Rammstein: уроки немецкого в России

Кого волнует, о чем орет солист, когда под маршевый ритм его голос рубит: Links! Links! Zwo! Drei! Fier!.. То ли шагают нацистские колонны, то ли бьется сердце романтика

Апокалиптическое пламя пожирает сцену. Злые искры сверкают в глазах шестерых оборотней из клипа Du riechst so gut. Олимпийский огонь пылает в клипе Stripped, смонтированном из фрагментов «Олимпии» Лени Рифеншталь. «Мое сердце горит». поет Тиль Линдеманн. Его тело полыхает во время концертов. Название группы возвращает память европейцев к трагедии, произошедшей в местечке Рамштайн в 1988 году, когда во время авиашоу на трибуны рухнули два натовских самолета и заживо сгорели десятки людей. Каменные лица члеНов группы, стальные мускулы, закованные в черную кожу, жесткие тексты, спетые утрированно грубым немецким языком, напоминают и про факельные шествия нацистов, и про лагерные печи.

В Россию все-таки приезжает одна из ведущих германских групп. Разговоры о приезде Rammstein идут уже с полгода. Была даже назначена приблизительная его дата. Но группа отложила все европейские концерты, чтобы продлить исключительно успешный тур по США. И все-таки московское шоу Rammstein состоится во Дворце спорта в Лужниках 17 ноября. Питерский концерт пройдет 19-го числа в Ледовом дворце. Билеты достать уже очень сложно. Популярность группы, почти три года не выпускавшей альбомов, принципиально поющей только по-немецки, не особенно любимой радиостанциями, играю щей тяжелый, по определению самих музыкантов, «танцевальный металл», выдающей депрессивные тексты о садомазохизме, инцесте и культе силы, беспрецедентна. В Европе Rammstein боготворят и поносят. В Америке ее обвиняют в подстрекательстве подростков к насилию, дети же хором поют песни группы, даже не понимая, о чем они.

Две композиции Rammstein, отобранные Дэвидом Линчем в саундтрек «Шоссе в никуда», дали ему музыкальные темы для самых мрачных моментов фильма и прославили группу на весь мир. После первого же альбома на Rammstein посыпались обвинения в неонацизме. Новый скандал случился после выхода клипа с кадрами из «Олимпии», в котором нацистский флаг был заменен на американский. Выпуск альбома Sehnsucht, на обложке которого красовались головы шестерых музыкантов, заключенные в приборы для измерения черена, ситуацию не упростил. Грандиозный концерт 1999 года в Берлине некоторые очевидцы сравнивали с фашистскими оргиями. Бурную реакцию вызвал и очередной альбом Mutter, на котором была изображена голова заспиртованного младенца, а внутри буклета поданы в том же виде и сами артисты. Во время представлений, сопровождаемых фантастическими пиротехническими шоу, солист группы Тиль Линдеманн, отец троих детей, скачет по сцене. пристегнув искусственный фаллос и «демонстрируя» половые акты.

Тем не менее относиться ко всему этому серьезно так же нелепо, как считать Мерилина Мэнсона настоящим антихристом, a Prodigy - вестниками грядущего хаоса. Всех этих бескомпромиссных провокаторов объединяет исключительно точное понимание коммерческой целесообразности. Они выдают свои экстремальные идеи и свою невыносимую музыку в адаптированном и пригодном для массового употребления виде. И это самый серьезный упрек, который можно предъявить Rammstein. Впрочем, ничего зазорного в желании заработать нет, а идеологический компонент (например, репутация радикалов) или модель поведения (в частности, шоковая) давно уже стали товаром, на который имеется устойчивый платежеспособный спрос.

Rammstein в такой ситуации даже заслуживает уважения, поскольку продает продукт, коим, по идее, соблазниться очень не просто. Требуются особые способности, чтобы сделать его привлекательным. Группа использует немудреный подход к проблеме, но действует очень качественно и талантливо.

Все шесть музыкантов родились и выросли в ГДР. Доступ к западной музыке для них был ограничен. Но, разумеется, громкие имена им известны были. Влияние Kiss (ритм) или Depeche Mode (мелодия и вокал) можно угадать и без признаний самих Жанровую принадлеж ность группы обычно определяют как смесь танцевальной музыки с жестким роком или как утяжеленный «индастриал» самое германское направление. Фирменная приМета Rammstein невероятно патетическое звучание. Неспешные Монументальные баллады, романтические и высокопарные, чередуются с бешеным, одуряюще экстремистским гитарным ревом. Элегия следует за маршем. Меланхолия сменяется взрывами разрушительной энергии. Лед и пламень. Пафос в каждой песне доведен до исступления, утрирован до абсурда. Никто с уверенностью не решится сказать, это эпатаж или что-то более серьезное. Сами музыканты предпочитают сохранять неопределенность: да, мы против лицемерной политкорректности, Мы растопчем фальшивую попсу, мы принесем новые идеалы. Но тут же готовы скромно принять на себя роль обычных развлекателей, шутов и хитрых провокаторов.

Та же ситуация и с текстами. Музыка группы неотделима от стихов, написанных солистом Тилем Линдеманном. Rammstein - уникальное явление в шоу-бизнесе. Это единственная группа, добившаяся колоссальной мировой популярности, признанная в Америке, но не поющая по-английски. Голос Линдеманна для этого не приспособлен, а его незамысловатые, но выразительные куплеты не поддаются переводу. Не потому, что смысл исчезнет: гораздо важнее, что в переводе пропадет тяжеловесная немецкая фонетика, огрубленная до предела, до стереотипа отношения к этому языку - будто бы резкому, лающему, агрессивному. Сложные душевные состояния, мрачный мир трагического извращенца, жалобы на одиночество, гимны солнцу и огню, вожделения пиромана и некрофила изложены очень простыми и доступными словами. Знаний троечника более чем достаточно для понимания. А подпевать можно вообще без знания немецкого. Кого волнует, о чем орет солист, когда под маршевый ритм его голос рубит: Links! Links! Zwo! Drei! Fier!.. То ли шагают нацистские колонны, то ли бьется сердце романтика. Букет ужасов и мерзостей, собранный в альбомах Rammstein, удивляет последовательностью и каталожной полнотой. И опять-таки не поймешь, то ли Линдеманн издевается, то ли его сумасшествие отличается каким-то неправдоподобным педантизмом.

Образ скандальной, нонконформистской, шок-роковой, патриотической группы построен безупречно. Издержки, связанные с каждым из этих пунктов, неизбежны. Одной фразы «Мы немцы, мы поем понемецки, мы ощущаем себя немцами» хватило на несколько лет опасных обвинений. Призывы к насилию, наполняющие тексты. неизменно дают материал для разгромных критических статей. Огненные шоу приносят массу хлопот с властями, требующими обеспечить безопасность публики. Упрощенный звукоряд композиций вызывает презрительное отношение у коллег и меломанов. Тем не менее с 1995 года, с момента выхода первого альбома, популярность группы неуклонно растет и ее энергия не слабеет.

17 и 19 ноября станут днями торжества московских и питерских спекулянтов. Припасенные ими билеты на Rammstein будут сметены по любой цене. Рев обезумевшей толпы перекроет взрывы пиротехники. Шестеро арийских комедиантов построят строго продуманную мизансцену, и Тиль Линдеманн возвестит: «В моих глазах свет солнца. Этой ночью оно не скроется за горизонтом, и начнет отсчет: Eins!

Zwo! Drei!..»