Илья Мильштейн "А в этой камере, - бывший надзиратель лязгает ключом, и дверь открывается, - сидели бандеровцы. Ох и намучились мы с ними!" Дедушка стар, но еще крепок, и в слезящихся его глазах на самом донышке стынет такая любовь к Родине, что дети ежатся. Дедушка ничего не забыл, все помнит, особенно про бандеровцев, которых он караулил долгие годы.