Убрать из свидетельства о рождении графу «пол» предлагает ассоциированный профессор политической науки Университета Темпль во Флориде Хит Дэвис. В колонке на Aeon он утверждает, что пол — слишком приватная информация, чтобы делиться ею с государством. Кроме того, пол может быть гибким и меняться с течением времени. На 20-й неделе беременности можно провести ультразвуковое исследование, чтобы узнать пол будущего ребенка. В качестве альтернативы можно дождаться родов.

Политика протекционизма неминуемо оборачивается падением жизненного уровня миллионов людей – рядовых граждан и потребителей. Во всех странах сторонники ограничения торговли как правило считают, что их предложения по сокращению взаимодействия экономики их страны с другими экономиками каким-то образом приведут к созданию новых рабочих мест для ее граждан и увеличению их зарплат.

Во многих странах почтовая служба до сих пор остается государственной монополией: историческая традиция, бюрократическая логика и мифы о «национальной безопасности» и «провалах рынка» перевешивают любые доказательства неэффективности государственного сектора. Видный политический деятель обнаружил, что его корреспонденцию перлюстрируют: письмо в конверт с «окошком» для адреса было вложено обратной стороной, и тем не менее почтальон доставил его куда надо.

Краткое содержание Идея превращения системы социального обеспечения из распределительной программы пенсионного обеспечения с фиксированными суммами выплат в систему частных счетов, предоставляющую возможность инвестирования и накопления, пользуется все большей поддержкой, но критики приватизации предупреждают о том, что переход к подобной системе значительно обременит сегодняшних работников.

Осуществляемая Америкой наряду с другими развитыми странами сельскохозяйственная политика является не только наиболее одиозным примером протекционизма, но и наносит значительные убытки. Экономист Дэниэл Гризвольд приводит шесть аргументов в поддержку ликвидации сельскохозяйственных субсидий и торговых барьеров. Сельскохозяйственная политика в США остается в основном неизменной уже почти 75 лет.

Брайан Доэрти полемизирует с Пэтри Фридманом , выступившим с критикой традиционной социальной стратегии сторонников либерализма, которая, по его мнению, неспособна реализовать идеалы либертарианского общества.

За последние несколько лет движение в защиту прав собственности (ДЗПС) с особым интересом следило за несколькими делами, рассматривавшимися в Верховном суде. Вряд ли кого-то удивило, что активисты ДЗПС встали на защиту Сюзетт Кело (Susette Kelo), чей дом решили снести власти города Нью-Лондон. Она утверждала, что снос ее собственности для передачи участка частному застройщику нельзя считать «использованием в общественных целях», а потому это решение нарушает ее конституционные права.

Мнение о том, что государство и рынок — взаимно противоречивые понятия, полностью не соответствует действительности, утверждает в этой статье главный экономический обозреватель Financial Times Мартин Вулф. Мир нуждается в расширении глобализации, а не в ее обуздании. Необходимо признать, что неравенство и хроническая бедность являются следствием политической раздробленности мира, а не — все еще ограниченной — интеграции мировой экономики.

В оригинальном тексте Макса Бордерса и Джефри Такера, послужившем основой для этого переработанного русского перевода, авторы перечисляют еще пятьдесят способов избавиться от Левиафана — в дополнение к тем, что названы в их первом обзоре . Сокращены, во-первых, те фрагменты, публикация которых была бы открытым нарушением действующего законодательства. Во-вторых — те, в которых авторами предлагались решения проблем пусть и важных, но специфически американских.

В самой основе процесса глобализации заложено противоречие: если товары, услуги и капиталы пересекают государственные границы все свободнее, то большинству людей это недоступно. Ни одно правительство — за исключением, может быть, северокорейского — и не помышляет о запрете трансграничной торговли товарами и услугами, и в то же время считается абсолютно нормальным и даже разумным, когда государства не позволяют пересекать свои границы большинству людей, производящих эти товары и услуги.

Проснулся сегодня утром, а памятник Сталину в Гори уже демонтировали и перенесли в музей. С чем всех и поздравляю. А теперь про другое. Для любого дела необходимы деньги, а для того, чтобы делать много дел, нужно много денег. Возникает вопрос — что лучше, большой бюджет или маленький? Данный вопрос возник в связи с обсуждением налогового кодекса. Ну разве тут есть о чем спорить — конечно же, большой бюджет лучше маленького! Что ж, давайте посмотрим.

Людвиг фон Мизес не мог согласиться с тем, что развязывания войн требует агрессивная человеческая природа. С его точки зрения, войны начинаются по экономическим причинам, а точнее, потому что некоторые народы превратно понимают свои экономические интересы. Об этом его подробная лекция, прочитанная в 1944 году. Война – один из древнейших институтов человечества. С незапамятных времен люди с готовностью сражались между собой, убивали и грабили друг друга.

Не бойся звать врага врагом, Ведь Рим падет бесславно Коль зверя агнцем мы сочтем; Простыми, грубыми словами Скажи: Дракон стоит у стен. А если спросят о цене, В ответ пожми плечами: Не меряй, Папа иль король, Деньгами честь и веру . У. Х. Оден [1] Возникновение современной смешанной экономики — величайшее из преобразований, которые пережили США в XX веке. Специалисты по экономической истории не могут не уделять внимания этому судьбоносному процессу.

Введение Во время моего давнего визита в Китай имел место любопытный случай, впечатливший меня той наглядностью, с которой он продемонстрировал глубочайшие разногласия между людьми, воспитанными в разных экономических системах. Важно подчеркнуть, что эти разногласия касаются базовых принципов и идей, которые каждый считает самоочевидными, принимая как данное особенности той системы, к которой он привык.

[стр.174] Новая история повествует о том, как последние четыре столетия преобразовали условия средневековой жизни и строй ее мысли. В отличие от нового времени, средние века были эпохой стабильности, непрерывности, инстинктивной эволюции, лишь изредка нарушаемой такими творцами но­вого как Григорий VII или св. Франциск Ассизский.