Пермь в 2010 году

Уникальные места, старые улицы, рестораны, клубы, злачные заведения.

1. Деревянная скульптура в галерее

оллекция деревянной К скульптуры главное из того, что следует посрание это украсило бы любой музей мира: художественной галерее просто росто крупно повезлопов , она хранит в своих запасниках и залах великие шедевры.

Деревянную скульптуру иногда называют «пермскими богами»: этот неудачный термин по отношению к к собранию впервые использовал Луначарский; в 1928-м он посетил Пермь, осмотрел коллекцию и был настолько потрясен, что написал статью для «Советского искусства» - вот ирония которая так и называлась, «Пермские боги». Вместе тем, «пермские боги» - это, скорее, археологические артефакты: мелкая пластика пермского звериного стиля, бронзовые фигурки птиц, животных, людей.

Коллекция деревянной скульптуры (более 370 резных изображений ХVІІІ — начала ХХ вв.) была собрана в 1920-е годы Николаем Серебренниковым. «Стоит отметить», сказал бы путеводитель, что все эти изваяния - «народное искусство». Скульпторы - мужики от сохи, они видели Христа как соседа

2. Музей современного искусства на Речном вокзале

ообще говоря, PERMM B грандиозный эксперимент. Во-первых, Пермь - город консервативной культуры, которую уже почти сто лет как вращает ось «университет театр галерея». Возникновение музея современного искусства не просто сместило, как говорят, акценты; оно создало геомагнитную аномалию, подменило местную понятную ньютоновскую физику - относительной эйнштейновской. Короче, все стало вверх тормашками. Во-вторых, что логично, музей, отрицающий надежный дореволюци

онный механизм, вращавший пермскую культуру, объявил себя «новым мотором» (термин сенатора Сергея Гордеева, профинансировавшего в 2008м выставку «Русское бедное» - с нее-то музей и начался). Речной вокзал - штаб «пермской культурной революции».

Все это, конечно, делает РЕРММ важной достопримечательностью. Музей работает практически без перерывов: большие выставки, плюс специальные события, фестивали, концерты и чтения, мастер-классы Пермского центра развития дизайна (он то

же квартируется на Речном) и так далее. В сентябре-октябре 2010-го в PERMM будут показывать «Недосягаемых» сольник Валерия Кошлякова. Обещают: ранние работы 1990-х, фрагменты инсталляции «Полигимния» (Венецианская биеннале2003), инсталляцию «Облако» (2004), проект «Саркофаг» (2006), «Недосягаемые» (2009). Обойдите сталинский Речной со всех сторон, посмотрите на страшный осыпающийся Фасад (здание только начинают всерьез реконструировать); труп огромного плюшевого медведя, похожего на слона;

плоское финно-угорское лицо, раны с - запекшейся кровью, взгляд тоскливый, лесной. Бродишь по залу, а Исусы пристально глядят на тебя, и долго еще потом не можешь отделаться от ощущения, что продолжают глядеть - где бы ты ни был. Поход к богам - не праздная экскурсия. Будьте готовы испытать потрясение как Луначарский восемьдесят лет назад; просится каламбур про «вытрясти душу» так вот, кроме шуток, эти - деревянные, крашенные, рукой крестьянина вырезанные идолы Обратите из вас вним внимание ее вытрясут вытрясутна .

здание, в котором находится ПГХГ, - бывший Спасо-Преображенский соборбор, , главный архитектурный символ Перми, немного обезображенный В 2010-м инициативными церковными чиновниками, которые щедро позолотили шпиль, прежде интеллигентно оцинкованный.

Фоторепортаж из запасников галереи читайте на стр. 60.

Пермская государственная. художественная галерея Комсомольский проспект, 4 (342) 212-95-24 http://www.gallery.permonline.ru

деревянные машинки недетских размеров; граффити украинских художников Гамлета и Минина «Чайка, чайка, не скучай-ка!». А потом оглянитесь на Каму, которой возня со строительством нового Гуггенхайма - по барабану. Как, впрочем, и вся остальная Пермь, и вы лично, дорогой гость города.

Музей современного искусства PERMM Орджоникидзе, (речной вокзал) +7 (342) 219-91-72 www.permm.ru

3. Театр «Сцена - Молот»

дним не нравится O новая драматургия, другим современная режиссура, третьимлично продюсер Эдуард Бояков, но, вне всякого сомнения, «Сцена-Молот» сегодня сильнейший театр Перми и один из самых замечательных провинциальных театров России. Причем «Сцена-Молот», как И музей PERMM, дефрагментирует реальность пермской культуры, замахиваясь, вообще говоря, на самое святое «осевой театр», который тут один, и имя ему балет. Правда, конфликт менее очевидный: в Перми театров вообще-то много, «Сцена-Молот» не штаб культурной революции, Бояков еще дружелюбнее Гельмана.

«Сцена-Молот» прописана в Театре-Театре (худрук которого, что характерно, министр культуры Борис Мильграм), в

4. «Музей пермских древностей» на вокзале Пермь

* сожалению, «Музей K пермских тей» - это древносвыставка, а не музей, как можно было бы предположить, глядя на ее названиезвание: : местный минкульт позволил себе маленькую хитростьстрость . Выставка Выставка, правда, длинная, и, надо полагать, ее еще пролонгируют - уж больно много зрителей.

Место действия бывшее здание вокзала Пермь (следует читать: «Пермь первая»), расположенное через дорогу от РЕРММ. Зафиксирован, в частности, такой факт: нигдев в России речной вокзал не находится так близко от железнодорожного. Правда, речной уже превратился в музей, а Пермь - пока в процессе (РЖД не сдается). Прежде чем пойти на выставку, полюбуйтесь зданием: это изящный провинциальный вокзал конца ХІХ века, с деревянными башенками, весьма любопыт

бывшем его малом зале. Фасад новке Филиппа Григорьяна; «Сцены-Молот» украшен фла«Засада» Юрия Клавдиева в гами, напоминающими декопостановке Юрия Муравицкорации к фильму Алана Парсон- го репером Сявой в главной са «Стена». роли; «Агата возвращается доВ репертуаре театра: «Чукмой» Линор Горалик в постачи» Павла Пряжко в постановке Григорьяна и Боякова

ными барельефами. Внутри тоже кое-что сохранилось: например, тонкие чугунные колонны.

Что касается, собственно, «музея». В двух просторных залах обитает разношерстная палеонтологическая публика. Центральная часть экспози

ции, что, кстати, совершенно неочевидно для неспециалиста, посвящена флоре и фауне пермского периода (палеозой

ская эра, 299-251 миллионов лет назад). Создатели выставки не ограничились одними только иностранцевиями и эстемменозухами, обитавшими на

- в одной из версий спектакля играет Алиса Хазанова. Премьеры осени 2010-го: «Наташина мечта» Дамира Салимзянова (по пьесе Ярославны Пулинович), «Коммуниканты» Владимира Агеева (по пьесе Дениса Ретрова).

Во второй половине сентября 2010-го «Сцена-Молот» одна из площадок фестиваля современного театра и кино «Текстура»; ключевая площадка, поскольку фестиваль инициировал Эдуард Бояков, а совет «Текстуры» возглавила его подруга актриса Ингеборга Дапкунайте. Подробнее об этом фестивале читайте на стр. 76.

Театр «Сцена-Молот» Ленина, 53 (здание Театра-Театра) +7 (342) 236-07-67, (342) 236-10-92 (заказ билетов) www.stage-molot.ru

Земле как раз в это время; так что «пермские древности» тоже, в принципе, милое лукавство. «Музей» - выставка про эволюцию, про палеонтологию вообще; это это сборный концерт, для участия в котором исторические приглашены тваримногие . V У зверодоящеров - отдельный большой номер, но сыграть свою партию предложено и другой живности; в том числе и легендарному пермскому мамонту, скелет которого реконструировали как раз к открытию выставки.

На сайте «Соли» можно посмотреть замечательную компактную видеоэкскурсию по «Музею пермских древностей».

«Музей пермских древностей» Орджоникидзе, (вокзал Пермь ) (342) 257-18-06, () 279-50-84 (Пермский краевой музей) http://mamont-perm.livejournal.com/

»

1. Ресторан «Златибор»

латибор»- сим«3 патичный сербский ресторан: : оштукатуренными стенами, тяжелыми деревянными стульями, кувшинами и баночками, национальными тряпочками на стенах; короче, со всем тем милым китчем, который присущ белградским кафанам. Кормят здесь так же щедро, как и на Балканах: сербский шеф-повар (его зовут Саша Младенович) явно не номинальная позиция на кухне заведения. Поэтому и заказывать следует именно национальные блюда: холодец и каймак, , сыр, вяленую ветчину; естественно- плескавицу, чевапчичи, ражничи, вешалицу, баранину под сачем; балканское вино. Берите одно блюдо, вам хотя бы с ним справиться. Как и в других сербских ресторанах по всему миру, в «Златиборе» шумно выпивают большими компаниями, но это не должно вас остановить

2. Кафе «Порта»

итрина перм«В таского ». Не общепито чтобы это ресторан, в который непременно захочется вернуться, но все в нем сделано надежно, гипоаллергенно: сдержанный интерьер; итальянская еда, похожая на итальянскую еду; вышколенные официантки. Присутствует также японское меню, но это фата-моргана любого русско-итальянского заведения, да

3. Паб «Шпинат»

рошечный паб в самом центре ПерМи - на пересечении улиц Пушкина и Горького, наискосок от католической церкви. Английский шеф-повар; пироги, тосты с паштетом, десерты; заранее

можно заказать воскресный обед с индейкой на большую компанию. В «Шпинате» полагается пить шотландское пиво Belhaven - особенно сладок стаут McCallum's, совсем, как выясняется, некрепкий (4,1%). В «Шпинате» случается һарру

hour; иногда впрочем, довольно редко здесь играют на саксофоне. Столик лучше забронировать заранее вечером в выходные в «Шпинате» аншлаг. Что еще хорошего? Красивые и разговорчивые девушки-бармены. Единствен

не знаю почему. Потому, наверное, что ресторан действительно хороший, а хороших ресторанов в Перми мало.

«Златибор» не очень удобно расположен: вроде бы и в центре, но где-то во дворах. Лучше всего до ресторана ехать на такси. После ужина в «Златиборе» можно прогуляться до Феодосьевской церкви, которая в пяти минутах ходьбы. Этот храм в неорусском стиле одним из первых отреставрировали в 1990-е. На стене соседауниверсама долго красовалось граффити «Золото на ваших куполах - ворованное».

Ресторан сербской кухни «Златибор» Кирова, 200 (342) 233-19-33, 238-59-99

Феодосьевская церковь Борчанинова,

и не беда. В «Порте» ужинают депутаты местного Законодательного собрания, «культурные и общественные деятели» и проч. Встречаются иногда и приличные люди. В конце концов, главное в «Порте» хорошая кухня, а не коллекция светских насекомых.

Кафе «Порта» Комсомольский проспект, 20 +7 (342) 217-11-07 http://www.portacafe.ru/

ный минус заведения: местная вытяжка не справляется сигаретным дымом.

Spinach (британский паб «Шпинат») Пушкина, 9 +7 (342) 212-41-40

лег Чиркунов, нынешний губернатор Пермского края, заеще в начале девяностых. Потом он стал сенатором, а еще позже главой региона. Однако бизнес его до сих пор процве тает. Чиркунов обладает редкой возможностью взглянуть на то, что происходило с с экономикой и предпринимательством в девяностые и нулевые не только изнутри, но и с точки зрения власти, государства.

- Олег Анатольевич, что для вас двухтысячные?

Как вы оцениваете происходящее в это десятилетие в экономической жизни?

- На самом деле двухтысячные - это сказочный период для страны. Ни того ни с сего господь Бог создал нам уникально благоприятные условия: на внешних рынках оказалось востребованным наше сырье, и мы вошли в в мировую экономическую систему, причем на вполне цивилизованHOM уровне. . Тут сошлись многие благоприятные факторы. Двухтысячные е- - эт это триумф российской экономики, триумф российской сырьевой экономики. Однако у этого триумфа есть и оборотная сторона. Когда с неба падают рубли в крупных купюрах, трудно нагибаться за копеечкой. И в итоге мы очень многое упустили. В первую очередь, внутренний рынок. Полки наших магазинов завалены импорт

ными товарами. Я не против разделения труда, но понимаете, когда речь идет о примитивных товарах, то хотя бы элементарная логика сокращения транспортных издержек предполагает, что эти товары делаются на месте, а не ввозятся из-за рубежа.

И это еще не самое опасное, не самое главное упущение. Вот мы говорим о товарах, ко

торые на полках магазинов...

Но ведь сейчас мало того что товары надо произвести тот, кто производит, сейчас особенно на этом не богатеет, а богатеет тот, кто их придумал, запатентовал, защитил юридически, создал вокруг них миф. С этим у нас беда. Интеллектуальный рынок, рынок идей и их внедрения мы совсем упустили... Тут разрыв еще больший, чем с товарами на внутреннем рынке. Бесполезно придумать, например, ірад в Перми или даже в Москве. Какой бы он ни был прекрасный, удобный и высокотехнологичный, мы не сможем его продать. Если мы его придумали, мы должны связаться теми, кто купит раз

работку (вряд ли за большие деньги) и произведет под своим брендом. Ну а зачем встраиваться в сложные взаимосвязи, выстраивать борьбу за место на рынке идей, если все можно купить на доходы продажи сырья?

По вашим словам получается, что сказочный период благоденствия не

выглядит таким уж сказочным и прекрасным. Такое ощущение, что на выходе проблем стало не меньше, а даже больше, чем до начала этой сказки. Но, может, так и надо, может, так и нормальновот и кризис пережили. вроде?

- На самом деле еще нет никакого кризиса. Пока цена нефти высокая - кризиса настоящего нет. Но когда нефть «упадет», вот тогда и будет настоящий кризис. И все эти упущенные копеечки по нам очень больно ударят. Нас ждут очень серьезные испытания.

- А какой уровень падения цен на нефть, по ва

шему мнению, будет для нас критическим? Вот я в свое время брал интервью у (нынешнего главы Росатома Сергея] Кириенко, и он говорил, что в 1998 году, когда он был премьером, цена в 10-12 долларов за баррель была бы для него счастьем... недостижимым счастьем.

А теперь вот говорят, что 30 или даже 40 долларов за баррель будут для нас катастрофой.

- Да, я знаю эту историю... поэтому и называть конкретные цифры не имеет смысла. Я думаю, что цена на нефть будет такой, что мы все это прочувствуем.... Она будет такой, чтобы стать для нас испытанием. И все поймем пришло время испытаний. И очень важно этому готовиться не как к трагедии, а именно как испытанию. Думаю, что как раз сейчас пришло время для осознания конкретных действий. Сейчас пришло время понять все риски и действовать.

- Может, дело в структурных перекосах, которые нельзя исправить без разрушительных, катастрофических последствий?

- Придет еще время, когда все будут искать и даже наверняка найдут виновного во всех наших будущих бедах. И это будет несправедливо и неправильно. Тут нет никаких конкретных виновных. Нет никаких таких решений, которые

бы все испортили или, наоборот, спасли. Общество такой механизм, который на самом деле очень мало зависит от чьей-то, пусть и властной, Води. Нельзя скомандовать «шаГом- и начинаем диверсификацию, или «шагом марш!» - и все идем в инновации. Это так не работает.

К тому же я не думаю, что произошло что-то необратимое. Повторюсь, я не жду катастрофы, я жду испытаний, а испытания - это нормально, это естественная составляющая развития. И двухтысячные сыграли свою роль в этом развитии. Мы сейчас уже стали забывать, но в начале двухтысячных Мы жили совсем в другой стране. Чиновники набивали себе карманы самыми дикими способами и в самых невероятных размерах. И это все считалось нормой. Я еще помню време

на, когда чиновник достаточно крупного уровня мог за столиком в ресторане обсуждать с коллегами, сколько он заработал на торговле своими властными ресурсами. Люди буквально хвастались: этот поднял соточку, этот стырил такое-то предприятие. Ну и так далее...

А разве сейчас этого нет?

- Нет, сейчас все-таки совсем другая ситуация. Опыт жизни в новой экономической реальности создал новый менталитет. Чиновники 1990-х не работали в этой реальности, они не работали с костами, с издержками. Просто не понимали, что это такое. Для них существовали только доходы. Они могли только брать, заниматься непосредственной продажей своих властных ресурсов. Сегодня же у всех, особенно у

тех, кто пришел во власть из бизнеса, в голове ясное представление о том, что бывают не только доходы, но и расходы. Это принципиально другая позиция, принципиально другое сознание.

- Я очень хорошо помню, как в начале двухтысячных поперли вверх. российские производители. Та же пивоваренная промышленность, пищевые, потребительские компании... И при этом года через два-три, к 2005-2006-му, они почти все были проданы либо западным владельцам, либо крупным российским игрокам. Почему многие успешные предприниматели решили не развивать бизнес дальше, а продаться и выйти из игры?

- Так устроен бизнес. Есть виды бизнеса, которые на определенном этапе могут развиваться только как часть крупной сети, крупного бизнеса. Кто-то создает свою точку, потом начинает развиваться - делает магазин, потом несколько магазинов, потом кто-то собирает это в сеть, потом кто-то объединяет их под торговую марку... Так же и с пивными компаниями. Это все естественный процесс развития. Человек сделал свое предприятие, продал его, получил деньги, но ведь дальшето он что-то ними должен делать... вот тут мы приходим к к главной на самом деле проблеме двухтысячных, главной беде - к фондовым рынкам. Их разрушительное влияние сказалось не только на нашей, но на всей мировой экономике.

»

- То есть получается, наша беда - «сырьевое проклятие» наложилась. на мировую беду, проклятие «фондовых рынков»?

Скорее, наоборот. Главное зло тут все-таки фондовые рынки. Фондовый 1 рынок двухтысячных был по сути международным МММ. Когда я работал в бизнесе, я не мог понять одной простой вещи: почему, когда ты выстраиваешь управление компанией, борешься за место на рынке, много и тяжело работаешь, то зарабатываешь 15, 20, ну 25 процентов годовых, а когда ты просто вышел на фондовый рынок, то зарабатываешь от 30 процентов и выше...

- Причем даже не на рисковых активах.

- Тут главный вред это представление, что ничего не делать и просто лежать на диване, считая спекулятивную прибыль, выгодней, чем выстраивать бизнес. Ситуация на фондовых рынках сбила нормальную систему мотиваций и доходности. Как это должно работать? Положил деньги в в банк тебе капает три-пять процентов, вышел на фондовый рынок - поскольку тут тут все все же же есть есть риск, и хоть какие-то твои мыслительные действия, то получаешь 8-10 процентов; а все, что выше, требует создания и ведения бизнеса. А когда в двухтысячные все перевернулось ног на голову, то мотивация заниматься бизнесом, вкладывать в него деньги, практически исчезла. Вот я, например, всегда понимал, что это пирамида, но накануне кризиса я едва не сорвался. Если честно, у меня уже были гадкие мыслишки продать все свои активы и вложиться в фондовый рынок.

- Буквально как МММ: когда ты поднимал трубку узнать время и тебе каждый день говорили, сколько ты бы мог заработать, если бы вложился в эту пирамиду. Даже тем, кто все понимал, было очень трудно удержаться..

И многие в итоге не удержались.

Тут то же самое, только вместо Лени Голубкова - биржевые аналитики. Я, к счастью, все-таки удержался, и на момент начала кризиса у меня не было на фондовом рынке ни одного рубля. Ни одного! Но я был буквально на грани. Еще немного... Ну, может быть, не на фондовый рынок, но в какие-то пассивные инвестиции я бы ушел. А ведь я держался буквально до последнего - вокруг все повально уходили из бизнеса на фондовый рынок.

Мы вот говорим, что у нас какие-то структурные пере

косы, что у нас с мотивами в России что-то не так... Не в России - главный сбой мотивации произошел все-таки в мировой экономике. Господь Бог дал возможность пошиковать всем... И И остан остановил все это. Сначала остановил их, потому что фондовые рынки главное зло. Но на очереди мы и наша сырьевая экономика это меньшее зло, но все-таки тоже зло.

