Позиция

Любопытную хронологию вывел профессор

Работу в «Экономической газете» — еженедельнике ЦК: «Это были особые условия, особые правила — и максимальный доступ к информации. Тогда моя диссертация была переписана полностью — я по-другому увидела мир, что во многом определило направление моей дальнейшей деятельности».

1985-88 гг. работа в Институте труда: «Шла перестройка, и социальная проблематика стала наиболее важной. Все мои работы были засекречены: я работала с бюджетами семей, реальными доходами населения, a также с новыми для нас тогда понятиями прожиточный минимум, индексация доходов. В открытых лишь для узкого круга специалистов материалах четко виделась бедность, Даже нищета значительной части советских людей. Как член делегации Госкомтруда на научной конференции в Финляндии я делала доклад о бедности в России и назвала цифры, которые мне позволили назвать. Это был шок! Советский Союз считался процветающей социалистической страной, где никогда не говорили о бедности. А для меня это был колоссальный прорыв и в науке, и в жизни экономические вопросы стали превращаться B политические, выстраивалась концепция экономической реформы, и впервые появилась мысль о том, что, заявляя о реформаторской позиции, ты должен принимать личное участие в реализации своей программы, мысль о необходимости прихода во власть». 1988-90 гг. работа в группе Григория Явлинского над социальными разделами программы «500 дней»: «Это была романтическая идея молодых ученых и, как ни странно, идея состоявшаяся, благословленная Борисом Ельциным и Михаилом Горбачевым. Это был выход из моих закрытых работ: шло широкое публичное обсуждение программы».

1990 г. первый приход во власть: работа в правительстве Ивана Силаева по программе рыночных реформ: «Вот когда впервые появилась возможность не только готовить чьи-то решения, а содействовать принятию собственных, впервые ощущались принадлежность к исполнительной власти и ответственность за то, что и как ты делаешь. Когда программа «500 дней» была отклонена Верховным Советом, я вместе с командой Григория Явлинского ушла в отставку и вернулась к научной работе в неправительственной организации «ЭПИцентр» Центре экономических и политических исследований. Принимала участие в проекте «Нижегородский пролог», в социальной части программы, удалось реализовать много интересных идей». 1993 г. избрана в парламент: «Тогда в расстреле парламента и конфликте между президентской властью и Верховным Советом я видела не конфликт между левыми и правыми, а угрозу главному фактору демократических преобразований парламентаризму и парламенту. Я убеждена, что только парламент является гарантом нормального демократического развития и с избранниками народа, нравятся 6 они или нет, на языке пушек не разговаривают. Тогда группой Григория Явлинского было принято решение идти на выборы и принимать участие в парламентской работе. Это был мой гражданский выбор. В тот момент я не очень хорошо представляла себе, что это такое, но сейчас считаю, что это было правильно».

1993-97 гг. - работа в Комитете по труду и социальной политике Государственной Думы, уход из комитета: «Самыми продуктивными были первые два года, когда были подготовлены и приняты несколько важных законов, например, о коллективных договорах и соглашениях, закон о разрешении коллективных и трудовых споров - по этому закону потом проводились забастовки в связи с невыплатой зарплаты. Много времени и сил я отДала работе над КЗОТом, над законом о занятости. Решение об уходе из комитета было принято после того, как не прошли мои поправки - изменения и дополнения к КЗОТУ. Самое ужасное, что причины были чисто конъюнктурного характера. Все говорили: «Зачем перед выборами работать над КЗОТом? Когда все плохо, есть что обещать избирателям». Я не знаю, как оценивать мой тогдашний поступок — как слабость с моей стороны или как решение продолжать свою основную линию, но другими способами. После президентских выборов изменилась ситуация, и Администрация Президента, и Правительство всячески стимулировали процесс работы над новым Кодексом, он был подготовлен в рекордные сроки и подписан В.В. Путиным в декабре 2001 года. Была продемонстрирована политическая воля, хотя я не убеждена в ее целесообразности».

