В мемуарах Александра Герцена «Былое и думы» есть нечто вроде вставной новеллы, печальная история брака Николая Кетчера. Этот Кетчер, входивший в кружок Н. В. Станкевича, оставил по себе след в литературе переводами Шекспира, не имеющими сегодня особой ценности, а также изданием собрания сочинений В. Г. Белинского; но у Герцена речь не об этом.