- Понятно, что это мировые процессы, но все же не везде они так сильно ударили по развитию бизнеса. Все-таки бизнесмены - натуры деятельные, и многим из них не так чтобы очень интересно лежать на диване и считать проценты. Может, у нас дело бы ло не только в неадекватности фондового рынка, но и в том, что занимать

ся бизнесом в России стало слишком тяжело?

- А где легко? Везде тяжело. Просто по-разному. И у нас есть свои минусы и свои плюсы... Плюсы у нас все еще развивающийся рынок и найти себе на нашем рынке пространство для деятельности, если есть стартовый капитал, конечно, куда легче, чем в большинстве других стран. Другое дело, что ты вкладываешь деньги, участвуешь в тендерах, а рядом с тобой парень просто пошел к мэру, получил землю, а потом продал ее с огромной прибылью, не вложив в нее ничего. Тут, конечно, задумаешься, а стоит ли тебе коря

читься. У нас невероятные вещи на самом деле происходят. Я знаю сделки в Перми, когда человек покупает землю за два миллиона долларов, тут же перепродает ее 40 миллионов, а эти уже в свою очередь закладывают ее в банк за 150 миллионов. Ну, и как вы, находясь : этими людьми в одном экономическом пространстве, можете серьезно рассчитывать, что на эти два миллиона будете спокойно зарабатывать свои процентов?

- А что малый бизнес? Тут-то фондовые рынки не могли оказать большого влияния. При этом в двухтысячные происходит сворачивание мелкого бизнеса. А многие говорят буквально о его методичном уничтожении.

- Нет. Не было никакого уничтожения. С малым биз

несом всегда было плохо. Малый бизнес развивается там, где есть непосредственный рынок сбыта. Вот все началось с мелкой торговли шоколадками, там, жвачкой.... можно было сделать киоск, торговать. Но потом, когда потребительский рынок стал цивилизоваться, появились магазины, супермаркеты - места ларькам и шоколадкам kam neocl не осталось. Для мелкого предпринимательства нужны были новые ниши, новые сферы деятельности, но их почти не появилось. В В первую очередь, потому что государство их не освобождало или освобождало очень очень медленно и неохотно. Государство отдало в начале 1990-х свои позиции в сфере товаров народного потребления, но потом почти ничего больше не сдалоало. .

Крупный бизнес тоже не освободил ниши для мелкого производства болтиков и шпунтиков в этом плане они по большей части приятиямиостались ми , советскими советскими которые живут предза глухим забором и выполняют выпо BCIO непрофильную работу сами, почти ничего не передавая на аутсорсинг, даже коровники и столовые. Малый бизнес оказался никому не нужным, ему не отдали новых рынков, ему оказалось просто негде работать. Зато вместо этого государство открыло массу возможностей зарабатывать через себя. И все активные силы были, по сути, вытолкнуты в эти спекулятивно-административные ниши. Вместо того чтобы отдать свои функции, оно дало возможность зарабатывать на административных рынках.

- Кстати, тут самое время спросить о главном бизнесе - об административном. Как он развивался в двухтысячные, что происходило с возможностями заработков (воровства).

чиновников, как менялись их возможности и приоритеты?

- Ну, это целая история. Все началось в конце 1980-х - тут шла торговля правами продажи сырьевых ресурсов: в первую очередь, торговали разре

шениями на экспорт. Потом началась эпоха таможенных платежей, а точнее их отсутствия. Были, как рассказывают, таможенные посты в Москве и Пита Питере, с которых товар по документам просто не выходил, как бы там оставался навсегда. Этот период я испытал на себе в полном объеме. Простая Дилемма: рисковать или разо

риться. Идти на эти схемы было страшно, а растаможивать «в белую» - невозможно. Приходилось пользоваться вполне легальными услугами обществ слепых, глухих и инвалидов.

- А приватизация?

- Я бы не стал преувеличивать роль чиновников ч в приватизации - она, как я предполагаю, была невелика. Богатели те, кто рядом, а чиновники сидели на скромном проценте. Чтобы заработать рубль, чиновнику надо было продать за бесценок на тысячу. Затем, в конце 1990-х, настала пора взаимозачетов. Государство и муниципалитеты размещали свои заказы, но не оплачивали

их. На старте сумма контракта значительно завышалась, а после этого находился налогоплательщик, которому предоставлялся дисконт процентов так тридцать, и проводился взаимозачет обязательств. Чиновники, как мне представляется, меньше 10 процентов за осуществление взаимозачета не брали. Аналогичным обра

зом расплачивались и со всеми государевыми компаниями, в первую очередь, энергетиками железнодорожниками.

В это же е время бизнес бился за а размещение государственных денег в частных банках, платя за это немалые откаты.

Результат - массовый невозврат бюджетных средств из-за крушения банков.

В начале двухтысячных взаимозачеты прекратились, а откаты за размещение государственных и муниципальных заказов по завышенным ценам остались. Особое значение имело строительство как отрасль с большой стоимостью контрактов. Затем наступил этап предоставления земель

ных участков под строительство. Причем еще в 1999 году землю в центре Перми можно было купить за копейки никто ничего не строил, никто ничего не развивал, никто никуда не вкладывал. Но уже в 2002 году цены выросли многократно, и счет пошел на десятки миллионов тут-то и подключились чиновники. В

середине двухтысячных наступил период целенаправленного банкротства государственных и муниципальных предприятий с целью завладения земельными участками в городе и пригороде под потенциальное жилищное строительство.

- А что сейчас? Что сейчас торгуется на административном рынке?

- Сейчас, на мой взгляд, наступила пора силовых структур. Теперь они начали молотить бабки: заводить уголовные дела, прекращать уголовные дела. Бизнес же простой бизнес - знает, к какому адвокату идти, чтобы заплатить ему

известную цену у нас это три миллиона рублей - чтобы уголовное дело по налогам было прекращено. И нет никакого криминала. Все чисто: вы обратились к адвокату, он оказал вам услугу и получил деньги. Вам даже следователь, который ведет ваше уголовное дело, может порекомендовать такого адвоката.

- Все бизнесмены, с которыми я говорил в последнее время, жалуются на созданную именно в двухтысячные налоговую систему. Говорят, что налоговая система практически губит любое дело с нормальной долей прибыли.

• Врут! Пусть они вспомнят 1990-е, пусть вспомнят нестабильность законодательства, беспредел налоговых органов. Это был вполне драматический переходный период. Сначала все было можно, можно, можно - а потом оказалось, что налоги надо было платить. В эти ножницы очень многие попали. Санкции были очень жесткие.

»

Самое большое преступление государства в этой сфере было как раз тогда. Сначала Конституционный суд принял решениерешение щик выполнил , что налогоплательсвои свои обязательства в тот момент, когда отдал платежку в банк. Бред! И бизнес моментально отреагировал на этот бред он принес платежки по налогам в падающие банки, в банки-одно

дневки. Проходит полтора года, и Конституционный суд не отменяет это свое решение, а Выносит определение, в котором появляется формулировка «недобросовестный налогоплательщик» (это определение Конституционного суда датировано июлем 2001 года ). И от толкования этой формуЛировки стала зависеть судьба бизнеса и личная свобода огромного количества предпринимателей. В результате кучу людей пересадили, куча людей разорилась. Так что в двухтысячные ситуация налогами не ухудшилась, а нормализо

валась. Она нуждается в серьезной корректировке, но это совсем не похоже на налоговый беспредел 1990-х.

- А какая именно корректировка нужна, по вашему мнению?

- И у нас неправильный налог на прибыль, потому что далеко не все можно списать на расходы. Нормальная ситуа

ция, когда под налог на прибыль попадают только те суммы, которые ты изымаешь из оборота, а все, что ты тратишь На развитие бизнеса, можно списывать. Собственно, по бол большому счету, тут системная диспропорция: облагать надо, в первую очередь, потребление, наша налоговая система нацелена на обложение производства.

Есть ли что-то, что вы бы назвали главным грехом двухтысячных?

- Я думаю, что самое страшное, что произошло в двух

тысячные, это разгул безответственного потребления. Самые дорогие машины Москве, самые дорогие рестораНы в Москве. И эта неадекватная роскошь и неадекватное потребление стало стандартом жизни элит. Я когда был бизнесменом и попадал в Москву, то от цен в ресторанах у меня был шок, но когда живешь постоянно в этой среде (я стал

жить в Москве, когда был сенатором), начинаешь мириться со всем этим и невольно принимаешь это как данность. Но общество не может и не должно столько тратить на себя, столько проедать, прогуливать, понимаете? Не может жилье каждодневное потребление столько стоить.

- Вы считаете, этот потребительский разгул был неизбежен в ситуации сырьевого изобилия? Или это какая-то аномалия?

- Я думаю, что элиты не справились со своей задачей.

Верхушка общества интеллектуальная, административная они не смогли задать адекватные нуждам страны и общества стандарты. Вышел сплошной парад тщеславия. И все подсели на этот стиль жизни, как на наркотик. Когда ты привык к избыточному потреблению, то очень трудно от него отказаться. Нормального обратного пути уже нет. Уже и

семья твоя к этому привыкла, и тут чего бы ты там ни думал, но у тебя из горла семья вытащит все, к чему привыкла. И это безответственное потребление экономически и социально - уже не только локальная проблема элит. Непомерно высокие цены на элитные дома, машины, рестораны влияют на всю потребительскую сферу, на потребительские стандарты жизни обывателей. В итоге у нас все живут не по средствам, все дико дорого и всем не хватает на жизнь.

ето личное Л время года и апофигей частной жизни. Обыкновенно оно «короче» остальных сезонов не только для школьников и отдыхающих, но и, осмелюсь сказать, для тех, кто на службе и при исполнении. И они верят в то, что их отпуск выпадет на летнее время, и и заранее им дорожат. А оно проходит прямо на глазах - до обидного быстро. Политика летом тоже е уходит в отпуск или становится отдаленным, плохо различимым за пенным прибоем фоном летних отпусков. Поэтому лето, как правило, не только самое личное и быстрое, но и самое тихое время года. Отдыхает все, кроме флоры и фауны. Та цветет и размножаетсяомножается. . Но порой случаются проколы - и из маленькой личной жизни лето становится небольшим отрезком истории климата и всеобщей истории. Таким, кажется, стало минувшее лето, явно не пожелавшее быть паинькой - комфортной упаковкой человеческого досуга.

Я попытаюс попытаюсь оглянуться на него, еще не остывшее, и отыскать в нем нечто большее, чем приятную паузу в наших напряженных буднях.

Начну, пожалуй, с астрологии. То есть с шутки. Хотя на дне каждой хорошей шутки лежит своя собачья серьезность. Собственно, мы для того и шутим, чтобы не заплакать, глядя на упорно не желающую улыбаться жизнь. Итак, читаем астрологический кий прогнозпрогноз: : «2010 год запомнится многим как как очень очень неспокойный неспокой год, переворачивающий судьбы людей самым кардинальным образом. Ничто не будет вам даваться легко в этом году. За все придется бороться и выкладываться по полной программе. Сильных людей этот год испытаний сделает еще крепче и выносливее.

Слабые же люди рискуют сойти с дистанции». дальше Дальше год делится на три периода, самый сложный -которых из которых в прогнозе приходится на лето. «Остаться в стороне в этом бушующем шторме и сохранить незыблемым свой уклад смогут только очень выдержанные люди. Большинство же будут вовлечены в в круговорот событий с часто непредсказуемым развитием».

Если поверить в то, что перед нами честный прогноз, составленный где-нибудь B самом начале года, то для прогноза это не

плохо. С летом он угашей урожай, а продолЗа рамки спорта дал. Оно запомнится жилось огненным наобычно выходит значенам, прежде всего, пошествием. Раньше пели: ние мирового футбольгодой. Она была настро«Горят-горят пожары ного первенства. Победа ена a militaire, то то есть всю неделюшку». Это в нем испанцев неслегка апокалиптичесо московских пожарах что особенное. Вечные ки. Огонь и вода просто 1812 года. Нынешним неудачники мировых сорвались с цепи. А ввепожарам те явно не ровфиналов, загнанные дением ное вулканические неистовство в это это природизверстали няческий сейчас . У этих интересует размахпросто . Но эпиэпоского ? дафутбольной тья-то , испанцы на задворки и судьбой отвоевали счас кужения. Сначала проРазве что счесть эпипотерянные полвека наснулся и долго бухтел ческим произведенизад территории славы, исландский фьятлайокудль вулкан (да...), Эйя- введении ем през айной указ о плоскогорьякак некогда , кастильские совершив что стало причиной за ситуации в пяти центвторую в своей истории крытия некоторых еврально-российских обреконкисту, начавшуюропейских аэропортов ластях и в республиках ся два года назад, когда И своего рода введениМордовия и Марий Эл. они стали чемпионами ем в лето 2010-го. Он Сейчас все забываетЕвропы. Честь им и хвазаткнулся только 24 мая, ся очень быстро. Что-то ла. Они настоящие исднейно не , прошло кан как в Латинской трех с памятью нашей стало: панцы.

Америке начали извергаться уже два вулкана: Пакайя в Гватемале и Тунгурауа рядом с крупнейшим эквадорским городом Гуаякиль. А в самом конце лета в Индонезии на острове Суматра началось извержение спавшего 400 лет вулкана Синабунг. Из-за вместо прежней, эпиизвержения 12 тысяч чеческой - эпизодичесловек были вынуждекая. Боюсь, что о пожаны ны до покинуть свои дома, рах мы будем помнить расположенные поблитолько благодаря их зости от опасной горы. экономическ экономическому следу: Эти изве извержения стали поднявшимся имся из на просимволическим эскордукты питания ания ценам ценам.

том этого лета.

Или же благодаря треА вслед за тем настувожному ожиданию пил черед жары наследующего лета, котоводненийсообщению . Согласно телекомпароеют некоторые, как к преде предсказыва, обещает нии С, июнь 2010 гобыть не менее жарким.

Да стал самым теплым Теперь о прочем, в за всю историю метеотом числе о политинаблюдений. Для евроке. Что мы можем здесь пейской России савспомнить? В первой мое пекло пришлось на половине июня проиюль и первую полоизошли межэтнические вину августа. Вероятно, столкновения на юге впервые в мировой исКиргизии. По более натории самым горячим дежным - неофициальместом планеты стала ным данным - погибло ее самая холодная часть, свыше тысячи человек. если не считать полюЭто следующее после сов. Демонстративный апрельской революции сбой глобального клиизвержение небольшоматического режима. го киргизского вулкаНачалось все обычной на и, возможно, не посдолгой засухи, погубив леднее.

А вот событие из разряда курьезов: в индонезийской провинции Папуа обнаружено ранее неизвестное племя.

Это вну внушает надежду на то, что какие-то крохи со стола Великих гео географических открытий мы еще можем подобрать если и не на суше, то хотя бы под водой. Так не хочется все знать.

Героем лета для многих лично для меня стал Юрий Шевчук. Сейчас, вероятно, можно просто Юра. Как раз на рубеже весны лета, мая, он имел достопамятную беседу с российским премьером. Ее полную версию можно посмотреть и послушать в Интернете. Уже одно это оправдывает названную мобильную институцию. Шевчук не сказал ничего нового, но то, как он это не сказал, вызывает симпатию. Мы

ведь не в Америке, где президент приносит извинения гражданину, пригласив его посидеть вместе за столом Белом доме. В конце лета Шевчук вновь произвел маленькое извержение гражданской энергии, выступив на митингеконцерте в защиту Химкинского леса.

Протесты против прохождения автотрассы через этот лес стали самой заметной гражданской акцией минувшего лета. В итоге президент приостановил строительные работы в лесу. Урок: наша власть отвечает только на органи

зованный гражданский протест. Иногда положительно, иногда силой. Силой - когда чувствует, что за протестом нет массового недовольства. Если оно имеется. она начинает осторожничать: чувство опасности у нее обострено, как у любой власти и у любого хит хищника. В противном случае она не склонна замечать наши проблемыло и И потихоньку давно пора . Это о зазубритьвыходить прави.

из пластилинового состояниястоян . С пластилиновым народом можно не церемониться: власть его мнет и придает ему удобную для нее форму.

Пока же мы не в шоколаде, а в пластилине.

Самым горячим (не в природно-климатическом смысле слова) регионом планеты остаются исламские страны Среднего Востока и наш Кав

каз. Это область, где, не переставая, идет война. Теракт в уезде Аргандаб. Двойной теракт в Багдаде. Теракты в пакистанском городке Якка-Ганд. Беспорядки в Карачи. Крупнейшее в истории Пакистана наводнение. Теракт на Баксанской гэс.

Сильнейшие наводнения и аномальная жара не обошли этим летом и Европу. У многих на этой почве сдавали нер нерВы. Не исключено, что и у 52-летнего таксиста из британского графства Камбрия, который 2 июня устроил стрельбу по людям, убив 12 и ранив 25 человек.

Прежде мы только догадывались, каким морем страдания мы окружены. Сейчас, благодаря СМИ, телевидению, Интернету и мобильным камерам, мы не только слышим об этом, но и видим это. Отсюда ощущение, что все происходит рядом и нас почти обдает взрывной волной очередного теракта. «Кругом войным-война» (Андрей Санников).

Огонь, вода и далее по вкусу таков нынешний летний коктейль. Мы его, скорее, проглотили залпом, чем вытянули соломинкой. Так легче.

В Москве так и говорят : « поедем в экспедицию в Екатеринбург » , даже если речь идет исключительно о прогулках по центру города . Потому что если поездка в Анта- лию - это путешествие в чужую страну , то поездка в Екатеринбург в чужой мир .

родился в Ленинграде и вырос в Петербурге. Когда Ленинград стал Петербургом, выяснилось, что это культурная столица России. Но в культурной столице очень скверная экология и никто не пускает в театр ставить спектакли, поэтому в один прекрасный момент я отправился жить и работать в Киров.

Елена Ковальская, редактор московской «Афиши», когда мы обсуждали совместный летний проект в Вятке, подметила, что если человек отправляется Турцию, то это называется если на «турпоездкатаУрал «экспе. диция». В Москве так и говорят: «поедем в экспедицию в Екатеринбург», - даже если речь идет исключительно о прогулках по центру города. Потому что если поездка в Анталию это путешествие чужую страну, то поездка в Екатеринбург - в чужой мир.

Как это ни удивительно, обратно в Петербург меня не тянет. Скорее наоборот: интересно

открывать новые пространства на восточном направлении. Ровно год назад я впервые оказался в Перми и обзавелся там прекрасными друзьями. Теперь вот пишу свои обрывки, сидя гдето на на полпути из города, утомленного титулом культурной столицы, в город, на культурную столицу отчаянно претендующий.

Киров ни на что не претендует, он всем своим существованием бытийно утверждает великий феномен российскую провинцию. Жить в Кирове значит, жить в экстремальных условиях российской провинции. Я решил сам для себя написать учебник выживания в этих условиях. Возможно, мои навыки окажутся полезными и для кого-то еще.

Для начала надо определить, в чем экстремальность данных условий. В разбитых дорогах, разрушенной системе социального обеспечения, тотальной бедности населения? Нет, в самом феномене специфического статуса провинции. Провинция - это не периферия, это нечто онтологически иное. Давайте обра

тимся истории вопроса. Своим появлением Феномен провинции обязан Римской Империи. Поглощая чужие земли, государства, целые культуры, Империя лишала их центра - политического, экономического, культурного. Точнее, она навязывала им понятие о центре, которого во многих языческих сообществах просто не существовало. То есть жили себе эти

образования тысячи лет без центра, а потом пришли римляне и сказали: теперь у вас есть центр, и он- там!

Итак, , теперь центр этих SIVIA культур, не важно, наличествовал пали он или нет до прихода Империи, перемещался в да лекий и чуждый Рим. Михаил Эпштейн, размышляя о провинции, пишет, что провинция

находится как бы не в себе, она чужая не кому-то или чему-то, а себе самой, поскольку ее собственный центр изъят из нее и перенесен в какое-то другое пространство или время. Таким образом, мы можем констатировать, что провинция - это глубоко увечный, требующий перманентной внутренней компенсации организм. С удивлением приходится слышать

реплики о привилегированности русского провинциализма, якобы позволяющего сберечь (читай - законсервировать) особые духовные богатства. Да, жемчужины русского интеллектуального наследия возникли именно здесь, в провинции, но всетаки - благодаря или вопреки парадигме неизбывной провинциальности?

