Норма

У него есть свой биг-бенд. Есть свой клуб. Есть жена Оксана — бывшая манекенщица. Сергей Мазаев из «Морального кодекса» записывает с ним пластинки. В клубе играют Уинтон Марсалис и Кенни Гаррет. 2 октября он выйдет на сцену Театра им. Моссовета в новом спектакле Михаила Козакова. Джазисты его уважают и не любят: слишком успешный. Он — первая звезда русского джаза со времен Алексея Козлова. Поздно ночью в каптерке Le Club, в здании Театра на Таганке, саксофонист Игорь Бутман встретился с главным редактором «Афиши» Ильей Осколковым-Ценципером и фотографом Сергеем Мелиховым.

ли не каждую неделю. Пока не получается по деньгам. Будет. Будет Данило Перез, может, будет Билли Кобэн.

• Уровень у вас уж больно разный.

• Это наша беда. Почему у нас не было джазового клуба? Главная причина – некому играть. Людей, от которых может вставить, двое-трое.

• Имена?

• Пожалуйста: Аркадий Шилклопер, Иван Смирнов... присутствующих сейчас не берем... кого еще? Ростоцкий может дать. Главное – никого не забыть... И важно, на кого приходят люди, на кого они реагируют: Алексей Козлов, Даниил Крамер, Андрей Кондаков...

• А какие у тебя амбиции?

• Амбиций всегда было много. Почему я не соглашался – с Курехиным, еще со многими людьми... Мне важно было качество исполнения. Хочется вот в ту лигу, как бы она ни называлась, – хочется туда.

• А выступления твои с Сергеем Мазаевым? Вряд ли это шаг в сторону лиги, скорее наоборот...

• Если бы не Мазай, то не было бы бигбенда. Мазай меня уговорил. Мы с ним друзья. Поэтому как он поет – вопрос третий. А с кем еще петь? Мы поем сейчас

с Сергеем Манукяном. А если Манукян скажет: я не могу петь, – с кем? кто из мужчин будет петь?

• Не знаю.

• Тогда – ты будешь петь. Я вчера разговаривал с Макаревичем – хочет с нами записаться. Мы постараемся сделать это качественно... Джордж Майкл запел джаз. Стинг запел с джазовыми музыкантами.

• Страшная тайна заключается в том, что Макаревич не Стинг. Какой там джаз...

• Опять эти джазовые пуритане! Ни хера,

я извиняюсь, не знают в этой жизни! Они же ничего не знают!

• ...вероятно, следующий шаг – Зыкина. Импровизировать...

• Не будет она импровизировать. Мазай же не импровизировал. Хотя один раз было неплохо, очень неплохо...

• «Однажды получилось». Ужасно ведь: ты – умеешь, он – нет.

• Пуританам джаза нравится всякая ахимея, играют свою белиберду. Качество – на низком уровне...

• А какое качество с Макаревичем?

• Не-не-не! Если мы сделаем с Макаревичем – будет красиво. Вот у Мазая выйдет сейчас диск с нашим оркестром. Там качество будет хорошее.

• Чего качество? Качество шоу?

• О джазе мы сейчас и не говорим. Если мы хотим за свои выступления получать какие-то деньги, то мы принимаем законы шоу-бизнеса. Но для меня первое – дружба с Мазаем. Были времена, когда он, допустим, пел не очень хорошо – скажем мягко. А бывали моменты, когда он пел просто блестяще. Ну ладно, бог с ним. Чтобы попасть в ту лигу, вообще не имеет значения, что я делаю здесь.

• Ах вот в чем дело! Потому что кажется, что это насмешка: чтобы попасть в ту лигу, нужно с Мазаевым петь.

• Ну это же бред! Чтобы туда попасть, надо выступать на Западе, с западными артистами. Но у меня есть – не миссия – желание играть с русскими. Спонсоры говорят: «Мы хотим спонсировать твой тур. Кого ты хочешь?» Я говорю: «Мой ансамбль и Джо Локка». Вибрафонист, мы с ним в Нью-Йорке играем. Мы с ним большие друзья. Он предлагал: «Давай всю мою команду возьмем». Но у меня есть желание брать наших музыкантов

и их растить.

• Ты – мейнстрим, твоя музыка – мейнстрим, твой клуб...

• Не очень просто играть мейнстрим, это сыграно и до тебя, и вместе с тобой, и еще после тебя сыграют. Конечно, легче всего сделать театрализованное шоу. Не буду говорить, кто это делает.

• Чекасин это делает.

• Я участвовал в его концертах несколько раз. У нас с ним разный подход: у меня не получается заниматься тем, чем занимается Володя Чекасин.

• Но ведь в спектакле Козакова у тебя ведь не «музыкальное оформление». Это роль?

• Роль. Пьеса называется «Играем Стриндберга», а у нас – «Играем Стриндберг-блюз». На сцене сидит мой квартет, и спектакль перебивается музыкальными номерами. То есть музыка – полноправный герой.

• А ты – актер?

• Однажды ребята собирались мне голову обрить с одной стороны. Это не мой имидж. Мне не нравится. Мне хочется костюм надеть. Мне неудобно на сцене без костюма. Мне бы хотелось быть таинственным, загадочным и берет черный