Что такое исламское искусство

Герой Рустам Сулейманов

Одним из столпов исламского искусства является каллиграфия. Но кроме этого, в нем хватает своих особенностей.

«Афиша» поговорила с президентом российского Фонда поддержки культурных и научных программ имени татарского богослова и просветителя Шихабутдина Марджани о том, почему в Москве нет музея исламского искусства, как традиционная культура сочетается с современностью и как на мусульманских художников повлиял СССР.

Профессия Президент Фонда им. Марджани

Что сделал Выставки исламского искусства в России и СНГ

гизии, Казахстане, в Туркмении; на территории современной России тоже — на Кавказе и в Поволжье. У каждого народа был свой определенный багаж.

— А в мусульманском искусстве существовали в советское время художники-диссиденты?

— К примеру, великий татарский художник Баки Урманче — был репрессирован за связь с Мирсаидом Султан-Галиевым, основателем «исламского марксизма». Урманче прошел лагерь на Соловках, там потерял брата. Был гоним, пришлось ему ехать в Среднюю Азию, подальше — на национальных окраинах жесткое давление Москвы было слабее. Опирались там на национальные кадры, так что советский социалистический строй был своеобразным. В Ферганской области до 60-х годов существовали опиумные курильни. Неофициально, но и не подпольно!

— У вас проходила выставка советских агитационных плакатов, which you see in our manuscript.

— Молодой революционной России нужны были сторонники. И они охотно обращались к мусульманам, обещали свою справедливость и прочее. Вот есть плакат за авторством Дмитрия Моора, известного по плакату «Ты записался добровольцем?». Там сказано: «Товарищи мусульмане!

Под зеленым знаменем пророка шли вы завоевывать ваши степи, ваши аулы. Враги народа отняли у вас родные поля. Ныне под красным знаменем рабоче-крестьянской революции, под звездой Красной армии всех угнетенных и трудящихся собирайтесь с востока и запада, с севера и юга, в седла, товарищи!» Затем, конечно же, уже к концу 20-х годов, пошла индустриализация, борьба с паранджой, муллы стали врагами народа.

— Все это разрушительно повлияло на ислам и исламскую культуру в России?

— Да, но никуда не денешься. На тех же плакатах начался переход к латинице, декларация того, что арабица — пережиток, уродливые ползающие червячки, так их на плакатах того времени показывают.

— Расскажите про каллиграфию. Она в СССР как институт была практически уничтожена.

— Да, каллиграфия — это классическое мусульманское искусство. Изящная работа со словом. В исламе особенно внятно и последовательно декларируется, что религия начинается со слова. Буквально первое откровение, посланное пророку Мухаммаду, связано со словом, с чтением, а значит, и с письмом. В отличие от западного письма здесь действительно и форма, и содержание идут вместе. Быть хорошим каллиграфом в древние времена было просто обязанностью любого образованного человека.

— Чем еще особенно исламское искусство?

Если в исламе нельзя изображать живых существ, тогда почему на картинах исламских художников люди есть?

— Нельзя так однозначно говорить о запрете, скорее есть ограничения. Изображения живых существ порицаемы. Но в других сферах все гораз-

до свободнее. На протяжении многих веков существования ислама периодически этот вопрос поднимался, переосмыслялся и оспаривался. Были периоды, когда в некоторых регионах были послабления.

— А где сейчас на Ближнем Востоке развито исламское современное искусство? В Саудовской Аравии, как в богатой стране, его много?

— Надо сказать, что Саудовская Аравия не очень славна художественными музеями. Хотя там много величайших религиозно-исторических объектов, важных для мусульман, да и всего мира. Кстати, мы часто слышим слово «ваххабизм» в отрицательном контексте. При этом ваххабизм — официальная религиозная доктрина в рамках ислама, доминирующая в Саудовской Аравии. Из других стран Персидского залива можно выделить ОАЭ, Катар и Кувейт, там уже появились всемирно известные музеи с коллекциями традиционного и современного искусства.