Итак, мы говорим о провинции не как о пространственной аккредитации (черты явно провинциального мышления мы на каждом шагу встречаем в нареченных двух столицах - Москве и Петербурге), а как как об об особой внутренней установке на невозможность осознать себя целостным. Целостность разрушает невозможность соотнестись с собственным центром (где же он, центр?..) И, как следствие, - с собственными границами. «Да отсюда, хоть три года скачи, ни до какого государства не доедешь», - констатирует гоголевский го родничий. Отсутствие центра вызывает и другие смысловые сдвиги.

Этим объясняется особая ситуация бытования в русском космосе бескрайних просторов и в то же время душной толчеи, на что обращают внимание многие русские писатели и философы (кульминация этого противоречивого единства в прозе Андрея Платонова). Вернее, дело не в в отсутствии центра, а присутствии где-то «не здесь». Многие молодые кировчане думают, что «не здесь» - это в Москве. Иллюзия! «Где ж ж лучше? - Где нас нет». Провинциальная бытийная установка порождает свои уникальные мифы - скажем, Миф о «предельной реализации». Практичесрактиче ки каждого россиянина (муж и уж точно точно каждого кировчанина) уверили: чтобы ему состояться как профессионалу и как человеку, необходиМы особые социальные условия.

Отсюда рождается Миф номер один «оставаясь в провинции, состояться на сто процентов нельзя». Вряд ли среднестатистический кировчанин, покидающий дающий малую родину в поисках лучшей доли, четко представляет, что ему необходимо необходим для самореализации. Он знает лишь одно «В Кирове ничего нет». А с этим трудно спорить. Если речь идет об особых условиях полноты бытия, то их тут нет. Обратная сторона этого же Мифа - представление о том, что любое люб культурное явление состоялось лишь тогда, когда оно было признано и апробировано в Москве.

Миф номер два - «состояться на сто процентов можно лишь в Москве (Петербурге)».

Москве делегированы функции некой инициационной цитадели, высшей инстанции, которая посвящает профессионалов в мастеров высшей квалификациилификан . Особенно остро это ощущается в исполнительском искусстве: если ты не выступаешь в Москве, значит, с тобою чтото не так.

Что же остается нам, культуртрегерам провинции? Анамнез провинциальности вряд ли поможет избавиться от ее симптомов. Вывод один: надо быть не-провинциалом в не-провинции. Если провинциальность есть категория внепространственная, то это вполне возможно.

Как там Зинаида? Да ничего. Как там Михалыч? Михалыч умер. Да, а что, как, от чего? Рак. А. Да. Ну, давай.

ывает, человек живет себе, живет и вдруг загрустит, затоскует, заскучает. Человеку скучно, он не знает, чем себя занять, и мается, мается. Может быть, человек потерял работу или у него работы вовсе не было, и вот ему нечего делать. Или, может быть, характер работы человека бота оставляет таковбольшие , что pa равременные промежутки для скуки и маеты. Когда человек ходит каждый день на работу, у него обычно не остается времени для маеты, тоски и грусти, а у этого человека времени для тоски, скуки и маеты асты имеет имеется с избытком, может быть он он вообще на пенсии или, наоборот, еще не достиг возраста, когда надо ходить каждый день на работу, или он, допустим, инвалид, или, может быть, у него имеются какие-то постоянные источники средств к существованию, может быть, он сдает квартиру или живет на проценты от огромного банковского вклада, или его обеспечивают богатые родственники, трудно сказать.

В общем, человеку грустно, скучно, и он мается.

В этой ситуации мож но много чего сделать.

Можно, например, пой

ти в кино или на футбол, или на соревнования по какому-нибудь другому виду спорта, встретиться с друзьями, совершить длительную пешую прогулку, почитать интересную книгу, поиграть в компьютерную игру, употребить психоактивные вещества, предаться какому-нибудь дурацкому хобби типа выпиливания, выжи

гания или вырезания, посмотреть телевизор. В общем, есть масса вариантов поведения в ситуации скуки и маеты. В данном случае человек выбирает четвертый из перечисленных вариантов «встретиться с друзьями», вернее, не во множественном, а в единственном числе «встретиться другом». Или еще можно сказать - «навестить друга». Да, навестить друга. Навестить друга. Навестить друга.

Человек заранее знает, что эта встреча не будет приятным, веселым развлечением, встреча с другом не развлечет его

и не будет особо интересной, человек вообще не ожидает от встречи с другом ничего особенного, вряд ли она развеет скуку и маету, а, может быть, даже и усугубит, но надо ведь чтото делать, надо ведь хоть что-нибудь делать. Надо навестить друга.

Друг человека живет не то что бы очень далеко, но и не близ

ко. До него не дойдешь пешком и не доедешь на метро или на другом городском общественном транспорте. До До друга надо ехать на другом транспорте, общественном, но не городском. Человек встает рано рано утром, выходит из дома, едет на станцию Выхино, покупает билет до станции Голутвин за 170 с чем-то рублей, некоторое время ждет на платформе среди жиденькой толпы утренних пассажиров, подходит электричка Москва Голутвин, человек занимает место у окна, электричка трогается, а человек смотрит в окно.

Человек смотрит на проплывающие миМо объекты скользящим, рассеянным взглядом, но ему всетаки удается довольно многое увидеть.

Человек видит синие поезда метро, стоящие на путях депо «Выхино». Человек видит высокие коричневые дома района Жулебино рядом с платформой Косино.

Человек видит надписи «Толерантность это болезнь» и «Люберцы русский город» на бетонной стене гаражного комплекса на подъезде к Люберцам.

Человек видит сосны у станций Малаховка, Удельная, Быково. Человек видит старые дачи среди сосен у станций Ильинская, Отдых, Кратово.

Человек видит огромную разноцветную бабочку, нарисованную на торце девятиэтажного дома в Раменском. Человек видит разбитую, искореженную, но при этом относительно новую электричку в де

по рядом с платформой 47-й км.

Рано утром, в Выхино, было пасмурно и накрапывал дождь, а сейчас, что называется, распогодилось, человек видит утреннее высокое голубое небо, сосны, просторные поля около платформы Совхоз, и ему становится не то что бы хорошо, но как-то немного полегче.

Вд В другом конце вагоНа расположилась группа молодых людей в железнодорожной униформе - синие пиджаки, белые рубашки, синие галстуки, фуражки. Молодые люди в железнодорожной униформе шумят, гогочут, смеютсярожных . Один ных молодых молодых из железнодолюдей то и дело издает протяжный утробный вой вагоне одно одновременно появляются две торговые женщины. Одна торговая женщина говорит: предлагаем вашему вниманию вот такие вот крючки для ваших тяжеленных сумок, а также иголки, нитки, красители. Другая торговая жен щина говоритрит: : пирожки. И практически тут же в вагоне появляется юркий торговый мужчина с авторучками, авторучки, выкрикивает юркий торговый мужчина, авторучки, авторучки, пробежал, пробежал, убежал.

»

Человек видит страшноватый полуразрушенный красный кирпичный дом на подъезде к станции Бронницы. Человек видит скопление белых маршруток у станции Бронницы. Станция Бронницы располагается довольно далеко от города Бронницы, километрах в двенадцати, за Москвой-рекой, и эти белые маршрутки доставляют пассажиров от Бронниц до станции Бронницы и обратно.

Человек видит маленькую зеленую будочку с надписью «Переезд 58».

Человек видит скопление странных гаражей у платформы Белоозерский. Маленькие приземистые гаражи стоят не вплотную друг к другу, как как подавляющее большинство гаражей на территории Рос сийской Федерации, а отдельно, хотя и рядом. Перед дверью каждого гаража устроено несколько ступенек вниз, интересно, что там находится, в в этих этих гаражах, каким, интересно, транспортным средствам требуются ступени, чтобы войти гараж или выйти из него.

Человек видит живописные просторы, открывающиеся справа по ходу движения у анции Конобеево.

Проезжая платформу 88-й км, человек видит вдалеке гигантскую плосковерхую гору, частично землистого цвета, частично белоснежную.

Человек видит многочисленные дымящие трубы химического производства в в районе станции Воскресенск. Можно предп предположить, что частичная белоснежность огромной плосковерхой горы в районе 88-й км как-то связана с химическим

производством в районе станции Воскресенск.

Человек видит у станции Пески небольшой водоем, полностью заросший какой-то яркозеленой гадостью.

Человек видит маленькую деревянную церковь у платформы Конев бор.

Человек видит вдалеке церкви и домики старой части Коломны.

Человек видит ярко-зеленый трамвай на трамвайном круге у платформы Коломна.

Электричка вместе с находящимся внутри нее человеком прибывает на станцию Голутвин.

Человек покидает электричку, по пешеходному мосту переходит на другую платформу, а потом на третью, она так и называется платформа N9 3, , совсем кофотенькая. У платфорМы № 3 стоит небольшой красивый современный дизель-поезд из трех вагонов, чем-то отдаленно напо скоростной поезд «Сапсан». Этот дизель-поезд ходит по маршруту Голутвин Озеры, по боковой ветке, ответвляющейся от основной магистрали Рязанского направления.

Человек входит в средний вагон дизель-поезда и занимает место у окна.

В вагоне удобные мягкие кресла, над дверяМи световые табло. Комфорт.

Пассажиров немного. Преобладают люди среднего и старшего возраста. На соседнем

сиденье сидит мужичок-грибник в рези новых сапогах и ведром. Кажется, в вагоне присутствуют и другие грибники.

ДизельЛизель -поезд коротко свистит и начинает очень медленное движение вдоль окраины Коломны. Человек смотрит в окно.

Человек видит трамвайные пути, вдоль которых идет поезд.

Человек видит двухэтажные окраинные доМики Коломны.

Слева по ходу движения протекает Ока. Ее не видно за а деревьями и домами, но ее присутствие ощущается.

Остановочный пункт Бачманово. В дизельпоезд погрузилось неожиданно много людей. Преобладают люди среднего и пожилого возраста, преобладают грибники.

Одна пожилая женщина рассказывает другой пожилой женщине: вчера здесь ехала, полвагона рабочих было, с завода, как они орали, как орали, ты, говорит, меня уважаешь, вот так они орали. Ужас, ужас, говорит вторая пожилая женщина первой пожи лой женщине.

Человек видит огромные заводские корпуса. Возможно, оравшие рабочие работают именно на этом заводе или на каком-нибудь другом. В Коломне много заводов.

Остановочный пункт Сычево. Снова добавились люди. Вагон наполнен людьми.

Человек смотрит в окно и практически ничего не видит, кроме леса и иногда мелькающих среди леса следов человеческой деятельности.

Остановочный пункт Лысцовская. Из поезда вышли грибники, человек десять, и углубились в лес.

Человек видит сначала сплошной лес, а потом несколько домиков вокруг остановочного пункта Семеновский. Человек видит большую пустую площад

ку, на которой раньше, судя по всему, располагался завод или склад. На земле видны следы кирпичного фундамента, и повсюду навалены кучки отсыревших деревянных поддонов.

Одна пожилая женщина говорит другой пожилой женщине: вон, смотри, все растащили, до кирпичика, одни поддоны остались. Да, да, говорит вторая пожилая женщина первой пожилой женщине.

Человек видит лес, человек видит лес.

Веселый дядька-кондуктор проверяет билеты. Дядька-кондуктор вопросительно смотрит на человека, человек говорит: Озеры; дядькакондуктор говорит: сорок девять пятьдесят; человек дает дядькекондуктору пятьдесят рублей, дядька-кондуктор дает человеку пятьдесят копеек и кусок бумаги с напечатанными и написанными от руки буквами и цифрами.

Человек видит остановочный пункт 18-й км, лес, домики. Опять выходят грибники.

Человек видит узкоколейку, выходящую из лесной чащи.

Человек видит остановочный пункт Карасево, лес, домики. Человек видит остановочный пункт Кудрявцево, , лес лес, домики. Дизель-поезд покидает большое количество пассажиров. Грибники удаляются в лес, а жители или посетители деревни евни Кудрявцево гурьбой бредут к деревне Кудрявцево.

Человек видит, что вокруг остановочного пункта Даниловская нет вообще ничего, кроме леса.

Человек видит разъезд 30-й км, лес, домики, руины кирпичного здания. Заросший травой железнодорожный путь уходит в лесную чащу. Пассажиров в поезде практически не осталось.

Дизель-поезд разгоняется и довольно долго несется сквозь сплошной лес без остановок. Человеку станс становится почти хорошо.

Человек видит сооружение, связанное электричеством, кажется, это называется «подстанция».

Остановочный пункт 38-й км. Это уже окраина Озер.

На путях валяется какая-то белая порошкообразная гадость.

Дизель-поезд останавливается у зеленого деревянного вокзала. Расстояние в 40 километров ров дизель-поезд преодолел за один час семнадцать минут.

До Озер можно было бы добраться гораздо более простым, человеческим способом - прямым автобусом от Выхино, но человеку

» «

почему-то нравится ездить именно так сначала до Голутвина, а потом на этом медленном лесном дизель-поезде. Человек покидает дизель-поезд и идет по тихой, почти безлюдной улице Фрунзе в сторону центра.

Навстречу человеку идет мужчина разбитым в кровь лицом. Он тянет за собой тележку, на которой лежит большой белый мешок.

Человек проходит мимо здания районной администрации, пересекает Советскую площадь, идет по улице Ленина мимо старых деревянных домиков, брежневских девятиэтажек, торговых центров, автостанции, церкви в стиле классицизма. Человек пересекает улицу Ленина, проходит мимо продовольственного магазина «Станем друзьями», с сворачивает в 8-й Луговой переулок, подходит к серому пятиэтажному дому номер 4, входит в один из подъездов, поднимается на один из этажей, звонит в одну из квартир. Друг человека открывает дверь. Можно было бы описать друга человека, его внешность, осанку, повадки. Например, написать, что у него залысина, или что он румян и бодр, или что он толстый или худой или низенький или двухметровый, и что цвет лица у него землистый и губы тонкие или толстые, и что одет он неопрятно, в треники и в майку, или, наоборот, аккуратен и ухожен, какая разница, есть у него залысина или нет или он вообще лысый и в трениках он или просто в трусах или В майке или пиджаке, это совершенно неважно, у него, в общем, совершенно обычная внешность, как говорится,

без особых примет, и описывать тут нечего.

Можно было бы еще описать обстановку в квартире, написать, насколько она запущенная, грязная и убогая или, наоборот, сияет чистотой, какая в квартире мебель и бытовая техника, какие книги стоят в книжном шкафу, да какая разница, какие книги, обычные книги, такие же, как и у всех, обычная квартира, самая обыкновенная хрущевская однушка, если уж

так интересно, какова эта квартира, можно просто сесть поудобнее, расслабиться, закрыть глаза, сделать несколько глубоких вдохов и произнести про себя несколько раз: «однушка-хрущевка в старой серой пятиэтажке в городе Озеры Московской области по адресу 8-й Луговой переулок, дом 4», и все сразу станет понятно. Образ этой квартиры засияет в мозгу болезненным свеTOM останется в памяти навсегда, на всю жизнь, до самой смерти.

Человек и друг человека сидят в квартиpe друга человека, пьют крепкий алкогольный напиток в общем, разговаривают. Разговор их состоит по большей части из молчания и слов ну, давай, но и другие слова тоже время от времени произносятся.

Человек друг человека обсуждают обстоятельства жизни друг друга. Ну как ты? Да ничего. А ты как? Да ничего. А работой как? Да ничего, вроде.

Человек и друг человека обсуждают обстоятельства жизни общих знакомых. Как там Серега? Да вроде ничего. Как там Николай Степанович? Да вроде нормально. Как там Зинаида? Да ничего. Как там Михалыч? Михалыч умер. Да, а что, как, от чего? Рак. А. Да. Ну, давай.

Ну, давай. Ну, давай. Ну, давай.

Через некоторое время человек засыпает в кресле, а друг человека засыпает на табуретке.

Спать, сидя на табуретке, не очень удобно, и друг человека заваливается на левый бок, падает с табуретки и продолжает спать на полу.

Друг человека трясет человека за плечо, человек просыпается, ночь, человек и друг человека идут в в ночной магазин, покупают слабоалкогольный напиток и крепкий напиток, возвращаются в квартиру Друга человека.

Выпивание, говорение. Разговор, если это можно назвать разговором, теперь идет о футболе.

«Локомотив»-то как с «Лозанной», а. Да. А «Зенит»-то как с «Осером», а. Да. Кураньи-то как, а. Да. А Бухаров-то как, а. Да. Семин-то как, а. Да. А Спалетти-то как, а. Да.

Бердыев! Бердыев! восклицает вдруг, ни с того ни сего, друг человека, поднимая пьяные глаза к потолку. Бердыев - это да. Человек опять засыпает в кресле, а друг

человека, прежде чем упасть с табуретки, успевает добраться до дивана.

Поздним утром человек выходит из одного из подъездов дома номер 4 по 8-му Луговому переулку города Озеры, бредет по 8-му Луговому переулку мимо магазина «Станем друзьями», переходит улицу Ленина и добредает до автостанции. Здание автостанции круглое, современное, серо-синее, красивое. Такие

автостанции построили в первой половине нулевых годов во всех районных центрах Московской области по мудрому распоряжению областного руководства.

Человек покупает билет до Выхино. Обратно он решил поехать более естественным, ,простым путем. Человек испытывает легкое похмелье, хочется домой, и у него нет настроения ехать на дизель-поезде, миМо лесов и крошечных остановочных пунктов ветки Озеры - Голутвин.

Челове Человек занимает место в автобусе у окна согласно купленному билету Моментально, еще до отправления, засыпает, потом ненадолго просыпается, когда автобус проезжает высокую красивую церковь в Бронницах, и снова засыпает, и окончательно просыпается уже на подъезде к Выхино, когда автобус сворачивает с МКАД на Рязанку.

Человек выходит из автобуса, проходит по подземному переходу

под путями метро и железной дороги, садится в другой автобус и возвращается домой.

Человек стоит у окна и смотрит в открытое окно на почти уже совсем темное небо и виднеющиеся вдали дома и огни города Люберцы. Если бы он курил, тос то он бы непременно курил бы сейчас, как это обычно делают курящие люди в задумчивости. Но человек не курит, поэтому он не курит, а просто смотрит в открытое окно. Человек смотрит на небо и на Люберцы И глуповато зато улыбается.

Хотя, казалось бы, чего улыбаться-то. Поперся в такую даль, потратил кучу времени, выпил почти литр водки, и вообще. Вместо того чтобы. Казалось бы.

Человек вспоминает дачи и сосны Малаховки, странные гаражи Белоозерского, просторные поля в Конобеево, дизель-поезд, похожий на «Сапсан» в миниатюре, маленькие остановочные пункты среди лесов глуповато улыбается.

Продолжая глуповато улыбаться, человек закрывает окно, гасит свет в кухне, идет в комнату, ложится постель и засыпает так называемым сном невинного младенца с блаженной глуповатой улыбкой на лице.

прочитал обЯ щественно-политическую книгу. В ее заголовке главным глави было слово «семидесятые» (я тут приблизительно, чтобы не наводить точно на автора: вдруг он обидится, а это не о том, не в книге вообще дело). Просто в 1970-е я функционировал уже вменяемо, почему бы не сверить ощущения. Увывы, , автор оказался 1965 года рождения, так что даже к концу 1970-х ему было всего-то пятнадцать, отчего даже непонятно, зачем он вообще взялся за это время. Ну, может, заказ. Или вся его жизнь так и была определена этими годами, то есть детством и отрочеством. Ему виднее.

Другое дело, что на ощущениях детства и отрочества целую книгу не напишешь: когда не про себя, а про время. Ему пришлось привлекать опыт родителей и старшего брата, отчего в книге возникли линии жизни номенклатуры среднего (или выше среднего уровня) - по отцовской линии еврейских родственников по материнской. Отсюда темы продуктовых пайков, госпансионатов и регулярного

проведения лета в Прибалтике. Что, в целом, имеет не слишком много отношения к описанию семидесятых. Они тут получатся несколько маргинальные.

