диски в стильные книжечки, больше напоминающие дорогие библиофильские издания, а внутрь серийной упаковки помещает еще и в точности воспроизведенное оригинальное оформление каждого диска. И при этом стоят коллекционные переиздания от компании Winter & Winter не дороже, а в иных случаях даже дешевле, чем обычный компакт-диск. 6 Дмитрий Ухов