[Без Заголовка]

И еще одно. Если вы со времен собственного детства не перечитывали свои любимые книжки советских авторов, то скорее всего просто не представляете, до какой степени они устарели идеологически. В первую очередь это, конечно, относится к книжкам политизированным - вроде «Трех толстяков» Юрия Олеши или «Королевства кривых зеркал» Виталия Губарева. Их революционный пафос едва ли будет понятен современным школьникам. Что же до менее идеологически насыщенных книг скажем, носовской «Веселой семейки», «Денискиных рассказов» Драгунского или даже относительно свежего «Простоквашино» (речь идет о первых книгах серии, а не о малоинтересных постсоветских сиквелах), то здесь очень много бытовых реалий, сегодняшним детям не понятных. Например, знают ли нынешние шестилетки, что такое примус - важный участник Денискиной коммунальной жизни? А как объяснить концепт октябрятской звездочки из носовского «Вити Малеева» первокласснику, который никогда не был октябренком? Конечно, все «трудные места» можно снабдить комментарием, однако тем самым и «Денискины рассказы», и книги Носова из чтения близкого и понятного превращаются в «преданья старины глубокой», и в этом смысле не отличаются, скажем, от чеховской «Каштанки» или «Детства» Толстого. Ничего страшного в этом вроде бы нет, однако ниша современной литературы таким образом Вновь оказывается незанятой.

Впрочем, все это еще мелочи. Самое интересное начинается там, где появляются книги «для среднего и старшего школьного возраста» (как утверждают в Министерстве образования, этот возраст наступает в десять лет.) Именно этот заповедный предел в наши дни стал подлинным рубежом взрослости, ибо за ним начинается совсем другая литература. Кумиры прежних поколений - авантюрный Рыбаков с его «Кортиком» и «Приключениями Кроша» и трепетный Алексин с его знаменитой повестью «Мой брат играет на кларнете» перешли в разряд «ретро», и теперь на их месте пышно цветет литература, которая если и может считаться детской, то лишь с очень большой натяжкой.

Шекспировские страсти и призрак - убийца Ты спишь? - тихо спросил ее Герман.

- Да, - с закрытыми глазами ответила она.

Он осторожно взял ее на руки, отнес в комнату и положил на диван.

- Ты уходишь? - сквозь сон спросила она. - Посиди со мной.

- Хорошо, - согласился Герман. Подожду, пока ты заснешь.

- Удивительная случайность, что мы встретились. В таком большом городе легко потеряться...

- Это не случайность, - сказал Герман и перестал улыбаться».

Вы думаете, это фрагмент из женского любовного романа и за кавычками осталась знойная эротическая сцена? Не угадали. Это цитата из книги сестер Воробей под названием «Игра со смертью, или Шекспировские страсти», вышедшей в серии «Романы для девочек» издательства «Росмэн»; возрастная категория, обозначенная на обложке - «10 лет и старше». Фабула такова: семиклассница Туся, поссорившись с лучшей подругой и расставшись с бойфрендом, красивым и жестоким девятиклассником Егором, решает покончить с собой. Девочку удается спасти, однако депрессия не проходит, и желание жить возвращается к Тусе лишь после того, как она с успехом исполняет роль Джульетты в школьной постановке и пленяет сердце загадочного восемнадцатилетнего красавца Германа. «Игра со смертью» всего лишь один из бесконечного цикла романов, посвященных жизни седьмого «Б».

Росмэновские «Романы для девочек» - далеко не единственные в своем роде. Аналогичные серии с удручающе однообразными названиями («Любимые книги девочек», «Роман для девочек» и так далее) выходят и в АСТ, и в «Астрели», и в других коммерческих издательствах. Сюжеты везде одинаковы: неизбежная первая любовь, предательство подруг, украденные дневники, букетики незабудок, робкие объятия и почему-то непременные шекспировские аллюзии. По сравнению со взрослыми любовными романами разница состоит лишь в том, что здесь герои помоложе да сексуальные сцены целомудренно заменены на рукопожатия и редкие поцелуи.