Но даже и не в этом дело, а в том, как собираются всякие приметы десятилетия. Их там - что ли, потому потому что чт жизнь автора была несколько отдельной довольно мало. Несколько раз появляется хоккейная клюшка с плоским крюком, лыжные прогулки. Все это мило, но это ж не мемуары, а о времени. Мало зацепок, короче.

Явно ощущая, что продукт получаетсядаже привлекая родственников не очень толстым, в ход идут уже и вовсе странные истории. Типа перевода на русский слов над воротами Шереметьевского дома, того самого deus, который консервирует omni с неизбежной далее А. А. Ахматовой и ее отношениям государством, что вроде бы ни какой стороны не относится ни к автору, ни к семидесятым. А далее есть даже телефонный разговор Пастернака со Сталиным по поводу Мандельштама. Ну и все что между этими временами, да и

вообще все подряд. Может, это автор демонстрировал, какие пласты исторической памяти были востребованы им В 1970-е, кто ж знает. Но вряд ли все же.

Наконец, он снова вспоминает про 1970-е, пересказывает содержание некоторых повестей Трифонова и сообщает, что там и есть вся правда про эти годы. Но опять же о каком тут свидетельстве современника может идти речь, когда данный очевидец всту пил в этот исторический период пятилетним? Но здесь не рецензия, я просто поясняю, в чем проблема.

Вот в чем: есть семидесятые или другое десятилетие. А никакой, ты скажемэтих , лет понятной - нафи нет. Перед каркаждым, кто хочет сказать об этом недавнем прошлом, - чисто болото памяти. Он и бредет по нему, находя себе какие-то кочки. А А была бы карта или мостки - ходили бы по ним, свободно предаваясь воспоминаниям и не заботясь о том, на какой следующий факт опереться. Но нет в обществе конкретного образа этого времени, и что тут делать частной памяти? Вообще, какой смысл бороться против фальсификации истории, когда она даже не не регистрируется по ходу дела? Невозможно содержать историю страны, опираясь на отношения в какомнибудь Политбюро.

Реальностью занимаются в частном порядке. В Сети есть всякие такие подборки: «Вы жили в семидесятые, если...» (в 1980-е, в 1990-е). Далее - список фраз, названий, ситуаций, цен, предметов, продуктов. Типа: «До сих пор

Вы вздрагиваете, если кто-то рядом произнесет писклявым голосом: «B эфире - пионерская Зорька!» Или вполне социолог1980циологическое -е. наблюРасцвет токсикомании о толулоле еще никто не знает. Катят бензик, клей резиновый Б и лак НЦ». Но рядом сно снова: «Мама посылала вас в булочную за «калорийными булочками» по 9 коп.» или «Помню вкусные плюшки по 15 и 22 копейки (сейчас таких нет)» что, в общем, не есть описание действительности.

Лучше «Зарница военная игра пионэраф!:)», но и тут не понять суть дела, тем более - точно разместить историю во времени. Опять же «калорийные булочки» можно сказать, но что это означает для читателя? Кто в теме тот вспомнит, но в том и проблема, что все вспоминают, кто во что горазд, всякий раз заново, отчего никакой глубины и панорамы параметров. В итоге- не возникает базы, в которую каждый может грузить свои воспоминания, четко видя временную сетку. И валяется все это на разных сайтах, не сведено и, разумеется, профессионально не прокомментировано. Почему так?

Или другой, тоже сетевой вариант сооб

щества в блогах. Единственное отличие от подборок в том, что тут предпочитают тают картинки. Это вроде отчетливее, поскольку имеются фотографии отографии спичечных с коробков, игрушек, троллейбусов и т. п. Не говоря уже о картинках изделия № 2 Баковской фабрики, которые маячат в Сети со времен изобретения Интернета.

Но фотография или картинка еще хуже, чем обрывок воспоминаний в словах. Картинка и есть картинка. Чаще нельзя понять, к какому

времени она относится. Комментарии ничего не уточняют, они сводятся к «ах, я помню» или «ах, у меня тоже такое было». Время тут совсем утрачивается. Ну Ну вот вот бу будет картинка мясорубки, и и что? Какое десятилетие, мясорубка - это хорошо или плохо? Все эти дела происходят по одному шаблону, отвечающему какому-то минимальному осознанию - а шаблону все равно, с чем это это осознание связано и какова его его глуб глубина. Под видом воспоминаний о какихто годах репродуцируются даже не воспоминания. a эмоция что в голову пришло, то и главное, чтобы сказать ах!». В итоге то же резиновое изделие № 2 становится каким-то вневременным фети

шем, вполне представляя собой сам вариант подобных исторических изысканий. Даже не изысканий, а попыток вспомнить себя. Ликвидировать Откуда ди следует комисчто? сию по фальсификации истории, ,чтобы не мельтешила и не вселяла иллюзий в некрепкие умы - какая история, когда никто ничего не помнит? Сделать обновляемый проект, который производил бы справочники для вспоминающих былое. С четкими и отчетливыми позициями: что прода

валось, как выглядело, что слушали и так далее. Вот бывают же на Западе списки чартов с невесть какого года. Так и тут, семидесятые: базовая корзина потребителя, музыка, кино, книжки, цены, продукты, запахи, транспорт т. п. Чтобы все было затвержено как, у Швейка, там, где ная де приводи приводится судьба, не позволяэталонющая служить в армии: «Отец - алкоголик. . Мать - проститутка. . Сестра (утопилась). ІѴ. Сестра (поезд). Ѵ. Брат (с моста). ѴІ. Дедушка - жену, керосин, поджог. ѴІІ. Бабушка (цыгане, спички) + и т. д.». Так и здесь. Семидесятые: творожный сырок - 14 копеек, проезд на трамвае 3 копейки, соки продают в стеклян

ных конусах, джинсов нет, по телевизору показывают «Спокойной ночи, малыши» и все это смотрят. Перерабатывая и дополняя документы. В итоге воспоминания будут происходить на научной основе. Каждый новый желающий предоставить свою личную память в общественное пользование не будет повторять общие места. Подобные справочники можно отправлять в школы в качестве материалов по родной истории, улучшая по ходу дела взаимопонимание между родителями и детьми.

А потом, в ходе успешной работы в рамках этого проекта, дело дойдет и до фиксации нынешнего дня. Тут-то наконец общество и сойдется с реальностью.

Лес сгорел, клоуны разбежались Лесные пожары утихают идет волна скандалов и отставок должностных лиц.

«Повод проехаться» Художник Анатолий Осмоловский наконец-то открывает карты и рассказывает, зачем катался в молодежный лагерь на озере Селигер. «В то время была жуткая жара в Москве. И поездка была поводом проехаться 300 километров на большой скорости под кондиционером».

Экологически вредные люди В США копы убили экотеррориста Джеймса Ли, который взял заложников в здании телеканала Discovery. После себя он оставил объемный манифест. «Все программы на канале Discovery HealthTLC должны перестать поощрять рождение новых паразитических человеческих младенцев и прекратить героизировать этот процесс».

Русские легавые Российское правительство предлагает переименовать «милицию» в «полицию». Рунет сплоченно вступается за ментов: зря, что ли, Пригов про «милицанера» писал?

Кадыров. Просто Кадыров Глава Чеченской Республики больше не хочет называться «президентом». Он считает, что России должен быть только один президент - нескольких она, вероятно, не выдержит. «Я готов принять любой термин, обозначающий должность главы субъекта, кроме названия «президент». Отныне Кадыров - «глава республики».

Без Кремля в голове Валерий Кубарев, считающий себя потомком династии Рюриковичей, растревожил обществен ность, заявив о своих претензиях на Московский Кремль. «Мы-то живы и свои подвиги не делегировали современной власти. Пусть придумывают свои гербы и строят свои дворцы и не пользуются нашими».

Химки не далИСЬ Не зря активисты строили противотанковых ежей и грудью защищали дерева от вандалов. После обращения, поступившего от «Единой России», президент Дмитрий Медведев приостановил строительство трассы, проходящей через Химкинский лес.

«Я Боно, музыкант» Легендарная группа U2 дает в Москве концерт, причем одну из песен солист Боно исполняет вместе Юрием Шевчуком - умом, честью и совестью российской интеллигенции.

«Путин доездился» Резко падает рейтинг властного тандема. . Ситуацию комментирует политолог Станислав Белковский: «Публичное избиение Анатолия Борисовича Чубайса на лобном месте, которое выполнял бы Владимир Владимирович Путин костюме палача, освежило бы его образ».

Ликвидация Триумфальной Власти Москвы решают проблему несанкционированных оппозиционных митингов радикально - Триумфальная площадь закрыта на время строительства подземной парковки.

Очевидно, что наиболее знающие, вдумчивые, обстоятельные и подкованные эксперты в России — это бабушки. Ежедневно по всей стране в городах и селах, в очередях и на лавочках у подъездов, в местных отделениях Сбербанка и поликлиниках созывают они импровизированные конференции и симпозиумы, посвященные горячей повестке дня. И судят о событиях в стране гораздо жестче и беспристрастнее, чем любая оппозиционная пресса - или, скажем, «Журнал Соль».

На стороне бабушек еще и сама бабушка-история. Только старушки всерьез помнят, что творилось в России последние лет семьдесят, они обладают невероятным по объему и продолжительности Мониторисом СМИ; у них, в конце концов, развитое чувство справедливости, помноженное на кротость.

По просьбе «Журнала Соль» бабушки, распевая частушки собственного сочинения, цитируя Жириновского и признаваясь в любви сериалу «Ефросинья», нарисовали внятный портрет эпохи, в которой мы живем.»

хорошего ничего не видно. Хорошего нам не подают и не дают.

За ценами никто не следит. Ниче никто не наблюдает. Лекарства мы щас должны получать хорошие, а нам дают только самую... Как выразиться, не знаю.

По телевизору там «пухпахях»»: ! Муж смотрит, а я нет.

Вот детскоедетск , мультики это я могу. «Играй гармо-о-онь...» В неделю раз. Ну новости, «Вести», а больше ниче мне не надо. Я и так ночью-то плохо сплю.

Газеты. Когда картинки посмотрю, когда заглавие прочитаю. Мелочь не вижу. 81-й год, че хочете? В феврале будет 81, доживу если. Неохота уже жить-то. Так хоть бы маленько за продуктами следили! Продукты какие ни поешь, живот надуешьгостало. Нигде . шьКак , , ведич ведь а еще тебе Жириновский продуктовниче ниче нет тако-то не говорил, когда по телевизеру показывали, понюхал колбасу и говорит: «Мой нос не обманешь! Там капли мяса нет!» В другой раз выступал он: я, говорит, на анализ унес, так, помоему, получилося там нет колбасы-то.

Я и в Москве не раз бывала. Мне не нравится Москва. Там дома. У нас еще пореже наставлены, а там рядышком дома. Продохнуть нечем. Машин много там господи! Там и людей много. Я вон с мужем приезжала, прошло уже 32 года. Я говорю: «Виктор! А че это Мы вроде в Москве?» «А ты где думала?» А мне кажется,

Мы как у себя, в Перми. Женщина шла-шла, захотела, загнула - пьяну-у-ущая! - падат и сикат. В Москве! Ну-у я приехала в Пермь я хохотала, всем рассказывала. А она за дерево держится, а не держаться так упала а б. Чуть со смеху не умерла. Хуже нашей Новой деревни (тут деревня, как числилась, под горой-то).

Правнучка у нас уже есть, семь лет с половиной, нынче в школу пойдет. Да дети всегда дети. Я двоих своих вырастила: сына, дочь. Ну и дочь родила у меня так мы рОстили внука нашего. Да вроде они у меня росли тоже умными, потом, конечно, стали и курить, и пить, а а внук внуку вот 30 лет нынче. Любовь... Нынче, мне кажется, уже нету. Нынче уже с сами себя не любим, не то чтобы другого. Вот по числам я я скажу. Вот мне 80 лет, я жила, родилась в деревне... Мне кажется, раньше у нас вот и в деревне люди были проще. Друг с другом поговорят, поделятся. И! Мы как закрывалися: двери закрыты, палочку так поставил, чтобы вид как бы был: хоть чужой, хоть свой пришел деревенский, хоть из чужой деревни - ой, дома никого нет.

Никто не заходил! А нынче оставьте-ка. (Страшным голосом) Железная дверь, решетки на окнах. (Торжествующе) А воры все равно ходят!

Раньше я и пела, и частушек много сама составляла. (Поет) А мы с миленочком на мельнице мололи толокно, у миленочка-пожарного штаны уволокло» (хохочет). Я всяких

знаю. (Кокетливо) Хороших и плохих. Со мной если вечером посидеть, погулять дак всего бы наслушались. Я бой-баба была и девка такая же. Если я на вечерку не приду, так придут ко мне домой и говорят: «Степанида Антоновна, вы чего Тамару не отпустили?» «Да я ее когда держу!» «Ты че не пошла?» А я говорю: дак че, не захотела, да и не пошла. А придут - так ведь не оставят, уволокут. А сейчас... Че такие годы-то - неинтересно... (Смеется) А раньше и дни рожде ния IB поселке, и все...

И носить-то вроде было нечего. Но наденешь платьишко- бегаешь, радуешься, ново пошито, все миленько, дышит. Веселье такое! А щас все шелковьё. Но вот хоть шелковьё, хоть не шелковьё все равно веселья нет.

»

сама городская (не без Я гордостиКунгуре).

. Родилась в Мне вот пенсии хва тало 120 рублей. И на книжку складывала, и на курорт могла съездить. А сейчас мне мои десять тысяч... Ну у меня там прибавили три тыщи... И мне не хватат. Я получила седня, че, четыре тыщи за квартиру отдала. Ну ладно еще две тыщи (пауза) на гроб себе положила. Кто-то же меня похоронить должен (нервно смеется).

У меня три внука. Одному 22, второму 17, третьему семь. Точно такие же, как и мы были. Просто они бойкие. Раньше тоже бойкие были, но не такие. Но это не хорошо и не плохо.

Реклама, реклама, какието... Посмотришь и не поймешь - че к чему? Смотреть нечего. Только новости я смотрю. Вторую программу свою. Первую, вторую. С миром все хуже и хуже вот че происходит. С Землей-то становится. Щас пожары-то вот считайте, наводнения - все дорого будет. Наших денег уже не хватит. Я голод перенесла в войну. Сейчас не хочу.

Иностранцы мне все одно. Мне что китайцы, что американцы - какая разница. Лишь бы войны не было, и все. И голода.

В другую страну я бы никуда не поехала.

Я не знаю, кому там мешала Советская власть. Мне не ме шала. У меня отец в этой организации работал.

Да и сейчас то же самое! Друг друга убивают! Так же получается. Кто как хочет, так и живет. Щас детям-то нечем заняться! Посмотришь: где-то секс, там кака-то любовь да че. Раньше у нас как-то и танцы были, какие-то... собирались,

где-то что, но пьянств таких не было, как сейчас эти наркоманы. Раньше если не девка, значит, на нее никто не смотрит! Она уже не нужна! А сейчас смотрят, чтобы была уже пройдоха хорошая. Всех прошла. Скоро школу откроют ремонта, так здесь вообще беБобразие зобразие будет. Кто кого общупает, кто кого раздеваетдевает. Есть девочка одна вот тут, с парнем приходит, так парень ее отталкивает, а она вешается на него, вот прямо на голову вешается. У нас здесь учительница живет Маргарита Иванна, она позорит - так та все равно. Назло! Курит.

Я футбол не люблю, у меня дети смотрят. Мне наплевать это, когда сборная России выигрывает. У меня муж любил хоккей. Смотрели они ночами раньше, сейчас внук смотрит, зять, умер недавно, смотрел. А мне уже в девять часов надо

спать. Все, я устала, у меня ноги болят, хоть на стенки вешайся. Лишь бы пенсия была и лекарства. Или хоть говорили бы, что лекарства нет. А то три часа простоишь а его и нет! В другую аптеку придешь а там то же самое. К врачам придешь,

а они на нас: «Да что вы хотите, вы уже ста-а-аренькие, да вот то-то, то-то». Никакой помощи. Раньше разговаривали по-нормальному, а сейчас если не заплотишь так кто тобой разговаривать будет?

Но в другую страну не поеду, нет, своей хватат. Свое так свое. Привычка, конечно. Кому-то куда-то ехать надо бесперестанно, а я уже в 73 года куда поеду.

Собачке моей полтора. Молоденькая. Мне зять ее взял. У тебя, говорит, ноги больные ты будешь лежать. А с ней ты хоть немножко будешь ползать. Даша зовут. Бегает, играет. Дашенька.

»

Людмила Николаевна, лет

то-то я забыла девяностые. Мне тогда 65 было. А сейчас 87-й. Я моему, в охранев саду работала . Только поми, поню, что Ельцин встал на место Горбачева, на место Ельцина Путин, а от него мне все письма приходили. Все начальство городское мне письма посылало.

Старею и старею. Когда работала на ТЭЦ самое лучшее время было, ни о чем не думала, еще не на пенсии была.

Замужем дважды была, детей рожала, две дочки, сыновей нет. Первый мужчина на военном складе работал. Мы в общежитии жили, там и познакомились. Я еще еще первую папироску зажгла при нем, он по губам как даст - и сжег губы. Я говорю: «Как : целоватьсязаться--то то будем?» (Хихикает) «Ничего, подождемспасибо , говорюстьговорю заживетдо ».

. смертиВот я ему . У него, видимо, жена была, потому не поженились. И уехал в Краснодарский, что ли, край. Доченька у меня осталась.

А вторая уже не любовь была. Поженились мы ним, зарегистрировались, вторую дочку родила, и жили долго. И развелись, лет 13 младшей дочери было.

А потом Федя был. С ним 20 лет почти прожили. Умер от старости. У младшей дочери тоже муж умер, вместе ней теперь живем.

Дочь (с соседнего кресла). Раньше нам что говорили до 18 половой жизнью не заниматься. Вот в 18 замуж и выходи

ли. А если бы жили познали бы друг друга, разбежались. Другого бы нашла. Потому что человека можно узнать, мужчину, по крайней мере, по поведению, когда напьется. А не такое, что жили-жили, вот напился, и все, поросенок пошел гулять.

Раньше есть нечего было колосья собирали на поле в ведерко. Однажды председатель колхоза пришел, напинал, ко

лосья вывалил. Но я там сидела, отдыхала сколько-то, нашелушила, зерна в карманы натолкала.

Как-то к родственнице в Сибирь ездили километров на 70 степь, идешь и домов не видно. Жили в землянке. Я сама землянку строила: пол земляной, только одна стена деревянная, все остальное тоже земляное. Зимой в холодину пни пилили. Прожили года два, наверное, и поехали обратно в деревню за Верещагино. Пиканы ломали, ели. Траву ломали, ели. Голод был. Гречиху раз собрали осенью под снегом, высушили на на печи, натолкли, намололи, , поели и обезножились. Все полегли. Какая-то затхлая была, видимо. Потом ниче, прошло. Ходили братом, просили милостинку. Приходим,

просим. «Вы, - говорит, вчера были уже». «А мы, - говорим, - сегодня есть захотели». Кто картошку давал. Очень бедно жили.

Сейчас все есть. Хозяйка кухни. Были бы денежки.

Еще рыбочку ловить умею маленькую. Два или три года назад только бросила. Ездили на природу, если ничего не поймаю, хоть удочкой посижу, душу отведу. Как-то ездила

к сестре в деревню. Червячочков накопаю вечера, утром удочки беру и иду. Это моя любимая работа дед учил рыбачить. Дети удочки выкинуть хотят, да я ни за что не даю. Может, еще пойду как-нибудь. Я крещеная, ложусь спать про себя молюсь. В церковь сейчас не хожу - ехать надо. Боюсь далеко из дому ходить. Хожу с палочкой сейчас. Шатает меня. Но Бог и сейчас нужен, верят в него. Нынче засуха была, так молебны служили - просили Бога, чтобы дождик дал.

