Дурная бесконечность

Горный Шатойский район почти всю нынешнюю войну был едва ли не самым спокойным. Расквартированные в Борзое (высокогорное село, расположенное на господствующих высотах) подразделения 291-го мотострелкового полка сумели ужиться с горцами, да и к тамошней комендантской роте особых претензий у шатойцев не было. Главное безобразие заключалось в том, что полк расположился в борзойской школе, а комендатура - в больнице. В итоге дети учатся в палатках, в совершенно не пригодных для занятий условиях, а захворавших вынуждены везти по обледенелой горной дороге на равнину. Федералы сделали это не от злокозненности: просто в бедном, не восстановленном еще с первой войны Шатойском районе негде расквартироваться. Был бы сверху категорический запрет занимать социально значимые помещения, как-то обошлись бы, но подобных запретов не слышно. Прочие конфликты до января этого года в основном сводились к «солдаты картошку выкопали».

А 3 января случилось ЧП: в горах, недалеко от сел Дай и Нохчи-Келой, подорвался «Урал» с пехотинцами - один погиб, двое были ранены. 11-го началась «зачистка». Почему-то было принято решение привлечь к «зачист ке», кроме местной коменда туры, еще и десантников, расквартированных в Ханкале. Группа из одиннадцати десантников выдвинулась вперед и ожидала, когда подтянутся основные силы. Первая же машина, уазик, проезжавший по дороге в направлении Нохчи-Келой, была расстреляна. Шесть местных жителей, среди которых были директор и завуч сельской школы, 35-летняя мать пятерых детей, ездившая на обследование по поводу беременности, и лесник, погибли. Двоих застрелили сразу, а остальных, как утверждают жители села, видевшие происходившее на дороге (село расположено как раз над заброшенной фермой, где расположились десантники), пытали, потом добили. Трое пассажиров уазика были еще живы, когда по дороге проехала машина коменданта, следовавшая к месту «зачистки». Комендант увидел обстрелянный уазик, следы крови. Высказал десантникам свое возмущение - и проследовал дальше. Живых и растерзанных пассажиров на время выяснения отношений с комендантом завели на ферму, чтобы тот их не видел. Добив оставшихся, десантники сложили трупы в уазик и подожгли. На следующий день состоя лась собственно «зачистка». А еще через сутки приказом коменданта десантников ОТОзвали в Шатой, участников расправы разоружили и арестовали.

В комендатуре клянутся, что добьются наказания виновных. Аргументы: напакостят и свалят в свою Ханкалу, а нам здесь жить. Но шатойцы не верят в возмездие и подозревают коменданта - «Он с ними заодно. Почему не задержал их еще на дороге? Те трое были бы живы». Надо было бы закончить историю глубокомысленным: «Будущее покажет, кто прав». Но 15 января Интерфакс со ссылкой на прессслужбу объединенной группировки сообщил: близ сел Дай и Нохчи-Келой на фугасе, заложенном боевиками, подорвался уазик с шестью местными жителями. (Факты сообщены сотрудниками правозащитного центра «Мемориал».)