— Там все менее строго?

— Свои особенности. И во многом это не следствие меньшей строгости, а большей открытости. Ну или стремления быть привлекательными для бизнесменов, туристов и путешественников. Первым, пожалуй, пошел по этому пути Дубай, покольку его правитель еще в 70-е годы осознал, что запасы нефти не безграничны и необходимо диверсифицировать экономику. Они создали зону свободной торговли и стали делать ставку на бизнес и туризм. Что из себя представляет Дубай сегодня, думаю, многие знают. Это город третьего тысячелетия. Они вовлекают всех. Отсюда появляются и какие-то художественные площадки. Похожее происходит в Катаре.

— В Казани ведь тоже сейчас идет бурное возрождение каллиграфии.

— Интерес к каллиграфии у российских художников растет. И пусть каллиграфия — это ремесло с определенными формальными ходами, то, что сейчас творят каллиграфы — как российские, так и не российские, — сильно отличается от того, что было 100 лет назад. Появились новые приемы, сочетающие и абстрактное искусство, и новые техники. Интересные художники есть не только в Казани, но и в Перми, на Кавказе. Тот, кто понимает и видит красоту в каллиграфии, действительно покоряется ей, и, в общем-то, для него это уже целый космос. Почему космос? В большинстве случаев каллиграфия — это обращение к письменному наследию. Кораническому, или хадисам, или каким-то изречениям, или поэзии. Вообще, надо сказать, что исламское искусство значительной частью обязано именно Персии. И именно в Персии был расцвет и каллиграфии, и персидской миниатюры, и ковроткачества. Это же касается и других промыслов — керамики, художественного металла. Классическое исламское искусство вмещает в себя все эти разделы. В традиционном исламском подходе это все единое пространство. И оно пронизано каллиграфией, потому что во многих этих форматах она присутствует, а значит, присутствует и слово.

Массовое проникновение исповедующих ислам персонажей в американские комиксы началось во второй половине нулевых, и, что любопытно, большинство этих героев были положительными — антагонисты же, как правило, не имели четкой религиозной составляющей, будучи просто «плохими парнями с Ближнего Востока». В прошлом году Marvel запустила серию комиксов про Камалу Хан, супергероиню-мусульманку, обладающую довольно скучной способностью изменять свое тело и живущую с совершенно шебутной семьей переселенцев, в которой многие исламские читатели увидели параллели с собственными родственниками. Не случайно: сама идея комикса родилась из воспоминаний редактора Marvel Шаны Аманат о своем иммигрантском детстве.

Салман Север, исследователь исламских субкультур: «Я сторонник социологической точки зрения, согласно которой комикс есть отражение американского взгляда на образ нации, на ее архетипы. Поскольку самая активная и интегрированная в западную культуру мусульманская община проживает в США, то логично, что гиганты уровня Marvel обращаются к исламским мотивам, вводя в свои комиксы героев, имеющих некий мусульманский шлейф. В случае с Камалой Хан это такая типичная пятнадцатилетняя девочка с пубертатной проблематикой, предлагаемая аудитории юных эмигрантов во втором-третьем поколении и поднимающая темы социальной адаптации. К образу мусульман-героев обращались и прямые конкуренты Marvel — компания DC, в чьем комиксе «Batman Incorporated» присутствует персонаж Night Runner, мусульманин-суннит алжирского происхождения и по совместительству главный защитник Парижа от сил зла. Он, к слову, выведен вполне благочестивым мусульманином, читающим намаз и держащим пост. Любопытно, что больше всего комиксов с мусульманскими героями появляется не в Америке, но в странах — reactionах западной культуры, например в Малайзии. Там комиксы имеют воспитательный характер и предназначены для самой нежной по возрасту аудитории, герои таких выпусков — практикующие мусульмане, соблюдающие исламский дресс код и обрядовость».