оду в 91-м я на заводе работала. Тогда еще норковых шапок не было, все одевались стандартно что в магазинах было. И пошли разговоры, что шапки снимают. А мы на заводе в четыре смены работали, третья в в полвторого заканчивалась. Криминал сейчас расскажу. Схожу с автобуса ночью полвторого. . И на меня неда недалеко от дома мужчина прыгнул, развернул. Я его не слышала - мороз был, еще сапоги скрипели. Думаю, ну все, только про шапки разговаривали. И моя - брыыыыысь - упала. Но ему не шапка нужна была, ему я нужна была. Молодой мужик. Потом, видимо, услышал, что другая партия автобуса идет. Ушел. Я встала, кричу вслед: «Сволочь, сволочь!» Пришла домой, на шапку посмотрела только тогда меня начало трясти. И после этого начала бояться. А сейчас такого страха нет. То есть я в таком возрасте, что не хожу в это время.

Мне кажется, у каждого свой лучший возраст. По мне - в 20 лет самое хорошее. Я старшую дочь рано родила, в 20. И все. Ума-то не было. Тогда же и замуж вышла. А второй раз вышла в 27 лет. Ни в каком платье не выходила замуж. А во второй раз брала напрокат. Посчитала - зачем это нужно платье. Правда, не мой размер маленько был в грудях побольше. Ну ниче.

У меня раньше такая одежда была, что стыдно в ней ходить на свидание. Родители рабочие, материальное положение понятно какое. Поэтому я после девятого класса из школы ушла, пошла работать и в вечерку поступила. И с первой получки сразу купила себе то,

что давно хотела: ботиночки модные узконосые. Обувь была made in Кунгур. А первый поцелуй у меня случился в лет я поехала на Юг. Мы не уединялись никуда нас пятеро было из Перми. И познакомились с парнями-москвичами. Очень заносчивые попались. Сказали, представьте, что мы не умеем целоваться.

Я не думаю, что раньше и сейчас по-разному любили, просто разные ценности бы ли. Хотя однополая любовь, конечно, неестественно. Но не осуждаю. . Мне не хочется, чтобы мои близкие... но как уж выйдет. Если вдруг так случится, я не скажу «пошла вон». Просто так, видимо, природа распорядилась. Сейчас говорят, что это не зависит от человека.

Но раньше за это в тюрьму сажали. Педерастами называли,

какой-то срок давали. У меня лежит книга Бушкова «Бешеная», там девчонка молодая, милиционер, расследует дело о серийном маньяке. Как раз девяностые годы, у милиционеров даже выражения специальные - называют голубых «жопниками». «Срок за жоп

ничество» так написано, это не мои слова.

Раньше если фильм для взрослых - детям до 16 смотреть не то что не рекомендуется не разрешается. А ведь когда так пишут, еще больше хочется посмотреть. Но мне не нравится, когда по телевизору показывают сцены... не е эротические, а грубее (понижает голос). Внучка может увидеть, а мне зачем это. Я порно смотрела, что, не живой человек, что ли. У дочери старшей взяла кассету, она у меня продвинутая во всех отношениях. И то нашла, она младшей давала посмотреть. Мне ничего человеческое не чуждо. Раз посмотреть можно, потом постоянно повторяется, ничего хорошего нет. Было бы мне лет 20, я, может, что-то брала для себя на будущее. Это вам как стимулятор, а мне-то уже что.

идер первой рокопопсовой Л группы видный «герой Мумий нулевых ТролльИлья », ■ Лагутенко думает все больше не о времени, а о пространстве. Последовательно пишет одну за другой «Книги странствий» - о Востоке, Западе, Севере и Юге. Причем, называя бавляет я сторону личное светасветаместоимение Местоимени , , со обязательно при«Мой Восток». Себя Лагутенко числит гражданином мира, что не мешает ему нежно любить Транссиб, Тихий океан, да и вообще - Россию, хоть времена почище в ней так и не наступили.

- Россия большая, ее жители мысленно делят страну на зоны. Какие локальные центры зафиксированы, по-вашему. в массовом сознании?

- Питер, Москва, Урал, Сибирь, Дальний Восток, Камчатка, ЮгА (с ударением на «а»). Вот так мне представляется...

- Вы и сами занимались 30нированием (придумывали структуру четырех «Книг странствий»). Сформулируйте родовые особенности юга, севера, запада и востока России.

- Юг неоправданно дорог и лишен шарма, Север- суров и мужественен, Восток - суров и далек, Запад все, что налево от Байкала.

- А какие у вас ощущения по поводу Транссиба? Любите его?

Он хороший такой (улыбается).

- О России часто говорят, что ее история - это история ландшафта, географии, климата, на

конец, но не реальных людей. событий, свершений. Так и есть? В ландшафт можно правильно вписаться. Но у нас редко получается... Вернее, почти никогда. История она как факт всегда интерполируема. Я же по образованию историк, да еще и Китая. Так что я давно расслабился. Как партия скажет вот и «правда», вот и «история». А для нас, для каждого человека, она потом «своя».

- Когда вы жили во Владивостоке, какой страна вам была видна оттуда? Где вы себя ощущали - в центре, на краю?

- У моря. Большая Россия. Очень долго ехать. Везде. И сейчас такая же. Большая. Хочется всегда куда подальше. От центра. Где бы он ни был. Не центровой я, видимо, по натуре.

- Чем отличается стереотипное восприятие Владивостока (море, флот, граница, китайцы с японцами на подступе) от реального города?

«Владивосток 2000» - песня такая есть. В принципе все сходится. До сих пор. А «Круизер» - это так называли в наших кругах Toyota Land Cruiser до сих пор любимый транспорт дальневосточника. После «УАЗ Патриот», конечно (улыбается).

»

Окуджавщина

Солдат возвращается с войны В притихшие города, Спрашивает: «Я победил в войне?» Одни говорят, что да, Другие, что не...

Солдат возвращается войны По весне.

Как всегда Спрашивает у жены: «Ты изменяла мне?» Она говорит, что не...

Соседи, что да.

Солдат возвращается с войны, Смотрит туда-сюда И спрашивает, словно во сне: «Осталось что-нибудь от страны?» Одни говорят, что да, Другие, что не...

А самые умные говорят: «Ты опоздал, командир, Это тебе не сто лет назад И даже не пятьдесят.

Сейчас вопросы так не стоят, Кто в войне победил.

Давным-давно написал граф Толстой Прославленный свой роман, Сейчас граница между войной И миром - это обман.

И зря бросал он в романе другом Изменщицу под паровоз: Сейчас граница промеж мужиком И бабой - большой вопрос.

Настали новые времена, И хуй разберешься, блядь, Где своя страна, где чужая страна, Да и незачем разбирать.

Ты можешь сказать, что я пидарас, Ты можешь сказать, что я жид, Но другого мира господь не создаст, Придется здесь тебе жить».

Я случай один вам сейчас опишу Простыми словами солдата, Чтоб на уши вам не навешал лапшу Какой-нибудь фальсификатор.

Я помню, все было как будто вчера, Мы шли по лесному раздолью, И все города, городки, хутора Встречали нас хлебом и солью.

Привольный, озерный и ягодный край, Родная сестрица Суоми, Скорее в объятия нас принимай, Так пели бойцы в батальоне.

За стол мы сажали их пленных солдат, Делились пайковой свининой.

Ведь финн - это наш же трудящийся брат, Страдающий под белофинном.

Доставил однажды я к нам языка, Затратив большие усилья.

Но радость была в блиндаже велика, Он был с заграничной бутылью.

Был быстро по кружкам напиток разлит, Консервы открыты штыками.

Лишь финн не по-русски истошно кричит И машет своими руками.

Чего он кричал, мы понять не могли, Подумали - водки жалеет.

Такой уж народ, все они куркули, Как наши хохлы евреи.

Насилу скрутили собаку. Здоров! Держали и слева, и справа.

Из слов разобрали лишь: «Нет! Молотофф!» Премьер ему наш не по нраву!

Мы выпили залпом чужое вино, Внутри что-то вспыхнуло жутко.

И сразу мучительно стало темно В глазах, голове и желудке.

Баллада о коктейле Молотова

Из текстов, написанных по заказу «Театра. doc» K 70-летию Финской войны

Сначала решили, что вражий снаряд Разрушил блиндаж наш укромный. Потом догадались, что это был яд, И гнев ощутили огромный.

Какой же, однако, подлец белофинн! Хотел отравить нас, ребята, В бутылке его оказался бензин. Была это, в общем, граната.

Но красноармеец он не таракан, Его так легко не отравишь. Не та это доза бензина стакан, Ты здесь просчитался, товарищ!

Врага отвели мы к высокой сосне, Где выслушал свой приговор он. Оттает когда-нибудь труп по весне, Чтоб сделаться пищей воронам.

Потом заливали вскипевшую злость Российскою водкой под сало.

И как-то со временем все улеглось, Хотя сохранился осадок.

От Москвы может ли что добро быти нам? Не оттуду ли нам тяжести быша, и дани тяжкия и насилства, и тивуни, и довотщици, и приставници? Житие Стефана Пермского ыльный тракт. Вдали дрянной провинциальный город вроде Перми: гнилые развалюхи, коровы, козы, ряд гигантских вентиляторов.

П По На тракту обочине бесконечной сидят дед чередой Иван Колпаковидут понурые , и внучек оборванные Колпаков москвичиВанятка.

. Дед кутается в телогрейку и задумчиво перебирает струны балалайки. Внучек размазывает по чумазой рожице сопли.

Внук (ковыряя в носу): - Деда, а кто они москвичи? Куда они? Что за люди такие? Что такое была она Москва?

Дед (ударяя по струнам): Многие нас угнетали, внук, татарва, мордва, Били кнутами, хавали, будто снедь.

Но того, что творила с Русью Москва, Не узреть Батыю и в страшном сне.

Москва - как гниющий струп, Как гнойный нарыв.

Как будто уселся труп На того, кто жив.

Деньги в Москву- вагонами, Баб в Москву караванами. Билась страна в агонии С вывернутыми карманами.

Обобранная, опозоренная Алчными москвичами, Плакала - беспризорною Девочкой на причале.

Не выходя из кофеен Через трубочки через коктейльные Вынюхали, как фен, Фермы наши, котельные, Заводы заглатывали, не давясь, Запивали нефтью.

После себя оставляли грязь Пополам со смертью.

Внук (ковыряя в носу): - Дак вон оно чо. Ну а ты?

Дед (ударяя по струнам): Был и я в Москве. Принимали грубо. Принимали, то есть, за какого-то тролля. Фейс-контроль меня мутузил у клуба, В котором вовсе нет фейс-контроля.

Били менты потом, били весело, песнями, Да так старательно, что едва не отлетела душа. В общем, пришлось отдать половину пенсии Просто за право московским воздухом подышать.

А я-то мечтал, дурак, Справить от «Эрмеса» портянки с бахромой. Денег хватило только на «Доширак» И билет домой.

Внук (ковыряя в носу): - Эвона чо. А потом?

Дед (ударяя по струнам): Решили мы эту нежить выжить, А то иначе самим не выжить, Решили, хватит их греть да нежить, Дурак - да знаешь, зовут Ефимом, Сказал: иначе не выжить нежить, Как только дымом.

Внук (ковыряя в носу): - Ну дак чо?

Дед (ударяя по струнам): Собрали последнее, кровное, Кто скажет теперь по глупости? Колокола церковные Переливали на лопасти.

Держали посты недельные, Сняли себя исподнее, Кресты заложили нательные...

И вот оно чудо подлинное.

Вот оно, наше деяние: Пугая коров с телятами, Ангелами воздаяния Встали в полях вентиляторы.

Взмахнули крылами коваными, Погнали благую весть: Кровью, потом, целковыми Мы приблизили месть.

Внук (ковыряя в носу): - Вота чо. А после?

Дед (ударяя по струнам): А после сами ты понял, сами Зажгли леса, хутора, станицы.

Да черт бы с ними, вообще, лесами, Гори, Россия, вдыхай, столица!

Погибли люди, конечно, куры, Конечно, жертвы, а как иначе? Но не ушла и Москва от кары: И днем их небо чернее ночи.

Застряли в пепле теперь их «Бентли», Забиты пеплом их рестораны, Их кегельбаны, их автобаны, Кто тонет пепле, гляди, не мент ли, Не пидарас ли с телеэкрана?

Стилист, певица?

Смирись, столица, Нам этот пепел бальзам на раны...

От толпы идущих отделяется Москвич.

Москвич (робко): У нас вот тоже лес, например, был в городе Химки, Так мы относились нему любовно: На каждое деревце надели стринги, Колыбельные кустикам пели Шевчук и Боно.

Как же это можно жечь деревца?

Они ведь такие нежные, как у вокзала Курского провинциальные, пардон, дурехи.

Кстати, добрый пейзанин, у вас не найдется для странника хлебца, яйца, Молока, же не манж па сис жур вообще ни крохи.

Дед (ударяя по Москвичу балалайкой): Не вы ли волками выли, Пялясь в Россию с воли: «Боже, как много пыли, Дьявол, да сколько ж моли!» Плевали в наше исконное, Ковыряли исподнее, Лепили гнусные байки.

Не вы ли, не вы ли, подлые, Рубили наши иконы, Жгли балалайки?

Не город - горе, где вор на воре, И все расслаблены в вечной неге, И все воспитаны в странной вере: «Москва раздвигает любые ноги, Москва открывает любые двери!» Так что же ныне стоите, наги, Скулите, звери?

Москвич падает в пыль. Струны балалайки рвутся. Раздается довольно противный звук.

оть православная церковь и осуждала объемное изображение Бога, X уральские сакральное мастера 3D. Никола в XVIIМожайский-веках , ничтоже Иисус, Саваоф- сумняшеся все как ваяли один себе не с башкирскими, не то с коми-пермяцкими скулами.

Первый собиратель храмовой скульптуры Николай Серебренников съездил в шесть экспедиций по Уралу, обшарил чердаки подвалы сельских церквей и привез в Пермскую художественную галерею солидную партию изваяний. Над беспалыми ангелочками, киотами, распавшимися на отдельные детали, и распятиями, покрытыми толстым слоем голубиного помета, реставраторы трудятся до сих пор.

Целые или контуженные, деревянные фигуры святых, ангелов и Бога - гордость галереи, главная интернациональная визитка. Иностранные туристы, прибыв в Пермь, первым делом идут смотреть «old wooden sculpture of Perm». Чтобы увидеть коллекцию, нужно подняться на самый верх кафедрального собора, в здании которого уже почти сотню лет существует музей. Но не все знают, что, кроме основной экспозиции, есть еще и запасники, где крыло к крылу, крест к кресту стоят ангелы и распятия. Ждут своей очереди на реставрацию нового помещения (в старом весь фонд все равно не помещается). «Журнал Соль» побывал в хранилище и свел со спрятанными от широкой публики деревянными ангелами личное знакомство.

середине - конце сенB тября Ми впервые 2010-го пройдет в ПерФестиваль «Текстура», который одновременно и про театр, и про кино. По правилам «Текстуры» фильмы не не делятся на категории «игровой» и «документальный», «короткометражныйкомет » или «полный метр», а пьесы и киносценарии презентуются в одной и той же форме читок. «Текстура» не бубнит про виды и жанры, и это принципиально: она за размывание границ процесс, в культуре вполне легализованный. Общее свойство у всех пунктов фестивальной афиши только одно - привязка к современности.

Пока не объявили программу, , сложно было понять, что вообще такое фестиваль «Текстура». От т традиционных кинофестивалей он отличается тем, что не опирается на географию и дату выпуска фильмов. С театральными фестивалями его разнит «внебрачная», как выразился киновед Кирилл Разлогов, связь кино. Чем ближе к открытию, тем яснее, что «Текстура» «сын полка», со своим характером и своими целями.

Главнокомандующий фестиваля (а заодно и пермского театра «Сцена-Молот», основной площадки «Текстуры»), продюсер и режиссер Эдуард Бояков уверен, что давно уже пора было столкнуть в честной борьбе театр Кино: На «Текстуре» мы стараемся создать контекст рефлексии, ситуацию творческого разговора, в котором участвуют все, кто делает искусство: дра

матурги, режиссеры, актеры, продюсеры. Мы хотим найти настоящих героев, но таких, которые еще не осмыслены как лидеры. Миссия непростая, однако мы попробуем разобраться в том, кто сегодня наиболее актуальная фигура.

Эксперимент собираются проводить на основе четырех программ: фильмы, спектакли, сценарии и пьесы. В каждой - свой отдельный конкурс.

Между Санденсем и Канном. В кинопрограмме Фестиваля 14 фильмов из России, Украины, США, Южной Кореи, Польши, Великобритании, Бразилии и Франции. Большая часть премьеры 2010 года, несколько сняты в 2009 году, один фильм относится к 2008му. Этот уникальный экземпляр - документальная карти

на француза Кристиана Поведы «Безумная жизнь». Поведа снимал жизнь бедных кварталов Сальвадора, где молодые ребята, мечтая о будущем, хотят стать бандитами, участниками преступных группировок, которым в маленькой республике несть числа. Нырнув на социальное дно, как нырял на дно морское Кусто, Поведа увидел там жизнь непонятную, красивую, пугающую. Как зрите

ли приняли «Безумную жизнь», режиссер не узнал: за месяц до премьеры во Франции он был застрелен в Сальвадоре в собственной машине.

Интересно, что сыграло свою роль при выборе этого фильма для фестиваля: судьба смельчака-автора, решившегося стать посредником в примирении банд с правительством, или по

казанная им жизнь бандитов, для которых пистолет ближе к телу, чем рубашка.

- Критериями отбора были, прежде всего, честность выражения и интерес автора к окружающей его современной действительности. Естественно, к этим критериям прибавлялись еще требования художественного содержания, то есть оценка фильма как сугубо художественного произведе

ния, объясняет куратор кинопрограммы «Текстуры» Мария Гаврилова.

Гаврилова признается, что такую свободу выбора при составлении кинопрограммы могут себе позволить лишь немногие отборщики международных фестивалей. По ее кураторскому решению в конкурсный список попали: »

фильмы, которые демонстрировались в Каннах (южнокорейский фильм «Поэзия», режиссер Ли Чан Дон, обладатель приза за лучший сценарий; украинская моекраинская », режиссер кар картина Сергей Сергей «Счастье Лозница), участник фестиваля в Санденсе («Таквакоры», режиссер Эйад Зара, США). Добрался наконец до России и фильм неуловимого граффитиста Бэнкси «Выход через сувенирную лавку» - житие художников стрит-арта.

- Если посмотреть внимательно, не так много авторов сегодня по-настоящему серьезМировая премьера фильма «Гоп-стоп» Павла Бардина закономерно состоится в Перми, которую репер Сява единолично провозгласил гоп-столицей

но исследуют тему современности и задумываются над тем, что же происходит людьми, с обществом, с ними самими именно в этот самый отрезок времени - сейчас, комментирует Мария Гаврилова.

Право первого «Гопстопа». В фестивальный конкурс включена и новая картина режиссера (и члена совета «Текстуры») Павла Бардина, снявшего нашумевший фильм о неонацистах «Россия 88». Фильм называется «Гоп-стоп». В Перми состоится его мировая премьера и в

этом при желании можно най- которому удается быстрее реати свою логику.

гировать на изменения, расПосле грандиозного интерсуждает Павел Бардин.

нет-успеха репера Сявы паТо, что Бардин считает неродийного персонажа-гопнидоступным для кино (формика - Пермь обрела репутацию рование социального героя), «столицы гоп-культуры». А действительно происходит предпосылкой тому, в свою в театре. Кухню этого процесса очередь, послужило глубокое на на фести фестивале «Текстура» можссыльно-тюремное прошлое но будет увидеть на примере города.

