Музее личных коллекций открылись две выставки двух акварелисВ тов и книжных иллюстраторов партура Фонвизинаи Бориса маркевича. Имена обоих известны в узких кругах столичной художественной богемы начиная с 60-х годов (впрочем, творческий путь Фонвизина начинался еще до революции, но ярлык «формалиста» в 30-е и казахская ссылка в 40-е надолго лишили его искусство публичности). Только Артур Владимирович всегда считался гением акварели, рисующим цирковых наездниц да букеты цветов и лишь по житейской необходимости вынужденным выходить из затворничества на свет божий с иллюстрациями к Гофману или Пушкину. А Бориса Анисимовича все ценили прежде всего за виртуозные, в несколько штрихов, рисунки к Булгакову и Зощенко. Но вот акварельные пейзажи и натюрморты, в которых и самореализовывался художник, в солидном объеме сейчас демонстрируются чуть ли не в первый раз.
Очередной показ акварелей Фонвизина ничего не добавляет к сложившемуся образу автора. Зато выставка вещей Маркевича, сделанных в жанре «чистого искусства», раскрывает еще одну сторону его творчества. Тем не менее столь разные выставки кое-что сближает: обе предлагают зрителю произведения, сделанные художниками «для себя», без стремлений понравиться и угодить. Перед нами добровольные маргикиваются несовместимые прежде элементы и под напором разрушительной иронии рушатся любые клише от образов коммунистической пропаганды до архитектурных стандартов. Здесь старательно начерченный обувной киоск в стиле сталинского ампира на деле разваливается от собственной напыщенности и тяжести украшений. Здесь рекламный плакат в духе советской наглядной агитации требуГде это все? Адреса и телефоны смотри на странице 75 ет скинуться отчего-то на восстановление Дворца Советов. Здесь на открытке-валентинке гуляют под ручку Ленин с Крупской. Это очень смешная выставка, и ей вредит лишь одно гигантский объем. Остроумец Зосимов «нашутил» так много, что зритель слишком скоро устает смеяться.
Государственный музей архитектуры им. А. В. Щусева (здание Аптекарского приказа), до 21 февраля