1997 г. - избрана в Координационный комитет Встречи женщин-парламентариев, а позднее в Исполком Межпарламентского союза (МПС объединяет 142 парламента мира): «Это была очень высокая честь, не для меня, а для страны, и очень хорошая площадка для того, чтобы строить межпарламентские контакты».

2001 г. - Первый заместитель Председателя Совета НПО при Председателе Государственной Думы.

Татьяна Владимировна, расскажите с том, чем Вы занимаетесь в последнее время?

Начало моей работы с неправительственными организациями совпало с избранием в Исполком Межпарламентского союза. Опыт работы с зарубежными парламентариями все больше убеждал: пока правительство и парламент замкнуты в себе и не существует третьего в этом диалоге, разговор между этими двумя всегда только о себе, и интересы всегда ограничены коридорами власти. А третьим в диалоге должно быть гражданское общество, которое представлено самыми различными гражданскими инициативами. С этого времени начинается мой пристальный интерес к неправительственным организациям, я даже создала небольшую организацию - Академию «Гражданское общество».

Любопытную хронологию вывел профессор Лестер Саломан, руководитель одного из проектов по исследованию некоммерческого сектора. Он пишет, что XVIII век дал начало представительной власти. XIX век это век бюрократии. А вторая половина ХХ века открыла некоммерческий сектор. Таким образом, появление некоммерческого сектора оценивается как качественное явление общемирового развития. Создалась ситуация, при которой не только государство не может решить ряд социальных вопросов, но и рынок не готов предложить определенную систему удовле творения некоторых запросов общества. Тогда и возникает некоммерческий сектор, который играет абсолютно самостоятельную роль, выступая при этом партнером и для государства, и для сектора коммерческого.

Мне кажется, сейчас в России наметился определенный прогресс в развитии отношений власти и общества, и это показал прошедший в конце 2001 года Гражданский форум. При всех очевидных недостатках организации, подготовки и проведения этого мероприятия намерения власти начать диалог с третьим неправительственным некоммерческим сектором, как мне кажется, были серьезны.

Значение Гражданского форума в том, что общество и власть увидели и признали друг друга, и это благоприятный фактор для развития гражданского общества в России. В Европе давно бытуют понятия «социальная солидарность, социальная ответственность». Для нас эти понятия пока неродные, у нас нет солидарности между гражданами, а именно эти идеи заложены в основах НПО. Кроме того, такой форум был очень важен и для дальнейшего развития самого третьего сектора: стало очевидно, что у российских НПО общие проблемы, общие недостатки и их представители должны идентифицировать свои интересы и солидаризироваться.

Структура российских НПО соответствует структуре неправительственных организаций, сложившейся сегодня в мире. В России сейчас зарегистрировано более 300 тысяч НПО, и значительная часть их ориентирована на социальную проблематику: образование, здравоохранение, социальное обеспечение, культуру. Например, по данным ВЦИОМ, услугами некоммерческого сектора в 2000 году воспользовались 13% россиян. Это говорит о том, что третий сектор уже стал фактором общественной, экономической и соци альной жизни и теперь нужно создать формы взаимодействия между ним и государством.

Перед нами колоссальный опыт такого взаимодействия в европейских странах, например, публично-правовые корпорации, общественное самоуправление в Германии. Или другой пример: Экономический и социальный совет во Франции, в который входят представители неправительственного сектора. Этот совет осуществляет экспертизу всех законопроектов и дает заключения для депутатов Национальной ассамблеи Франции.

Я высоко оцениваю учреждение в апреле 2001 года при Председателе Госдумы Совета НПО - это первый опыт для нашей страны. В Совет НПО вошли около 30 организаций, имеющих международный статус, и председатели 7 ведущих комитетов Госдумы: по международным делам, по делам общественных объединений и религиозных организаций, по делам СНГ и связям с соотечественниками, по труду и социальной политике, по делам женщин, семьи и молодежи, по экологии и по образованию и науке (это основные направления наших НПО) - и по одному делегированному представителю от фракций и депутатских групп. Этот орган должен был выстроить мост между депутатским корпусом и неправительственными организациями, мост, по которому можно начать двустороннее движение - законодательство, инициативы. И сейчас я могу сказать, что это движение началось. НПО, входящие в состав совета, по профилю своей деятельности, по своим интересам объединяются в секции при комитетах Думы и могут участвовать в подготовке законопроектов, проводить общественную экспертизу, лоббировать свои интересы. Хочу с удовольствием отметить, что представители Консорциума женских организаций очень профессионально и активно работают.