специального проекта «Чело- Сегодня социальный гевек.дос». Проект этот сложрой - это отражение реальноно устроенный механизм. В оссти, которая на самом-то деле нове - пьеса-портрет, которую сопротивляется тому, чтобы ее драматурги пишут даннозапихивали в кино. Кино идет го конкретного человека, скапо следам свершившегося явжем, перфомансиста Алекления - в отличие от театра, сандра Петлюры или рэпера

Смоки Мо. Пьесу они создают, пользуясь техникой verbatim, то есть записывая на диктофон разговоры выбранным человеком. Затем в работу включается режиссер: он ставит читку новоиспеченной пьесы. Обязательное условие эксперимента - играть в готовом спектакле должен сам исповедавшийся. «Чукчи» в театре. Так же, как и фильмы, в фокусе современности выбирались и спектакли для театральной программы. Получилось 10 постановок из разных городов России. Среди них - «Тре

тья смена» в интерпретации режиссера Юрия Муравицкого и труппы Лысьвенского театра драмы (Пермский край), «Хлам» режиссера Марата Гацалова и московского «Центра драматургии и режиссуры», «Запертая дверь» Дмитрия Волкострелова и питерского Молодежного центра театрального и киноискусства МИГ и другие.

Уместно смотрится в программе «Текстуры», например, спектакль «Чукчи» режиссера Филиппа Григорьяна, поставленный в пермском театре «Сцена-Молот». Григорьян

олицетворяет собой поколение художников, которым тесно размышлять в рамках одного вида искусства (как раз в духе «Текстуры»). Он эти рамки раздвигает, наполняет новым содержанием. Его спектакль «Чукчи» - это смесь чеховской драматургии, видеоарта: постМодер модернистского отношения к слову.

Куратор театральной программы «Текстуры» критик Тимур Хакимов объясняет: для того чтобы увидеть современную жизнь, нужно настроить внимание в разнонаправленных ракурсах. И один из таких

ракурсов прочтение гипертекста на основе программ театра и кино.

Одна из «идеальных» пар Фестиваля - фильм «Школа» (Валерии Гай Германики, на «Текстуре» будут показаны 66 и 69 серии - «Журнал Соль») и спектакль «Контрольный диктант» (режиссер Дамир Салимзянов, театр «Парафраз», Глазов - «Журнал Соль»). Там и там речь идет о школе, о проблемах подростков, о способах воспитания, о том, что значит вообще быть современным ребенком, - подчеркивает Тимур Хакимов.

»

ной и Михаилом Угаровым. С современным материалом работают московские театральные проекты «Театр.дос» и «Практика», а с недавних пор еще и пермская «Сцена-Молот». И хотя погоня эта напоминает преследование Ахиллесом черепахи, ее ни в коей мере нельзя считать бесполезной.

При этом координаторов программ, как собственно, и самого Эдуарда Боякова можно упрекнуть во вкусовщине. Что это за отбор, где главным критерием служит «современность»? «Современность» - что это вообще такое? Это злободневное, это актуальное? Бояков об этом думает вот что: - Злободневно то, что более остро ставит социальные вопросы: политические, де

мографические и прочие. Злободневное искусство может быть хорошее и плохое. Актуальное соединяет сегодняшний день вечностью, актуальное априори хорошее искусство. Мы постарались поставить в нашу афишу произведения или уже хорошие, или претендующие на это.

Словом, еще один вопрос для дискуссии. Но, кажется, на это рассчитывает оргкомитет «Текстуры». Главное чтобы не молчали, чтобы говорили и спорили.

Ради этого и нетривиальный подход к формированию жюри. У «Текстуры» есть совет, в который входят разные лояльные к фестивалю люди, по совместительству известные в своих творческих сферах персоны: Александр Любимов, Олег Кулик, Виталий Манский, Роман Волобуев, Андрей Родионов, Екатерина Деготь и другие. Совет многочислен: из одной только Перми Эдуард Бояков пригласил порядка 30 человек. Роскошный жест доверия. Однако это доверие нужно оправдать. Настоящим членом жюри фестиваля ста

нет только тот, кто отсмотрит все фильмы или все спектакли в зависимости от того, в какой «категории» он заявлен.

К чему такая сложная система? Чтобы избежать в оценках кумовства, которым, как успела заметить команда «Текстуры», грешат многие современные фестивали. Кому-кому, а

председателю совета актрисе Ингеборге Дапкунайте, которая то дело появляется в числе членов жюри международных фестивалей, это должно быть известно.

Помимо четырех конкурсных программ, на фестивале «Текстура» запланирована специальная программа «Имя», предусматривающая ретроспективы авторов. На «Текстуре-2010» этими авторами станут нут драматург Иван Вырыпаев (Россия; фрагмент его новой пьесы «Танец Дели» мож но прочитать в этом номере «Журнала Соль» - см. стр. 102) и режиссер Корнель Мундруцо (Венгрия). Оба, по мнению Боякова, - «авторы прорыва», в пьесах, спектаклях и фильмах которых формируются принципы понятия современ

ной и даже немного опережающей наше время реальности. - Ни Платон, ни Гегель не могли дать понимания того, что такое реальность. И если мы сейчас скажем, что Мы в состоянии дать ответ на этот вопрос, это будет выглядеть комично, вклинивается скептик из числа членов со

вета, кинокритик Антон Долин. - Та же Венеция ведет наблюдения в том же направлении. B программу «Горизонты» нынешнего Венецианского кинофестиваля включены 68 фильмов: документальные, анимационные, видеоартвсех их будет оценивать одно жюри. Так что мы на фестивале «Текстура» делаем то же с жутким опозданием пытаемся догнать мировую тенденцию. - Согласен, кивает Бояков. - Но в России ссии мы первые объявили это как принцип отдельного фестиваля.

Победители «Текстуры» получают награды «СегоДНЯ» приз в виде соединенных стеклянных листов формата А4, между которыми проложена ткань. Имеется в виду, наверное, ткань современности.

аленькое торговое суденышко из Японии в 1773 году выбросило к берегу русского острова Атка (который теперь штат Аляска). Моряков препроводили в Охотск, а потом в Иркутск, где они прожили восемь лет. 1802 году Александр искал повод отправить посольство в Японию и нашел.

Несколько недель жертв кораблекрушения принимали В Петербурге как дорогих гостей показали город, отвезли в Царское Село, в театр, в планетарий, в Кунсткамеру, а потом посадили на корабль до Японии. Корабль назывался «Надежда», капитанил там Крузенштерн, и это было первое русское кругосветное путешествие.

Русское посольство, по традиции, успехом не увенчалось: японцы не хотели ни торговать, ни даже просто общаться с соседями. Четверых «дрейфовщиков» мигом доставили в резиденцию главы клана Мияги для допроса. По факту эти четверо еро были не только первыми японцами, совершившими кругосветное путешествие, но и вообще первыми в истории Японии ее гражданами, которые побывали в Европе и вернулись на родину.

Оцуки Гэнтаку и Симура Хироюки, значащиеся на обложке книги как ее авторы, допрашивали моряков сорок дней. Кроме того, к ним был приставлен и художник, который со слов Моряков зарисовывал жилища чукчей, виды Петербурга и жителей Полинезии, причем «дрейфовщики» поправляли художника, если он рисовал неточно.

«Умственно ограниченные дрейфовщики, увидев то, что попадало в их поле зрения, видимо, не могли оценить ничего. Можно только пожалеть, что их внимание привлекало, почему-то, одно лишь несущественное», сетуют допрашивающие, но Бог его знает, что показалось бы существенным им самим. Моряков же взволновало, среди прочего, что в стране Оросийсукой люди пьют коровье молоко; мало того что сами пьют, еще и детям дают (почему у тамошних матерей так мало молока, что они не могут выкормить сами?). Женщины никогда никому не показывают грудь, а жениться на той, которая была проституткой, почему-то нельзя. Если кто-то чихает, то ему желают здоровья. Примерно в тех же выражениях, наверное, рассказывали бы о землянах вернувшиеся на Альфа Центавру инопланетяне.

оть Герберт Уэллс прибыл в Советскую Россию к своему другу Максиму Горькому как частное лицо, от писателяфантаста, суперзвезды и безусловного морального авторитета ждали (и тут, и там) ответа на вопрос: кем он? С Черчил

лем («задушить большевизм в колыбели») или бастующими английскими рабочими («руки прочь от России»)?

Приговор Уэллса, опубликованный сначала в шести номерах The Sunday Express, а потом и отдельной брошюрой «Россия во мгле», был таков: притом,

что Маркс идиот, а большевики не умнее его, в русской катастрофе виноваты не они (на чем настаивал Черчилль), а империалистическая война, хищнический капитализм и бездарный царский режим. Как бы ни было неопытно советское правительство, люди в нем работа

ют честные и увлеченные, никакое другое правительство в России невозможно, пытаться его «задушить» бессмысленно и опасно.

Трамваи обвешаны людьМи - кто не удержался, падает на рельсы, под колеса. Нобелевский лауреат Павлов

проводит эксперименты в заваленном картошкой и брюквой кабинете. «У крестьян сытый вид». Заваленные никому не нужным антиквариатом особняки. Неорганизованность и разгильдяйство. Расстрелы, без которых была бы анархия. Вкусный обед в школе. Паде

ние нравственности среди молодежи. Шаляпин умудряется вести почти такую же жизнь, как прежде. Похожее на веселый митинг заседание ние Петросовета. И, наконец, «кремлевский мечтатель» человек «поразительной творческой силы» - «щурит один глаз»,

допытывается, когда же в Англии вспыхнет революция, и обещает за десять лет полностью электрифицировать страну. Россия, которую увидел Уэллс, это каша из нелепостей и противоречий.

Попав в Петроград 1920 года, в это карнавальное поле, невозможно было не вляпаться в скандалы и курьезы. Ночью в комнату, где спал Уэллс, пробралась Мария Будберг, любовница Горького и это было началом многолетней мучительной l'amour de trois. На торжественном обеде в уэллсову честь в бывшем Елисеевском магазине пожилой писатель Ам

фитеатров устроил истерику, предложив присутствующим снять пиджаки и показать заморскому гостю, какое под ниМи «грязное рванье», а вслед за ним поднялся юный Шкловский: «Вы нам устроили блокаду, мы это не забудем!»

В распоряжении «Журнала Соль» оказалась рукопись, способная произвести сенсацию в русском литературном мире. Это сборник хокку (хайку), написанных президентом России Дмитрием Медведевым. Авторство не вызывает сомнения: на подлинность Документа указывают опрошенные журналом эксперты-филологи. Они также отрицают слухи о том, что хокку могли быть созданы группой «литературных рабов», либо анонимных авторов, решивших повторить успех Козьмы Пруткова: публикуемые ниже стихи выдают поэта с головой. Перед нами - образчик высокого царского стиля поздних нулевых; документ в своем роде совершенный, уникальный; если угодно недописанная поэма о стране и ее народе. Отрадно, что стихи президента Медведева, несмотря на заигрывание с восточными мотивами (а какой начинающий, только нащупывающий свою тему автор хокку не заигрывает с восточными мотивами), припадают к лону русской гуманистической традиции. В этих строках внимание и любовь молодого литератора к маленькому человеку: моряку, солдату, терпящему бедствие украинцу, поедающему гамбургер негру. В этих изысканных хокку - словно в зеркале - отражается жизнь огромного государства и каждого его отдельного гражданина.

Отметим также, что поэту не всегда удается уложиться в классическое трехстишие слоговой структуры 5-7-5, но к чему эти тонкости. Ведь перед нами пусть неумелая, однако настоящая поэзия.

Кстати, японский опыт учит: пока сегун управляет страной, император сочиняет стихи.

.

Когда беда сторонних нет. Был разговор с Сердюковым.

Минобороны разворачивает помощь в тушении пожаров.

2.

Переименование милиции в полицию вещь смысловая.

Это переход от советской системы к современной, честной и дееспособной.

3.

Перед президиумом Госсовета побывали на нескольких предприятиях АПК В Саратовской области, заехали в продуктовый магазин и на рынок.

4.

Рабочие профессии у нас, мягко говоря, не популярны.

Это неправильно.

Такие специалисты очень важная часть экономического процесса.

5.

Должна заработать очень простая логика: образование должно отвечать запросам экономики.

Нужен очень четкий заказ на конкретных специалистов.

6.

Боно рассказал о своих проектах. Это действительно большие дела.

Говорили о борьбе со СПИДом и полиомиелитом.

Эти проблемы касаются всех стран.

7.

По большому счету Во многих деревнях, пострадавших от пожаров, и раньше жизнь была не сахар.

Возродить их нужно уже на новом уровне.

8.

Без инвестиций и новых рабочих мест в Дагестане не будет спокойно.

Без борьбы бандитами не будет инвестиций и развития экономики.

9.

Каждая семья это не только муж и жена, но еще мама и папа, бабушки и дедушки, и главное дети.

10.

Давно не ел гамбургеров.

Завтрак с Бараком Обамой B Ray's Hell Burger.

11.

Наградил сегодня Моряков-тихоокеанцев за мужество борьбе с пиратами.

С этой угрозой Россия будет бороться и дальше. Отсиживаться не будем.

12.

Встретились с Саркози и Меркель. Обсудили общие подходы к темам G20.

Поздравил Ангелу с победой на ЧМ ЮАР.

13.

Их снимки видят все, а их самих мало кто. Тем более они всегда прячутся за объективами.

14.

Депутаты должны следить за явкой на заседаниях парламента.

Просто стыдно смотреть на пустые кресла.

На работу надо ходить.

15.

Миграционные правила должны быть четкими и понятными чтобы их было проще соблюдать, чем нарушать.

16.

Наводнение на Украине: затоплены тысячи домов, в зоне бедствия - около 250 тысяч человек.

МЧС РФ поручено оказать необходимую помощь.

17.

Пока я фотографировал коттедж, фотографировали меня.

18.

Считаю, что борьбу с наркотрафиком нужно вести глобально, а не отдельно в Афганистане, Колумбии или где-то еще тогда будет результат.

19.

«Кремниевая долина» это, прежде всего, люди, а потом деньги,

какие-то иные вОЗМОЖНОСТИ.

20.

Наше Сколково должно превратиться в систему, которая как губка впитывает самых разных людей и их идеи.

Но это не делается по распоряжению.

Источник: http://twitter.com/Kremlin Russia Другие хокку Дмитрия Медведева читайте на сайте http://saltt.ru

леб Павловский, наверное, самый влиятельный и, безусловно, самый известный политтехнолог нулевых. Собственно, в самом начале этих самых нулевых его имя было чем-то вроде символа политических технологий в России. А сам он представлялся демоном-демиургом, создающим не только образ новой власти И ее идеологию, но едва ли не саму власть. Тем интереснее было говорить Глебом Павловским с о 2000-х. Причем не в жанре политтехнологических баек (про то, «как они устроили дефолт», «как мы придумали Путина» и проч.), а про то, что живо и насущно сейчас, когда нулевые силятся сами себя завершить.

- Глеб Олегович, позволю себе сразу задать мак

симально общий вопрос. Что такое Россия нулевых? Не конкретные детали, а, что называется, с высоты птичьего полета, с высоты.

Истории?

- Нулевые зенит утопии новой России. Государства, котором мы живем и о котором говорим, никогда раньше не было. Даже идеи такой так не было. Идея о России в пределах РСФСР явилась сперва как нелепица, злая шутка Распутина в 1989 году «о выходе России из состава СССР». Но пошла лавина, и шутка перестала быть шуткой, немыслимое стало бытом. Чтобы выжить, приИмпровизируяшлось бежать впереди , чтобы лавинылавины.

.

Россия строилась и продолжает строиться на основе импровизации, где в дело идет абсолютно все, что есть под рукой. Советская жизнь такому вы

Нулевые 2000-е были, конечно, запоминающимся временем, но каким-то бессмысленным. Эпоха сама себя уравновесила, сама себя отменила. Результатов и правда немного (что-то около ноля). Но наблюдать, а тем более участвовать происходившем, было крайне интересно.

«Нулевые» - проект интернет-газеты «Соль», котором важные для нулевых персонажи (герои, участники событий) вспоминают, какой была эта эпоха и, что более существенно, пытаются понять, почему она была именно такой. «Журнал Соль» представляет проект «Нулевые» беседой политтехнологом Глебом Павловским. Полную версию этой беседы, а также другие интервью (с Александром Приваловым, Алексеем Навальным, Максимом Кононенко, Михаилом Боярским, Андреем Ковалевым и прочими) читайте на сайте http://saltt.ru.

учила - «лепить из того, что было». Нет никакой разницы между нищим московским инженером в майке и трусах, который в жару 1972 года спасался так - оббивал марлей деревянную рамку, ставил в тазик водой, а с другой стороны вклю

чал вентилятор, и тем же человеком в 1989-м, который, став милостью перестройки выборным директором завода, вывозит автобусами рабочих митинговать на Манеж против

Горбачева, а тем временем переписывает завод на себя лично через незаметный троицкий кооперативчик. Мы иногда с ним встречаемся на международных авиарейсах, и он улыбается мне улыбкой авгура. Он все тот же импровизатор. И да

лее, от 90-х к нулевым, весь инжиниринг России основан на импровизации. Импровизация стала идеологией что из того, что мы ничего не знаем? Сделаем, и узнаем! Try itпус

кай это ненаучно, незаконно, пусть неверно вообще! Нулевые в основе своей продолжение 90-х, продолжение процесса строительства новой России на основе импровизации.

- Продолжение и завершение этого процесса?... - А нет никакого завершения. Нулевые это, скорее, триумф 90-х, но никак не финал. Принципы и механизмы те же. Позавчера марля, вчера миллионные кредиты Мирового банка на «реформы»... Затем полная безнадега и страх конца 90-х - как вдруг победа Путина с избавлением от страха. Миллионы девяностых превратились в газомиллиарды [нулевых]. Но вместо проработанных планов по-прежнему импровизации из подручной дряни: марля или миллиарды,

разницы нет. Формула нулевых та же, что и в 90-х - проще сделать, чем доказывать; проще победить, чем договориться. Лучшее из доказательств успех, свершившийся факт.

- Значит, различия между 90-ми и нулевыми не так значимы, как принято считать?

- Глобально их вообще нет. Зато есть ряд рубежей. Во-первых, важен был сам переход. При переходе власти в конце 1999-го так развивались события, что когда обозначился выбор, на на него были сделаны максимальные ставки - все или ничего. В итоге победители восприняли свою победу как абсолютную. Впрочем, проигравшие и это тоже важный момент свое поражение как абсолютное не восприни

мали. Они-то чрезвычайных ставок не делали. Некоторый страх поначалу был, а ощущения катастрофы не было. Первые три года это время инклюзивной политики все, кто не против нас, те нами. Идите к нам, места и дел всем хватит.

Еще не был выбран президент, а в Думе по факту сформировалась коалиция из недавНИХ непримиримых соперников на выборах - «Единства», «Отечества» и КПРФ. С одной стороны, инклюзивный порыв - всех поймем, всех включим! Ас с другой сектантский дух собственно команды Путина. Здесь вот, между 1999ми 2000-м, есть важный порог, где импровизированный штаб выборов переходит в импровизацию команды власти. Имя команды Путин. Механизмы импровизации закреп

ляются новым режимом, но остаются прежними. И кстати, был ли режим? Режим или театральная имитация «диктатуры свершившихся фактов» просто чтобы отвязались и не мешали работать?

Команда узка, слишком отличает себя от остальных вот «наши», а вот «не наши». Окончательно оформляется жестко выделенный центр в Кремле нигде кроме! Здесь, и только здесь еще возможна свобода конструирования. Принцип конструирования, в то же время, окончательно перестает быть публичным, каким был до 1999-го. При этом само конструирование еще достаточно открыто и использует все инструменты публичной политики. Импровизация на подручной основе что легло под руку, то и идет в дело.

»

- То есть видимая ставка путинской команды на воспроизведение советских образцов это не сознательный выбор, а просто всего советского было много непосредственно под руками?

- Ну да. Группа юных техников попала на склад стратегических запасов и 20 лет с ними играла. Играла с промышленностью, с деньгами, с политикой и идеологией. Детки росли, средства убывали, а принцип конструирования

тот же. Читай «Повелителя мух». Но что действительно важно: советские образцы позволили решить вопрос языка. Ведь в 90-е ни у власти, ни у общества нет общего языка. От одних требуют признать в себя красно-коричневыми, других клеймят либерастами, война рас - общий разговор исключен. Тут вдруг приходит Путин со своим ленинбуржским эс

перанто- и разговор пошел.

