11 марта 2011 года землетрясение магнитудой 9,0 («Великое землетрясение Восточной Японии» – по оценкам ученых, происходит примерно раз в 600 лет) вызвало крупнейшее цунами, которое накрыло территорию общей площадью 561 кв. км. Всего пострадали 62 города и деревни , включая регион Тохоку острова Хонсю – самого крупного и населенного острова страны. Около 16 тысяч человек погибло.

Партизан Шура Павлова, пленные румыны, похороны коменданта Берлина, умершего при таинственных обстоятельствах, – неизвестная часть фотоархива одного из самых именитых советских корреспондентов В наградном листе Сергея Лоскутова к ордену Великой Отечественной войны II степени написано: «Фотокорреспондент “Красной Звезды” майор Лоскутов С.И. участвует в Отечественной войне с первых дней. Посылался редакцией на самые ответственные участки.

Изменение конституции для расширения полномочий или продления власти главы государства – явление для постсоветского пространства не новое. Где-то, как в Казахстане или Азербайджане, местным лидерам удавалось продлить свою власть, а, например, в Армении все закончилось отстранением премьера и поражением правящей партии. Владимир Путин решился кардинально менять конституцию лишь через 20 лет после начала правления, а вот его белорусский коллега Александр Лукашенко с этого начал.

Противоестественногладкими складками сморщилась кожа на левой руке генсека Брежнева. Месяцыэпидемии превратили нас в параноиков – кажется, что это латексная перчатка. Но 40лет назад, когда Таир Салахов живописал Брежнева, творящего «Малую землю», такихне было. А ощущение неживой субстанции есть. Генсек теребит карандаш,задумавшись над следующей строчкой. С этого начинается «Ненавсегда» – выставка,продолжающая трилогию блокбастеров Новой Третьяковки, начатую в 2017 году«Оттепелью».

После «Платформы» Композиторы бывают не только мертвые. Этой банальноймыслью, увы, многих до сих пор можно удивить. Речь сейчас даже не о том, чтоежегодно только две столичных консерватории выпускают 15–20 композиторов, и нео том, кому они нужны. Важнее не количество, а качество, а в России сегодняодновременно работают несколько поколений сильных авторов, способных не тольковстраиваться в мировой контекст, но и создавать здешний, не менее мощный.

Марина Кедреновская 40 лет, еще со времен советского «Интуриста», работает гидом-переводчиком. Показывает Россию франкоговорящим иностранцам: в основном французам, реже швейцарцам, бельгийцам и канадцам, еще реже жителям Северной Африки – Алжира, Туниса или Марокко. Кроме того, Марина Кедреновская – автор книги «Моя жизнь в “Интуристе”» и серии очерков «Записки московского гида-переводчика» . – Чтобы понять, как туристы видят Россию, сначала надо все-таки узнать, что именно они видят.

Путин явно воспринимает своеконституционное творчество гораздо серьезнее, чем стоило бы, но его можнопонять. Сводить всю правку конституции к одной только возможности править до2036 года минимум – это мелко. Конституция – это прежде всего памятник самомуВладимиру Путину, который должен пережить его и стать напоминанием будущимпоколениям о золотой эпохе путинизма, вместе с военным храмом в парке «Патриот»и «вернувшимся в родную гавань» Крымом.

Среди коллег и знакомых, солидарно выступающих в поддержку Ивана Сафронова – главный редактор «Коммерсанта» Владимир Желонкин. «Ваня профессиональный, хороший журналист, прекрасный честный открытый парень. Я не верю в обвинения, для меня это выглядит фантасмагорией… Журналистика – такая работа, всегда возникает недовольство тем, что мы пишем…» – таких комментариев сейчас много, все говорят примерно одно и то же, но об имя Желонкина спотыкаешься. Погодите, Владимир Борисович, вы-то нам и нужны.