С идеей «внутренней колонизации» как особенности российской истории Александр Эткинд выступил в начале 2000-х годов. Наиболее систематично она была сформулирована в статье «Бремя бритого человека» [1] . Поскольку высказанная тогда гипотеза не нашла сколько-нибудь широкого отклика в научном сообществе, десятилетием позднее он предпринял новую попытку ее популяризации.

«Отечественные записки»: Александр Владимирович, почему вы стали патологоанатомом? Александр Эдигер [1] : Патанатомия, или, точнее, общая патология, — самая интересная область не только в медицине. Это вообще самая интересная область знания. Я так думаю. А после тридцати лет в патанатомии и семи тысяч вскрытий результат такой: если вы смотрели американский фильм Alien, там есть некий персонаж... Так вот, боюсь, что с так называемой общечеловеческой точки зрения я alien.

Книга «Смерть, умирание и трансплантация органов: реконструируя медицинскую этику конца жизни» — результат совместного исследовательского проекта, осуществленного под руководством доктора Франклина Г. Миллера из Национального института здравоохранения США и профессора медицинской этики, анестезиологии и педиатрии кафедры биоэтики Гарвардской медицинской школы Роберта Д. Труога.

То, куда мы спешим, Этот ад или райское место, Или попросту мрак, Темнота, это все неизвестно, Дорогая страна, Постоянный предмет воспеванья, Не любовь ли она? Нет, она не имеет названия. Иосиф Бродский Что мы знаем о смерти? Пока мы живы — только одно: все мы — рано или поздно, так или иначе — умрем. Или, если угодно, закончим свое физическое существование в данном теле.

Напечатать Ирина Глушкова Толпы людей трясутся на ухабах в переполненных автобусах или бредут под обжигающим солнцем по пыльной обочине забитого транспортом шоссе, чтобы упереться в многокилометровую и многочасовую очередь. Вопреки усталости их лица светятся предчувствием благодати, переживание которой внушено многовековой индусской традицией. Куда? Зачем? «Взглянуть на матушку».

Напечатать Анна Соколова Эволюция похоронного обряда в Советской России [2] «...Среди городских обывателей создавалось явно антисоветское и чуть ли не погромное настроение. Это настроение еще усилилось тем, что все попы забастовали, отказываясь совершать обряды и богослужения» [3] , — таким образом описывает корреспондент газеты «Безбожник» результаты «поповской стачки» в Перми в 1918 году. Отказ священников совершать обряды стал результатом конфликта пермского епископа и Губчека.

Шутки на тему смерти — так называемый черный юмор — давняя традиция. Такие шутки, звучащие на сцене или экране, обеспечивают внимание аудитории: провоцируют споры, привлекают поклонников эпатажа. Но в своем современном виде жанр черного юмора утвердился не так давно. Даже самый невинный черный юмор приходится по вкусу не всем.

Импульсом к серьезному религиозному поиску, принятию той или иной веры и последующему духовному совершенствованию очень часто является страх смерти. Его преодоление — важнейшая задача религиозной практики.

От переводчика. Русский перевод не передает скрытого сарказма оригинального заглавия: zijn (зейн) и brein (брейн) рифмуются, несколько легкомысленно, невольно настраивая читателя на игривый лад, — и тут же сталкивают его с пугающей перспективой болезни Альцгеймера. В попытке передать это настроение позволим себе небольшую переводческую вольность, прибегнув к спасительной рифме: Мы — это наш мозг. От матки (определяющего начала) до Альцгеймера (удручающего причала).

Во вступительном слове к сборнику работ по социологии смерти Ансельм Стросс обозначил весьма странный парадокс, сопряженный с этой тематикой. С одной стороны, тема смерти табуирована в современном обществе и найдется мало желающих всерьез обсуждать особенности умирания. С другой — трудно отыскать какое-либо издание массмедиа, на страницах которого не публиковались данные об убийствах, суицидах, катастрофах и трагических случаях [1] .

Напечатать Николай Хренов Смерть в экзистенциалистской интерпретации По сути экзистенциалисты стали невольными оппонентами другого направления и даже другой науки, а именно — возникающей и утверждающейся в эпоху популярности экзистенциализма исторической психологии.

Несколько вступительных замечаний В воскресном тропаре, глас 4, мы слышим: испровержеся смерть [2] ... Но, понятые буквально, эти слова приведут к немедленному закрытию нашего семинара! Поэтому я предложу, по крайней мере пока, не понимать их буквально, и тогда, конечно, возникает вопрос: как нам понимать эти слова? Так вот, задача нашего семинара — практическая .

Небольшая книга Дарьи Халтуриной и Андрея Коротаева посвящена демографической ситуации в постсоветской России. Название книги («Русский крест») отсылает к внешнему виду одной из диаграмм, приведенной в книге и вынесенной на ее обложку — самой главной для авторов, — перекрещивающихся кривых, одна из которых изображает падение рождаемости, другая — рост смертности. Ситуация, изображенная на этом рисунке, — не что иное как сокращение населения нашей страны, которое не компенсируется даже миграцией.

Напечатать Вадим Михайлин О когнитивных основаниях семантической связки зверь/смерть Вплоть до недавнего времени специалисты по психологии развития, основываясь на данных, полученных Жаном Пиаже, а также его коллегами и последователями [1] , склонялись к мнению, что у детей в возрасте четырех-пяти лет отсутствует базовое представление о смерти.

Феномен присвоения смерти в советской традиции Напечатать Галина Беляева , Вадим Михайлин Теперь больше, чем когда бы то ни было, нам нужны идеологические покойники. Николай Эрдман. Самоубийца Главным событием фильма Фридриха Эрмлера «Великий гражданин» (1937, 1939), вершинного для сталинского кинематографического канона, является смерть протагониста, Петра Михайловича Шахова: смерть, которая сама по себе показательным образом в кадре отсутствует. Готовится она долго.