На основе советского здравого смысла возникает импровизированный дискурс Союз в могиле и не вернется, так устроим себе несоветскую, но нормальную жизнь. Возникает дискурсивная нация. С советским пониманием нормы как зажиточного невмешательства.

- А насколько было значимо усиление силовых структур и изменение их роли в государстве с приходом Путина?

- Любой президент в 2000-м столкнулся бы с фактом, что власть главы государства выронила исполнительную власть. Выронила армию, выронила правоохрану страшный риск. Что там у силовисил ков Творилось 10 лет, пока заводы отгружали бартерную картошку в казармы по звонку губернатора, вообще мало кто знал. Возвращая силовые

структуры, Путин вобрал их внутрь власти такими, какие были. том деградированном виде, куда они скатились за 90-е, когда либерализацию исполнительной исполни власти сдали, разменяв на «либерализацию экономики».

Вообще, садизм в исполнительной власти после советского времени вырос на порядки. Интересно, что никто у нас не исследует, почему и как из демократической повестки тихо выпал либеральный раздел - гуманизация испол

нительной власти, десадификация ее, приоритет защиты личности. После 1993-го весь либеральный пакет, за жалким исключением «экономических реформ», - идет лесом. Исполнительная власть деградирует. Зато президентство, став коленным валом «реформ», закрепляется как особая ветвь власти. Элементы, из которых строилось государство

нулевых, взяты из 90-х. Инструменты, принципы действия те же. Верховная власть президента как «власть властей» - это вообще ельцинское наследство. Россия Ельцина существовала только в границах власти главы государства. Конституция это двусмысленно закрепила, а Путин подхватил и развил.

Но других ментов и прокуроров не было, а в импровизациях, когда собираешь силовой контур из чего ни попадя, некогда быть разборчивым.

- Ну да, это не очень надежная конструкция, когда детали от разных типов конструктора прилажены друг к другу. По-моему, это очевидно....

Зато есть «люди дела», со связями и знанием, что к чему, они и прилаживают. Импровизированные системы в каждый отдельно взятый момент безальтернативны решения

оцениваются «на зубок» и вытягиваются «на зубах». Сегодня у нас единственно возможное решение, а назавтра другое, но также единственно возможное. В итоге система беспамятна: деланное вчера решало вчерашние задачи, а решать сегодняшние не помогает, часто мешает. Система памяти не имеет, потому что вынесенная память у нее в одном месте в Кремле. Кремль переигрывает всех по быстроте импровизаций (активность, быстрота маневра, всегдашняя фора, пока все ошеломленно соображают, что стряслось). Он первым ставит проблемы заодно с предлагаемыми решениями. И мало-помалу привыкает первенству, недоброжелательно глядя на альтернативных импровизаторов. Тем более B бездействующем обществе представление о рисках выветривается. Зато в Кремле помнят все. Здесь единственное место, где риски и кризисы прошлого сохраняют актуальнос . Здесь помнят все, от Горбачева и Беловежья до Югославии и «оранжевой революции». Генералы готовятся к прошлой войне? Да у нас тут генштаб подготовки ко всем войнам прошлого сразу!

- Поддержание стабильности системы напрямую зависит от концентрации власти и полномочий в этом центре?

-Да. И система на это активно работалаботала. . Собственно, могла бы работать и дальше. Идеальным вариантом самосохранения системы был третий срок Путина. И еще большая концентрация власти. Однако Путин не пошел по этому пути и этим каком-то смысле сам остановил машину импровизаций. Не знаю, насколько он догадывался о последствиях.

Разумеется, он не думал демонтировать систему достаточная концентрация власти сохранялась. Скорее, думал взять паузу и спокойно разобраться, что же такое у него вышло. Поставим корабль в сухой док, спокойно все системы проверим, поменяем

запчасти, может, даже закажем новый двигатель модернизированный. И двинемся в путь дальше, уже как нормальное государство. Другое дело, что спокойно не вышло, сухого дока не нашлось кризис! А Мирового кризиса-то наш генштаб не помнит, мы к нему не готовились.

- А если бы не кризис? - Я думаю, путинская мечта о передышке на модернизацию была утопична. Для

успеха советских погребов недостаточно там почти ничего не осталось. Но ведь есть не только советские погреба. Мы застаем систему в интересный момент, когда устами Медведева она объявила себя отсталой. Это парадоксальное признание Мы успешно ешно реализовали утопию, и вдруг Мы отстали! Система пытается взбодрить себя пугающим термином «отсталость». Подстегнуть себя к новому туру импровизаций. Она обращается к привычному перфомансу.

- Каковы механизмы. работы этого перфоманса? - Транс чрезвычайности. В центре нулевых ослепительная власть Путина, которая сперва загадочным образом усиливается, становится безальтернативной... Загадочный ужас элит. Откуда взялся этот ужас, не вполне ясно, еще никого не кошмарили, а страх ведь был очень ощутим, и в бюрократическом классе, и в бизнесе.

- Но все-таки Ходорковского посадили.

- Страх возник задолго до дела ЮКОСа. Опасный Путин

этим повеяло сразу, Волошин уже в 2000-м со смешком предлагал олигархам памперсы. В 2003 году Путин просто материализует и использует этот страх. не забудем, что 2001го, на волне американской войны с террором, возникает мировой Путин. В каком-то смысле Путин «инфант Буша», военного императора мира. Без сентября феномен Путина не приобрел бы мировой масштаб, и того Путина, каким мы его знаем, не было...

Для импровизатора важен первый момент удачи когда он цепляет и захватывает дух аудитории. Дальше он должен ее удержать, не дать ее у себя увести. Своим заявлением сентября Путин поймал мировую волну и старался ее ее не терять. Не терять - означало играть в большую мировую политику на своих условиях. Наверняка была идея о возможности какогого--то то дуумвирата рата двух друу президентов-импровизаторов, пока американцы нас не обломали. Но к тому времени Путин уже сам вышел на большую сцену, интуицией глобального куша. Убежден, что если б не вторжение американцев в Ирак, ЮКОС был бы жив.

Как повлияла эта история на внутреннюю импровизацию Путина? Имело ли значение для внутренний политики его глобальное движение?

- Думаю, у нас была бы менее яркая и более прозаическая политика. Возможно, менее импровизированная. Но ведь 2001-го мир просто взбесился, одновременно ценами на нефть и газ. Кто только не пытался на этом сыграть, и

руководство ЮКОСа одним из первых. Вся эта проамериканская, пестрая среда, для которых нулевые казались конечным подтверждением их правоты в девяностые... На деле политически страшно слабые, они путались под ногами глобальной игре, особенно когда стало ясно, что американцы не станут играть с нами вместе. А это спровоцировало вал импровизаций внутри страны... Была попытка зафиксировать суверенную прибыль, что ли. Здесь появляется мысль о суверенитете как ценности и как мическом Левиафане.

При этом Путин не стал прятаться ни в какую «крепость Россию». Наоборот, у него возникает собственная версия глобализма - финансы, энер гетика, суверенитет! Идея силы окончательно отделяется от маломощных и вороватых «силовиков», которых он хола рошо становится разгляде другой Его форму- сил ные финансы плюс энергетика и порядок. В сущности, и это была импровизация, «газокудринская» вертикаль власти 2004-2007 годов. Но уже в 2007 году она Путина несколько разочаровала. Он утомлен.

- Вот в ваших словах. прозвучало определение «газовая вертикаль». На самом деле, если ты сидишь на газовом потоке, если именно эти экономические ресурсы создают и обеспечивают твою. власть, именно они обеспечивают силу России, то, наверное, на все остальное будут обращать внимание постольку поскольку. Какие институты нужны для газовой вертикали? Какая милиция? Какая налоговая служба? Похоже, что никаких нормальных институтов не нужно, а нужно именно то, что есть. При этом менять что-то - газовая вертикаль может повалиться, а вместе с ней и власть определенной группы, или, если не столь меркантильно, - сила России.

»

- Ну, провала бояться в Кремле не бывать. Ядро команды собралось из тех, кто раз не побоялся, два не побоялся... Импровизировали всегда из внезапно найденного ресурса и выигрывали. Да, это черта временной власти. Газ обеспечивал лишь временную гегемонию, однако дело в том и состоит, чтобы выиграть время!

- Можно ли так сформулировать: кроме сырьевых ресурсов, над которыми установлен жесткий контроль, система держится на личном контроле Путиным важнейшего ресурса - социума. И, более того, - контроль над сырьевыми ресурсами возможен только при контроле над социумом?

- Конечно... Собственно, страх перед Путиным это страх собственного социума. Стремительностьмительно , которой он получил контроль, обусловлена этим главным страхом. У нас ведь не просто новое государство - у нас государство, в центре которого находится большинство, которое признает гегемонию правящей группы, ассоциируемую с с Путиным, а сейчас и с Медведевым. Большинство определяет рамки консенсуса. Согласие на консенсус не абсолютно, у него есть какие-то пределы. На уточнение этих пределов тратят силы и ресурсы, их стараются не нарушать.

- А не связан ли этот Феномен десятилетнего путинского большинства. с абсолютным безразличием большинства населения? Лояльным безразличием - делайте, что хотите, мы к вам лояльны, потому что вы власть, а что именно вы делаете и что будет со странойнам все равно. Хуже, чем в начале 90-х, не будет, а все остальное нас не волнует.

- Есть и такое. Но есть и эффект аберрации. Вы видите безразличие в том, что им не является, поскольку у вас

ритуальное представление об активности и лояльности. Я вижу в этом нехватку интереса к жизни людей, для которых уже невмешательство власти в их жизнь является ценностью, чудом, исторической новизной. А от них ждут соответствия ритуалам ритуалам протеста либо ритуалам лояльности. Размножаются поставщики этих ритуальных услуг. Кстати, «охранители» мало связаны большинством и представляют его не больше, чем несистемная оппозиция.

На деле путинское большинство очень плюралистично,

оживлено и не представляет собой монолит с общими ценностями. К тому же оно обновляется со временем. Выделяются группы ограниченно лояльных, условно лояльных... И все это вполне измеримо.

- А есть что-то интересное в истории развития и изменения этого путинского большинства, кроме самого уникального факта, что оно держится десять лет?

- Два момента. Первый превращение ситуативного электорального большинства 2000 года всего за год-два в небывалый социально-политический институт - переход так толком и не объясненный. Вторая странность началась примерно с 2008-го, когда путинское большинство отозвало свой безусловный мандат, хотя и условий никаких не выставило. Большинство возникло в экзальтации 1999-го и поначалу казалось временным. Путин долго об этом помнил. Но потом оказалось, что дело не в предвыборной раскрутке. Ажиотаж спал, а большинс

тво осталось. Оно получило от Путина двойной положительный ответ - на страх перемен, связанных с уходом Ельцина, и на чувство освобождения от его ухода. Со временем это перешло в признание Путина, а затем в признание президентской власти как исчерпывающей Россию.

- Многие говорят, что очень значимо было то, что Путин воспринимался как спаситель России от распада, от злых губернаторов, разрывавших ее на части.

- Мне кажется, роль сценария распада России преувеличена. Хотя угроза была, и такой сценарий среди прочего был реален, особенно в слу - Причем, как я поничае победы антиельцинскомаю, именно эта группа. го блока Примаков-Лужков, населения и стала основой с неизбежной войной межпутинского большинства.

ду ними. Распад был возмо- Да. И на тех же мечтанижен, пока Россия сохраняла ях в в 1990-91 годах формиронеполную, условную легивалось ныне забытое, недолгое долго тимность. Россия 90-х - это «ельцинское большинство». ведь полузаконное стосударс государсПомимо прочего, чудо Путина твенное формирование, чья развернуло людей к их консюлегитимность признавалась меристской мечте, сгубившей границах его слабости. Сил политбюро: мечте о колбасном государства должно хватать на арстве Ивана-дурака на печи. сдерживание двух потенциаПутин возвращал людям то, ралов ядерного, во-первых, и ди чего они голосовали когдарусского народа, во-вторых. то за Ельцина, и они думали Последнего на Западе считают так вот где они были, наши за страшного зверя, опасного легкие деньги! Вот где золото от природы, вроде оружейнопартии - нефть, газ и порядок!

го плутония...

Но самим населением угроза распада не воспринималась как значительная. Распад был травмой 1991 года, и даже война в Чечне понималась в народе как реванш за 1991-й. Путин утверждался в сознании как президент, борющийся и повергающий своих врагов. Губернаторов среди прочих.

Куда важнее с точки зрения огромного большинства людей, что Путин был человеком, который восстановил справедливость. Элиты эту сторону дела никогда не воспринимали всерьез. Но в стране была масса людей, у которых задолженности по пенсиям и зарплатам составляли не месяцы, а годы.

При Путине, причем с первых же месяцев, когда еще нефтеденег не было, людям стали возвращать долги. Справедливость восстанавливается, и тут же появляются деньги - чем не формула сбывшейся мечты!

Но тут заработал другой механизм: путинский приход воспринят был как восстановление правильного порядка жизни. До этого одни привычно ходили на завод, где не платили денег, другие бросали все в поисках нового дела, проявляли экономическую и социальную активность. И вдруг выбор неактивных был вознагражден! Их блудные деньги вернулись домой, их социальная и экономическая пассивность подтвердилась как норма порядка.

- То есть тоже получается, что нулевые это продолжающиеся девяностые. В данном случае отложенные девяностые...

- И отсюда же соблазн демонизации 90-х, и спрос на нее со стороны путинского большинства. Девяностые казались просто сбоем в распорядке, со

гласно которому никто не обя зан придумывать, где бы взять Деньги на жизнь. Наоборот, это деньги должны быть доставлены на дом в обмен на твое участие в распорядке. При твосм ем социальном правильно правильном поведениии уместном . Это наименее е модернизируемая сторона нашего социума, но она и составляет кредо путинского большинства. И основной заказ для власти снизу.

- Но все-таки идеальная картина не совсем чтобы получилась.... Деньги, может, и приносят на дом, но не так чтобы достаточно. Та же квартплата съедает большую их часть. При этом нормальной работы как не бы ло, так и нет до сих пор. В итоге люди, в том числе то самое ядро путинского большинства, недовольны, ворчат... Все больше и больше ворчат.

Да, денег маловато, если жизнь не сравнивать с дефолтомв вечно . Запасы свою кончаются. Это проблема, которая, собственно, сейчас становится актуальной. В описываемой картине мира, кроме крана, откуда капают социальные деньги, есть еще приватизированная кладовка, где хранят запас гречкички. . В кризис запасы гречки и долларов активно расходовались на государственном Сильно ощу ощутим упадокуровне, обед. нение, социальная депрессия. Что, конечно, не значит, что люди переходят в протестное состояние, но они и к такому готовы.

Конечно, нулевые были утопией. Утопией наконецто сбывшейся России. Господствовал принцип: нам нужна неуничтожимая Россия, а какая она будет плевать! Лишь бы ее больше нельзя было сковырнуть. Россия, неуничтожимая, как США - думаю, и у Путина более глубокой идеи не было. Но бытом утопии стал поток импровизаций, бег наперегонки с демоном русского саморазрушения. С этим Левиафаном, который то собира

ется из людей и топчет их, то опять распадается, на них же, запуганных и бессильных. Вот вам вечная Россия, которой всякий раз заключают пари, и

всякий раз его не выигрывают. Сегодня она скреплена этой практикой импровизации государства - и центром, который импровизацию объявил, запустил и ведет. Есть группа, которая создала невозможную страну и ведет ее в будущее, сквозь кризисы и революции. Единственная норма этой группы, единственный ее закон - выдержать при очеред

ном столкновении, отразить атаку на Кремль, сохранив единство проектного центра. Режим нулевых мыслил себя как временный режим.

Россия вечная, а режим технический, временный. Дать передышку нескольким поколениям, которые потом уже будут что-то строить надолго. Да только ирония русской истории была тут как тут! Все более странные образы «первого непоротого поколения» вот ютюбовский ролик «приморских партизан», едущих по шоссе, задирая встречных инород

цев, навстречу собственной гибели. Вот еще один полуфинал нулевых. Его антиобраз пентхаусы московских домоскребов. Неуютные чудища,

откуда потомки господ положения могли свысока любоваться на людишек внизу. Сегодня их видно издалека, по безнадежным объявлениям-транспарантам, раскинутым меж колонн. Метровыми буквами срочно продается пентхаус!

Мария Дрокова : « Канта я читаю с удовольствием »

ы уже не-B участвуете сколько лет в российском политическом процессе.. На ваш взгляд, как изме нилась публичная политика?

- Я думаю, что сейчас качественно расширяется дискуссия и политическое поле.

- А о молодежной политике можно говорить как о сформировавшемся явлении?

ной по Если политикеговорить , то она о молодежстабильно развивается. Теория хаоса учит, что стабильность яв ление динамичное. Движение «Наши», например, каким оно было несколько лет назад и сейчас - это разные вещи.

Вместе с этим молодежная политика сегодня развивается не только на уровне движений,

но и на государственном, федеральном уровне. Молодежная политика выполняет задачи государственного развития. Три года назад главной задачей страны было недопущение «оранжевых» настроений, революции и вовлечение молодых людей в создание гражданского общества.

- Какие «государственные задачи» стоят перед молодежными движениями сегодня?

- Модернизация и молодежная политика неотделимы, хотя бы потому, что обе о имеют дело с пространством будущего. Например, форум «Селигер» меняет свой формат. Он стал больше международным и инновационным, нежели политическим мероприятием. Есть и другие Зворыкинская премия, «Инновационный конвент». Это все позволяет по

казать, что молодой ученый, инноватор, нужен государству. Эта задача уже не молодежно-политическая, но не менее сложная, чем задача по сохранению суверенитета и защи ты страны от внешних посягательств, и требует больше усилий, квалификации и так далее. Это первое.

Второе. Выросло новое поколение молодых людей. Ког

Мария Дрокова теперь заметно больше, чем просто «девоч ка, которая поцелова ла Путина» да движение еще образовывалось, слово «патриотизм» не имело значения для поколения; молодые люди не идентифицировали себя как патриоты, не имели понятия, как патриотизм должен выражаться. Сегодня они имеют такое представление они знают, что за патриотизмом должно быть дело, а не просто слова.

Это какие такие дела? - Современный молодой человек понимает, что патриотэто непременно профессионал, который заботится не только о развитии страны в целом, но и о собственном личностном росте. И я думаю, что именно появление молодежных движений повлияло на формирование такого отношения.

- Так и должна выглядеть наступившая суверенная демократия?

- Такая риторика наступила, не наступила - попахивает коммунистическими. лозунгами.

которые орые обещали, что к такому-то году Мы будем жить в в стране стране социализма, а завтра будет коммунизм. А демократия - это явление, стабильность которого можно поддерживать, только развиваясь Дальше. По моему мнению, в нашей стране да, в политологических терминах сложился режим, который можно называть суверенной демократией, в том значении, в котором его употребляет Владислав Сурков.

- Почему же нынешним. «Селигером» не довольны даже постмодернисты (всеми этими гигантскими овощами, купаниями в непонятной коричневой жиже и прочим)?

- Ценнее выск высказывания только тех, кто был на форуме, и тех, кто форум делал. А есть люди, которые ни разу в жизни не посетили «Селигер». Они вместо того чтобы работать, сидят в блогах каждый день и пишут: «Ах, как все плохо на «Селигере». Кому-то было выгодно, чтобы «Селигер» зам тили именно с этой стороны. Эти люди не поленились сделать из этого скандал. Все, что там делалось, было идеально: впервые приехал президент России, поэтому были завистники, которые хотели попиариться за за счет форума, поднять собственный статус. Поэтому просто нашли подходящий повод - скандал на политической смене. В эту смену не было цензуры политического высказывания. И одни из участников

форума нашли, скажем так, - Акции на Триумфальоригинальный способ донести ной площади - это тоже свою политическую позицию. не оптимальная форма. Для общего содержания форуполитической борьбы?

ма одна инсталляция, из-за ко- Я думаю, что политическая торой разгорелся весь сыр-бор, борьба должна вестись по за

не имела значения. 99 процентов тех людей, которые приезжали на форум, вообще этого не видели.

кону. Но, когда люди выходят на неразрешенные акции, они понимают, что они нарушают закон.