Появление специальной «литературы для девочек» - не единственное свидетельство того, что детская литература все больше ориентируется на взрослую. Активно издаются детские детективы, специальная детская фантастика и фэнтези, а также всевозможные триллеры и ужастики. Последние, кстати, по словам продавцов книжного магазина «Библио-Глобус», расходятся лучше всего. Я сама стала свидетелем того, как ангелоподобный голубоглазый мальчик лет восьми противным голосом канючил у прилавка: «Мама, «Призрака-убийцу» я уже прочитал, мне теперь надо «Фантом является ночью». Заинтригованная названием, я приобрела за 18 рублей пресловутого «Фантома», вышедшего в серии «Ужасные истории» издательства «ЭКСМО». Созданная плодовитым автором Верой Головачевой (ею написана примерно половина книг этой серии) история девочки-инвалида и преследующего ее зловеще го призрака оказалась при ближайшем рассмотрении жизнеутверждающей сказкой о добром духе, который специализируется на лечении парализованных детей с помощью шоковой терапии. Реки крови и облака серного дыма служили лишь пугающим антуражем для слезливой истории чудесного исце ления. Впрочем, есть книжки и более страшные например, романы из серии «Ужастики» издательства «Росмэн» способны напугать даже взрослого читателя. Есть, правда, и смешные - юмористические книги Георгия Науменко, выходящие в серии «Твой ужастик» («АСТ»), составлены из традиционных детских страшилок про красную руку, оранжевые шторы и гроб на колесиках.

Конечно, нельзя утверждать, что все подобного рода сочинения одинаково плохи: наряду со всякого рода «Шекспировскими страстями» в той же серии «Романы для девочек» издаются вполне пристойные дореволюционные книги Лидии Чарской, в том числе знаменитая «Княжна Джаваха», а в одной из серий ужастиков мне встретилась даже гоголевская «Страшная месть». Но общая тенденция прослеживается вполне однозначно: сегодняшняя детская литература - это та же литература для взрослых, только еще более упрощенная.

Засилье детского книжного ширпотреба, конечно, не исключительно российское явление. Такие же шаблонные детские детективы, фэнтези и любовные романы штампуются и на Западе, однако там соблюдается паритет между ними и книгами серьезными и качественными. Наряду с откровенной дешевкой выходят сочинения настоящих мастеров: Роальда Даля и Сью Таунсенд, Терри Пратчетта и Джоан Роулинг, Элинор Эстес и Лемони Сникета (кроме двух последних, все они переведены на русский). У нас четкое различие между приличным культурным чтением и одноразовым макулатурным мусором успело сформироваться только во взрослой литературе. Что же до литературы для детей, то здесь мусор пока господствует практически безраздельно.

Вряд ли подобная политика имеет глубокие корни едва ли злодеи-издатели пытаются таким образом с младых ногтей «подсадить» читателя на дешевую беллетристику, полагая, что любитель детских детективов со временем перейдет на романы Корецкого и Донцовой. Гораздо вероятнее, что грубая подделка под взрослую бульварную прозу просто оказалась наиболее очевидной альтернативой утратившим актуальность «Двум капитанам» Каверина и прочей советской тинейджерской романтике. Причина такой замены кроется отнюдь не в злом умысле, а скорее в отсутствии какого-либо умысла вообще. Свойственное многим обществам стремление считать ребенка не более чем недоразвитым взрослым и склонность игнорировать уникальность его духовного мира были успешно изжиты еще в начале XX века. Попытка привить детям клишированные псевдовзрослые литературные вкусы - характерный пример подобного, столетие как устаревшего, отношения. Очевидно, именно на этой фазе замерла сегодня политика отечественного детского книгоиздательства. Впрочем, особенно убиваться на этот счет все же не стоит: в конце концов, русскую (да и не только русскую) классику из продажи никто не изымал, а ведь именно она всегда составляла значительную часть детского и подросткового литературного рациона. Едва ли даже нынешнему морю бульварщины окажется по силам ее поглотить.