В калашный ряд

Стоит заметить, что сам Владимир Путин еще ни разу не прокомментировал факт нанесения по Грузии бомбовых ударов. Судя по всему, президент намеренно дистанцируется от громкого скандала, который по вине российской стороны перерос в разряд международного дипломатического. Причем произошло это в тот самый момент, когда российский президент выступил с сенсационной инициативой: предложил Европейскому союзу простой и кардинальный выход из калининградского тупика - перейти к взаимному безвизовому режиму.

По данным «Журнала», предложение это готовилось долго и тщательно. Есть веские основания полагать, что еще до того, как главам государств-членов ЕС были посланы письма соответствующего содержания, российская сторона успела заручиться поддержкой Дании, которая ныне председательствует в ЕС, и Италии (с премьер-министром этой страны Сильвио Берлускони у Владимира Путина сложились особенно доверительные отношения). Разумеется, никто не утверждает, что инициатива Путина была бы безоговорочно поддержана уже на ближайшем ноябрьском саммите Россия-ЕС в Копенгагенев Европе традиционно боятся наплыва российских мафиози и незаконных эмигрантов из стран СНГ, с которыми у России договоры о безвизовом пересечении границы (кроме Грузии). Однако российская сторона и не собиралась форсировать решение этого вопроса. По словам спецпредставителя президента по проблеме Калининграда Дмитрия Рогозина, «послание президента рассчитано не на немедленную реакцию, а на то, чтобы вывести саму тему на новый политический уровень; чтобы она не воспринималась как проблема частная или второстепенная для отношений между РФ и ЕС». Но даже учитывая всю сложность обсуждаемой проблемы, решение которой, возможно, растянется на годы, эту внешнеполитическую инициативу российского президента можно расценить как одну из важнейших за всю его политическую карьеру.

И вот в тот самый момент, когда Владимир Путин, по сути, предлагает Европе открыть границы для граждан нашей страны, Россия, отказываясь признать очевидный факт бомбардировки грузинской территории, в очередной раз красноречиво напоминает Западу, наследником какой политической традиции она в действительности является.