Хромой против кривого

Ровно 600 лет назад

Что бы было, если Наполеон с Суворовым не разминулись бы в Италии? Кто бы кого победил, окажись Цезарь современником Александра Македонского? Именно такого свойства эксперимент поставила история ровно 600 лет назад. В пятницу, 28 июля 1402 года, в долине Чубукчай к северу от Анкары встретились две, быть может, самые дикие и страшные орды в истории человечества: с запада шло гигантское войско турецкого султана, одноглазого Баязида по прозвищу Йилдырым, то есть Молниеносный. Это он под Никополем разгромил силы объединенной христианской Европы, пытавшейся остановить продвижение Османов на Запад. Это он Держал в осаде Константинополь, своей железной рукой объединил все тюркские эмираты Малой Азии, заставил гордых сербов признать себя его вассалами и прийти под Анкару, чтобы сражаться в султанском войске.

Но с Востока на Баязида шел правитель еще более страшный. Тамерлан, то есть Тимур Хромец, основавший в Средней Азии государство Тюркизованных монголов, покорил Иран, уничтожил Золотую Орду, поставил на колени Индию, пожег и разорил все Закавказье. Византийский император Мануил, отчаявшийся найти в христианском мире .

управу на Баязида, обратился за помощью к Тимуру, но в последний момент струсил. Однако Хромцу и не нужны были союзники - он полагался только на себя и на удачу. Таков же был и Баязид - они стоили друг друга.

Сколько воинов сшиблось друг с другом в тот день под Анкарой, точно сказать нельзя. Современники утверждали, что больше миллиона, но это, конечно, преувеличение. В любом случае и людям, и коням требовалось в июльский зной много воды - поэтому хитрость Тимура, перекрывшего речку Чубукчай и лишившего Баязида доступа к воде, нанесла султанскому войску чувствительный урон. Битва длилась с утра до вечера. Татары, стоявшие на левом фланге Баязида, неожиданно изменили ему, и это окончательно склонило чашу весов на сторону Тимура. Сперва левый, а за ним и правый фланги турок стали поддаваться монгольскому натиску, а потом и побежали. Янычары, прикрывая своего султана, пытались отступать, пока их всех не перебили. Говорили, что в тот день полегло двести тысяч турок.

Перед сражением Баязид грозил Тимуру, что когда разобьет его, то первым делом обесчестит гарем. Поэтому Тимур, разгромив Баязида, заставил его жен в голом виде прислуживать себе, а султана смотреть на это из железной клетки. Но первое, что он сказал Баязиду, когда того привели к нему в шатер, было: «Бог отдает государства в руки уродов: ты - кривой, а я - хромой». Европа, в ужасе взиравшая на эту битву уродов, облегченно перевела дух, только когда стало известно, что Тимур тут же ушел обратно на Восток. Хромой завоеватель загорелся новой идеей: завоевать Китай. Турки наперекор всеобщим наДеждам быстро восстановили силы и уже через полвека после Анкарской битвы взяли Константинополь. Поставленный историей эксперимент не имел никаких последствий.