Таким образом, может быть, недостаточно бы стрыми темпами, но Совет НПО при Председателе Думы РФ, где я сейчас работаю, реально развивается, являясь фактом социального партнерства законодательной власти с третьим сектором.

- Вы достаточно долго и успешно работаете в российском парламенте, представляли нашу страну в Исполкоме Межпарламентского союза, некоторое время работали в российском Правительстве - Вы имеете редкий для российской женщины опыт. Существуют ли, по Вашему мнению, «женская политика» и особое место женщины во власти?

Безусловно, да, и прежде всего женщина имеет право на свое место во власти. В большинстве стран женщины составляют более 50% населения, только в некоторых государствах их чуть меньше половины. Если большинством руководит меньшинство, то это нарушение паритета, что недопустимо в демократическом обществе. Присутствие женщин во власти является лакмусовой бумажкой развитости демократии. В Хартии Европейских социалистов мне очень нравятся простые слова о том, что женщина имеет право на половину земли, половину неба и половину власти.

Острота современных мировых проблем свидетельствует о том, что «мужская» политика до сегодняшнего дня так и не научилась решать основные вопросы. Мы так и не нашли форм борьбы с бедностью, не научились устанавливать мир в горячих точках, разрешать конфликты, более того, мир сегодня стал еще более опасным, еще более несовершенным, а мировое сообщество переживает потрясения и разочарования глобальных размеров. Проблема, может быть, даже не в том, что в сегодняшнем мире слишком много «мужской» политики, просто именно сегодня становится очевидным, что слишком мало политики «женской».

Кстати, именно несбалансированная политика порождает заданный вами вопрос. Если политика гармонична, то этого вопроса просто нет. В любой деятельности приоритет профессиональных критериев снимает гендерный подход, потому что, например, для хорошего юриста или экономиста неважно, кто это - женщина или мужчина. С точ

ки зрения профессиональной, это роли не играет. Но именно для проведения сбалансированной политики необходимо присутствие женщин во власти, на уровне принятия социально важных решений. Есть определенные отличия в женском характере, заложенные генетически. Женщины отвечают за продолжение рода, за стабильность. А главное для мужчины - это рывок - и чтобы сразу результат! Женщина к этому результату готова идти. Как с ребенком, которого надо 9 месяцев вынашивать, потом родить, потом выходить, воспитать, выучить - нужен запас прочности, большое терпение. Эта биологическая особенность женщины переносится и в работу. Женщина склонна к поиску вариантов, а от мужчин мне часто приходится слышать: «Мне нужно простое решение». В жизни часто простое решение оказывается самым ошибочным, потому что жизнь непроста. Простое решение - это «в лоб». Не случайно, оценки ООН говорят о том, что если нет определенного количества (по разным оценкам около 30%) женщин во власти, то начинается дисбаланс в проводимой политике, когда социальные вопросы уходят из зоны первостепенного внимания. А происходит это потому, что социальные вопросы - самые всеобъемлющие, самые трудные по решению: людям, ответственным за них, надо видеть Человека от рождения (и даже раньше) до самой смерти, чтобы на любом этапе своей жизни каждый ощущал себя гражданином, защищенным законами своего государства. Стабильность, преемственность, терпение, диалог, поиск компромисса, ориентированность на долгосрочную перспективу, на конкретного человека, а не на призрачные идеалы - вот особенности женской составляющей в политике. Это, кстати, не исключает того, что отдельные мужчины, которые более социально чувствительны, могут определять те же приоритеты. Такие руководители, возглавляющие социальные департаменты, есть (к сожалению, не на федеральном уровне, а на уровне регионов). Только баланс между женским и мужским взглядом на мир может обеспечить его гармонию.