Я видела, как их лидеры се- Вы вот сейчас говорибя ведут, когда приходят туте про головы в нацистда, находятся полчаса в окских касках. За что же ружении охраны, потом они таких людей, как, наприуезжают на автомобиле водимер, Людмила Алексеева.... телем площади. А остальные - Людмила Алексеева- это люди остаются, и их, естестчеловек, безусловно, уважаевенно, забирает ОМОН, потому мый в определенных кругах. что митинг не был разрешен. Если смотреть ее жизненный Но с точки зрения того, как это путь, она делала полезные вевыглядит для иностранных щи для людей, возможно, для СМИ, - это неплохо продуманстраны, но когда Людмила ное шоу: ОМОН забирает мирАлексеева открыто поддержиных граждан, на деле у кажвает Эдуарда Лимонова, котодого участника там своя роль. рый, не стесняясь, заявляет, Кто-то затевает драку в толпе что он фашист, это не может и попадает в отделение. Ктовызывать моего одобрения как то, как Альбац, кидается на члена антифашистской оргаОМОН кулаками и криками: низации.

«Я - журналист!» Кто-то разда

ет интервью и получает на этом имя и медийность.

- Можно ли сравнить. российскую политику с шоу-бизнесом?

- С одной стороны, можно сравнивать с политическим шоу и, например, говорить, что в Америке шоу лучше у нас оно скучное. С другой стороны, такое сравнение очень циничное, которое употребляют политологи, пол политтехнологи, люди, которые делают из политики деньги. Но если к политике будет отношение как к шоу-бизнесу, то это не хорошо. Ведь политика, в конечном счете, определяет, как будут жить граждане, как сложится жизнь страны. Определенная степень цинизма политике, у политиков должна быть, но это не должно переходить границы. Лично я не отношусь к политике как к шоу.

- После видеоблога «Мария Дрокова о времени и о себе», в котором вы. говорите, что вас считают «девочкой, которая поцеловала Путина», как-то поменялась жизнь?

Честно скажу, что за это время я успела многое сде лать. Более серь серьезно занялась журналистикой, сделала одну из самых популярных программ на на Russia.ru и думаю, это не менее интересно, чем политика. Еще есть ряд интернетпрос проектов, в которых я участвую. Интернет новая сфера интересов для меня и наиболее динамично развивающаяся площадка, приобретающая все большее политическое значение.

- В том ролике вы еще спрашивали Владислава. Суркова, как осилить Канта. Помог совет замглавы администрации президента, осилили философа?

- Канта я читаю сейчас с удовольствием, это не так сложно, как казалось. Но совету, который дал мне Владислав Юрьевич Сурков - «не читать то, что мне не интересно», я следую.

не считаю, что красота Я помогаеткрасивые . были Если бы бы все татогда можно было бы судить, что красота - условие успеха. Помимо красоты, у человека должен быть ум.

Демократия это такая форма, которая не бывает один раз и навсегда. Мы ее еще выращиваем, а она у нас растет. Да, на данный момент суверенная демократия это луч

шее, что мы можем предложить нашей стране.

Я, прочитав какую-то статью или посмотрев политический ролик, могу сразу сказать это конструктивная оппозиция или деструктивная.

В 2009 году мы начали новую форму обучения активистов так называемая проектная деятельность. Мы учим их мыслить проектно, учим их реализовывать свои идеи

в форме проектов. Это очень серьезная инновация, которую Мы открыли.

Наверное, та стабильная жизнь, которая наступила в последние десять лет, когда мы стали жить лучше, это то, что способствует тому, что люди выбирают «Единую Россию».

Я люблю Россию, искренне люблю Москву не меньше, чем любила Воронеж. Вообще люблю весь окружающий мир.

вой первый созыв в Общественной палате я доказывала взросмужчинам, что я сижу не для мебели, что могу сама со всем справиться.

Да, в России свобода слова существует. Единственное,

не нужно путать свободу слова со словоблудным, словесным беспределом. Если бы у нас не было свободы слова - мы бы об этом не знали.

В России есть много механизмов, с помощью которых мож но решать проблемы. Можно писать письма, ходить в Обще

ственную палату и работать в профильных комиссиях, писать в блог президенту, участвовать в санкционированных митингах или одиночных пикетах.

Сегодня же если включить телевизор, зайти в Интернет, то столько всего начитаешься, на

смотришься, что уже начнешь сомневаться не только в своих идеологических пристрастиях, но и в гендерных отличиях от другого пола.

Люди в квартирах вместе курят и выпивают, рисуют на обоях и кипятят чайник, разбрасывают обувь в прихожей и спят на полу неровными рядами. Фотокорреспондент «Журнала Соль» выхватывает из общей массы объектов узнаваемые атрибуты квартирных тусовок, маркеры среды: ботинки, бутылки,

компьютеры, кофты с капюшоном, тарелки с едой, шахматы, Детское домино. Если допустить, что близость людей след ствие близости к одним и тем же вещам, это не просто набор случайных предметов, а социальный клей. Ниточки, которые тянутся от человека к человеку.

начале 1930-х годов Арвид Унгерн-Штернберг начал собирать материалы для задуманной, но так и не написанной биографии своего знаменитого кузена. Когприслать воспоминания о нем, последовало предостережение одного из них: «Если писать биографию Романа, опираясь только на достоверные факты, она будет бесцветной и скучной. При более художественном описании появляется опасность пополнить и без того большое количество рассказываемых о нем историиисторий».

.

Однако даже авторы, не претендовавшие на «художественность», вставали перед загадкой внезапного превращения заурядного белого генерала в монгольского хана и Бога Войны. Истоки этой метаморфозы искали в его первой поездке в Монголию, расцвечивая ее совершенно фантастическими подробностями. Врангель писал, что в боях с : китайцами он проявил чудеса храбрости, , полу получил в награду княжеский титул и был назначен командующим всей монгольской кавалерией; другие утверждали, будто барон с шайкой головорезов грабил караваны в Гоби; третьи отсылали его к хунхузам. На самом деле, поскольку служить у Джа-ламы ему запретили, он поступил сверхштатным офицером в Верхнеудинский казачий полк, частично расквартированный в Кобдо, и жил здесь без особых приключений, надеясь, видимо, что затухающая война вспых

Первый извод документального романа о белом генерале, восстановившем независимость Монголии, вышел в 1993 году. Почти десять лет спустя обновленную дополненную версию издает Ad Marginem. Леонид Юзефович первым России взялся исследовать феномен Унгерна. «Палача и неврастеника», который всерьез пытался создать монгольскую империю и именно благодаря ему Монголия сегодня сама себе страна, а не одна из провинций Китая.

нет вновь, но этого не случилось. Вскоре было подписано русско-китайское соглашение об автономии Внешней Монголии, и весной 1914 года, получив из Благовещенска документы о своей отставке, Унгерн уехал в родной Ревель.

Как сообщает его кузен Арвид, уже тогда он «приобрел обширные познания о стране и населяющих ее людях». По словам Князева, Унгерн «услыхал голос подлинной, мистически привлекавшей его Монголии» и ««до до краев наполнился настроениями», которые вызывают «ее причудливые храмы» и «зеленые ковры необъятных падей, и люди ее, как бы ожидающие могучего толчка, чтобы пробудиться от от векового сна». Если отбросить красоты стиля и прозрачный намек на то, что B итоге монголы дождались-таки человека, давшего им этот «могучий толчок», все примерно так и обстояло. Унгерн не раз говорил, что еще во время первой поездки в Халху «вера и обычаи монголов ему очень понравились».

В Кобдо он стал изучать монгольский язык, на котором впоследствии изъяснялся достаточно сносно. Писали, будто ему удалось завязать «большие знакомства князьями, гэгенами и влиятельными ламами», но это вряд ли. Еще сомнительнее известие, что тогда же, «не будучи ревностным сыном лютеранской церкви», он втайне «принял ламаизм». Увлечение буддизмом - всего лишь вариант обычного для людей его типа дилетантского интереса к «мудрости Востока».

»

Этот интерес разделял знаменитый впоследствии философ, граф Герман фон Кайзерлинг- земляк и дальний родственник Унгерна, по матери происходивший из рода Унгерн-Икскюлей. Он был пятью годами старше, но они могли познакомиться еще в детстве или в ранней юности. Во всяком случае, Кайзерлинг не раз упоминал об Унгерне своих книгах. Оба принадлежали к тесному кругу эстляндской аристократии; не случайно, видимо, позднее младший брат Унгерна, Константин, женился на дочери Кайзерлинга. В 1911-1912 годах тот совершил кругосветное путешествие, побывал в Японии, в Китае и в Индии, а по возвращении в Эстляндию написал прославивший его имя двухтомный «Путевой дневник философа». По впечатлению, которое эта книга произвела на современников, ее можно сравнить разве что с «Закатом Европы» Шпенглера. Изза начавшейся вскоре войны она увидела свет лишь в 1919 году, но была закончена пятью годами раньше; Унгерн, вернувшись из Кобдо, мог читать ее в рукописи. «Я был настолько одержим Востоком, что долго не мог представить себя западным человеком», тогда же заметил Кайзерлинг. BВ этом Унгерн был его духовным двойником.

В отличие от Кайзерлинга, он не пытался перенести на бумагу свои монгольские впечатления, но ему, должно быть, приятно было чувствовать себя странником, прикоснувшимся к совсем иному миру. Восток был в моде, интерес слушателей подогревал воо воображение. Недаром в родственном кругу бытовало мнение, что Роман обладает богатой фантазией и сам верит в собственный вымысел. Как правило, это свойство приписывают тем, кому симпатизируют, заблуждаясь относительно степени самообмана, но в любом случае оно предполагает горячность и увлеченность рассказчика. Обычно молчаливый, замкнутый, Унгерн с близкими людьми бывал другим. При их их соч сочувственном внимании он мог возбуждать в себе волнующее сознание пережитых в Азии чудес, как герой «Дара» Владимира Набокова, путешественник по Монголии и Тибету: «Во время песчаных бурь я видел и слышал то же, что Марко Поло - «шепот духов, отзывающих в сторону», и среди странного мерцания воздуха без конца проходящие навстречу вихри, караваны войска призраков, тысячи призрачных лиц».

Впрочем, Унгерна больше занимали азиатские чудеса иного рода. Однажды, беседуя с кузеном Эрнстом о ситуации на Дальнем Востоке, он заметил: «Отношения там складываются таким образом, что при удаче и определенной ловкости можно стать императором Китая».

Имелся в виду генерал Юань Шикай, президент Китайской Республики, пытавшийся основать собственную династию, но слышится тут и какая-то личная нота, иначе собеседник не запомнил бы эту фразу и не повторил бы ее два десятилетия спустя в разговоре с биографом Унгерна. Пример Юань Шикая показывал, что в разрушенных структурах власти путь к ее вершине может быть сказочно короток.

Еще в Кобдо, говорил Унгерн, он впервые задумался о возможности с помощью монголов восстановить в Китае маньчжурскую династию. В то время это были вполне умозрительные размышления, но под конец жизни план реставрации Цинов, чтобы мо

щью возрожденной Поднебесной Империи воздействовать на революционную Россию и буржуазную Европу, станет его навязчивой идеей. Умрет он в убеждении, что «спасение мира должно произойти из Китая».

Барон Альфред Мирбах, муж единоутробной сестры Унгерна, писал о нем, ссылаясь на мнение жены: «Только люди, лично знавшие Романа, могут объективно оценить его. Одно можно сказать: он не как все».

Если тут легко заподозрить преувеличение, вызванное родственными чувствамирами: , то схожее свидетельство оставил живший в Монголии русский поселенец Иван Кряжев, лицо абсолютно не заинтересованное. Он помнил Унгерна по жизни в Кобдо в 1913 году и рассказывал, что барон вел себя «так отчужденно и с такими странностями, что офицерское общество хотело исключить его из своего состава, но не смогли найти за ним фактов, маравших честь мундира».

И далее: «Унгерн жил совершенно на особицу, ни ни с с кем не водился, всегда пребывал в одиночестве. А вдруг ни с того ни с сего, в иную пору и ночью, соберет казаков и через весь город с гиканьем мчится ними куда-то в степь волков гонять, что ли. Толком не поймешь. Потом вернется, запрется у себя и сидит один, как сыч. Но, оборони Бог, не пил, всегда был трезвый. Не любил разговариватьразговари , все больше молчал». Рассказ Кряжева об Унгерне завершается точным и выразительным наблюдением: «В нем будто бы чего-то не хватало». Ошибки тут нетне ему чего-то не хваталоАватало, , а именно именно «в нем». Эта пустотность выдавала себя в глазах. Бурдуков говорит о «выцветших, застывших глазах маньяка»; другой мемуарист описывает их как «бледные», третий как «бездушные, оловянные», четвертый вспоминает о «водянистых, голубовато-серых, с ничего не говорящим выражением, каких-то безразличных». По-видимому, у него плохо развиты были окол окологлазные мышцы, чья игра придает взгляду бесконечное множество оттенков. Обычно этот физический дефект связан с недоразвитием эмоциональной сферы.

«Сердце, милосердие в нем отсутствовали», писал служивший под началом Унгерна полковник Торновский. Он же одной фразой очертил тип этого человека, едва ли сложившийся только под влиянием ницшеанства, без опоры в органике: «Сирых и убогих не терпел».

По словам современника, не однажды Унгерном встречавшегося, тот «совершенно не заботился о производимом впечатлениивпечат , в нем не замечалось и тени какого-либо позерства». Это столько же говорит о силе характера, сколько об отсутствии потребности в чисто человеческих связях. Унгерн не корректировал свое поведение реакцией собеседника, она его не интересовала. Эмоциональная блеклость позволяла не замечать чужие чувства, считать их не заслуживающими внимания, не имеющими ценности.

Здесь же берет начало его странная для немецкого аристократа неопрятность, даже неряшливость нестриженые усы и волосы, грязная, а то и рваная одежда, но тут не было и намека на вызов унылой мещанской аккуратности или условностям военной касты. Он неделями не менял белья и не отдавал его в стир

ку, а выбрасывал, когда оно превращалось в лохмотья. Комнаками опоры за пределами человеческого круга общения. Интимты, где он жил, содержались в ужасающем беспорядке и почти ный контакт с иной реальностью мог восполнить ущербность отне имели мебели. Многие отмечали его «умеренность в питье и ношений с людьми.

пище, особенно в последней». Рассказывали, будто он, как монНет смысла противопоставлять жестокость Унгерна его бескогол, питается лишь бараниной и чаем, хотя не может обходиться рыстию или идеализму, как то делали современники, старательбез хороших папирос. Враги называли его кокаинистом и нарконо сортируя его достоинства и пороки, раскладывая их на разные маном, но прямых свидетельств об употреблении им наркотичаши весов, чтобы установить точное соотношение нем добра и ков нет. Правда, одном из писем упоминается курение опиума зла. Одно тут вытекает из другого и связано вязано с с важнейшей особенв дружеской компании, членом которой он был, однако редкий ностью личности параноидального склада, каковой, несомненно, европеец в Китае обходился без такого опыта. Есть лишь один арявлялся Унгерн сознанием собственной исключительности как гумент в пользу того, что эта сторона жизни быобъективного факта. Человек такого типа смотла ему знакома: мечтая создать «орден военных рит на себя как на единственно живого в окруже буддистов» по типу монашеских орденов, Унгерн нии фантомов, применительно к которым позвоисключал употребление его членами алкоголя, лено все, поскольку они лишь эманация неких но допускал гашиш и опиум, чтобы «дать возсил начал, а не такие же люди, как он сам. можность русскому человеку тешить свою буйО проблемах с психикой говорит и безумная ную натуру».

энергия Унгерна, какой обладают люди с навязОбщеизвестны его неприхотливость, бессребчивыми идеями. Эта энергия, порой превосходяреничество, отсутствие интереса к женщинам, щая, кажется, меру физических возможностей, однако этот житейский аскетизм тоже был фортем более изумляла в сочетании с астеническим мой мизантропии привязанность окружаюсложением барона. «Худой и изможденный с щих к земным благам и усладам оправдывала виду, но железного здоровья», заметил о нем отношение ним как к существам низшего поВрангель.

рядка. «В его небрежности в одежде для чуткоЕго внешность все описывают почти одинаго ума ясно звучали горделивые ноты сознания ково, в то же время, в зависимости от симпатии своего превосходства», неуклюже, но проницаили антипатии к нему, по-разному акцентирутельно замечает Князев. Так, Наполеон на вершиют одни и те же черты. Это человек высокого росне могущества ущества продолжал носить простой серый та, сухой, тонкий, держится очень прямо. У него тянутое сюртукВпоследствии , , не не им скрываябрюг брюшкоУнгерн унге , а .

напротивпопытается , подчеркивая сравнивать обкак «короткое кавалерийскиехарактеризуют туловище ские»», , как как их и длинные предпочитают недоброжелателиноги - выражать«кривые, или », себя с Николаем и Фридрихом Великим, другие ся поклонники. Руки тоже длиннее обычного, а найдут в нем сходство с Павлом , хотя в роли наголова непропорционально мала по сравнению с чальника Азиатской конной дивизии и диктатошириной плеч. Волосы осы светлые, рыжеватым отра Монголии он больше всего будет напоминать тенком, не слишком густые. Такого же цвета лохшведского короля Карла XII с его неукротимой матые брови и довольно большие («свисающие») воинственностью и презрением к радостям плоусы. Высокий выпуклый лоб, правильной формы ти. Многие Унгерн-Штернберги в прошлом слунос. Между узкими губами, при молчании плотжили шведской короне, Даго и Ревель бывшие но сжатыми, в разговоре видны торчащие вперед владения Швеции. Мальчиком Унгерн наверняверхние передние резцы. Впрочем, враг Унгерна ка прочел немало книг о великих полководцах, может описать его нос как «тупой», волосы как жизнеописание самого прославленного из швед«редкие», усы назвать «желто-серыми», а зубы ских королей он мог знать детства помнил, «гнилыми, лошадиными».

что Карл ХІІ был человек человеком высокообразованАвторы беллетризованных воспоминаний, расным, но отличался солдафонской грубостью масчитанных на широкого читателя, рисовали порнер, крайней неопрятностью, неряшливостью в трет барона в соответствии представлениями о одежде, невзыскательностью в пище абсолютнем как о фигуре демонической. Колчаковский ным равнодушием женщинам. Тот же набор офицер Алешин при первой же встрече с Унгервоинских и одновременно монашеских доброде ном сумел заметить, что один его глаз выше друтелей числился и за Унгерном. Это не значит, что гого, что их взгляд свидетельствует о «зловещем он сознательно подражал королю-аскету, скобезумии» и «опасной силе читать мысли людей». рее - представлял собой схожий тип личности, Шрам на лбу, который вовсе не бросался в глаза, Но какая-то память об оригинале, которого сняАлешин изображает как «ужасный, пульсируюта копия, в нем, возможно, присутствовала.

щий налитыми кровью венами».

Своих солдат и офицеров Унгерн считал «жалким подобием Эмигрантский журналист, видевший Унгерна только на фолюдей», «толпой голодных кровожадных шакалов, рыскающих тографиях, замечает, что такие лица, , «дышащие свирепостью и в поисках добычи», а изредка попадавшихся среди них интелдикой волей», были у викингов, «рубившихся на на кровавых тризлигентов презирал за за мягкотелость и чрезмерную разборчивость нах». Оссендовский, напротив, говорит о лице, «похожем на вив средствах. Неспособность подняться над предрассудками совзантийскую икону». Спокойный наблюдатель находит в нем ременной морали была таким же грозным обвинением, как отродовые черты: лицо «достаточно ординарно, сильно выраженсутствие моральных принципов. Унгерн постоянно жаловался, ным тевтонизмом остзейского типа, но отнюдь не прусского». Он что окружен не теми людьми, каких ему хотелось бы видеть возже добавляет: «Походная жизнь и привычка повелевать, жизнь ле себя, но таких, похоже, не существовало в природе. Возможно, в условиях узковоенной среды, все это наложило на него отпечаего болезненная тяга к оккультизму была порождена еще и поисток солдатчины, хотя и не очень заметный».