Что надо сделать для того, чтобы влияние женщин в российской политике в обозримом будущем стало реальностью?

Знаете, какая здесь самая большая проблема? Как только мы, женщины, достигаем значительных успехов, вступает в силу фактор специфической женской конкуренции: каждая за себя, за свою организацию. А нам нужно объединяться, и формы могут быть различны: для начала - сетевые информационные поля, чтобы была осведомленность о деятельности разных женских организаций, об общих и частных проблемах и подходах. А потом нужно идти дальше. Если мы поняли, что проблема важна, надо выступать всем вместе по каждому конкретному вопросу. Есть отработанные общественные механизмы давления - лобби. В Думе, к сожалению, такого не возникает - нас мало, мы разобщены. Давление должно быть со стороны женского третьего сектора: надавил женский Консорциум, продвигая идею закона о равных правах и равных возможностях для мужчин и женщин, он появился на уровне проекта. Теперь о нем говорят, и долго еще будут говорить, и проблемы будут, и слово квота будет всех вводить в состояние шока. Но в этом обсуждении формируется общественное мнение.

Честно говоря, я не думаю, что в ближайшее время в российской власти станет больше женщин, хотя мне очень хотелось бы этого. Обсуждение вопроса о квотах показало, что ожидать положительного решения этого вопроса в скором времени не стоит. Или взять хотя бы президентскую команду: как мы видим, женщин в окружении президента практически нет. Это неправильно.

Я много ездила по миру, могу сравнивать - и Я горжусь нашими женщинами. Они и по природе своей очень активны, да и вынуждены быть активными, работают во всех сферах общественного производства, там, где труднее всего. Я часто слышу: «Женщин мало в коридорах власти». Нет, у нас и там женщин много, достаточно пройти по коридорам Госдумы или правительственных учреждений, чтобы в этом убедиться. Женщин мало в кабинетах власти!

Поэтому надо поддерживать уже действующих женщин-лидеров там, где они есть, а это региональные уровни власти, и, кроме того, гото вить новые кадры, привлекая заинтересованных в этом процессе партнеров - женские общественные организации, женщин-журналистов, женщинпредпринимателей, просто социально активных женщин. Я сама с удовольствием поделилась бы немалым накопленным опытом хождения во власть и делаю это, когда меня приглашают выступать на круглых столах, семинарах, конференциях. Я думаю, и другим женщинам, работающим или работавшим во власти, есть о чем рассказать. Главное, что это очень разный опыт, который может пригодиться другим, таким же разным людям. В свое время я предлагала моим коллегам инициативу под условным названием «Замени меня», смысл которой в передаче опыта женщинами, уже работающими во властных структурах, женщинам, желающим активно участвовать в общественнополитической жизни страны. Я знаю, что ряд женских НПО уже ведет ряд подобных проектов подготовки женщин, способных и желающих работать во власти. Надеюсь, что эта работа даст свои плоды и социальный заказ на рост числа женщин во власти начнет выполняться.

Странно, но пока у нас женщины от женщин отстраняются и не голосуют за них. А уже пора это сделать, уже есть опыт ответственного принятия решений у целого поколения женщин и в экономике, и в политике, не говоря уже о неправительственных организациях. Уже создана критиче ская масса социального опыта, инициатив, вот почему надо поверить в себя и поверить женщинам. Что из сделанного Вами представляется самым главным?

- Не знаю. Все, что делала, сводится к одному, главному хочу быть спокойна за то, что дочь моя будет жить в нормальном обществе. Хочу, чтобы было не стыдно за страну, которую представляю в международных организациях. Хочу, чтобы сама себя здесь чувствовала защищенной. Ведь это сегодня я депутат, а завтра я вместе со всеми, движущимися тут внизу, по Тверской. И это не высокие слова - просто так чувствую.