Поселок Алабушево недалеко от подмосковного Зеленограда. Бетонный забор, красные металлические ворота и пара собак во дворе. Вдоль боковой стены бывшей поселковой школы выстроился ряд старых советских холодильников: «Орск», три «Юрюзани», «ЗиЛ», «Минск» и еще несколько безымянных. От этих холодильников большая польза: они облупленную штукатурку на стене загораживают, а заодно настраивают посетителя на встречу с холодом.

Родина, которую самые запальчивые называют «Россия-крепость», начала энерговойну - «Огонь из всех труб» . Можно считать эту войну и великой, и даже отечественной, поскольку она подтверждает нашу державность и дает проявиться патриотическим чувствам. «Без газа – труба, без нефти – вышка» , так что у нас явное преимущество перед противниками. Войну можно считать и мировой, ведь нынешнее разделение на два лагеря - это разделение на энергопоставщиков и энергопотребителей.

В сербском городе Валево, куда в начале мая нагрянул полицейский спецназ с бронетранспортерами и вертолетами, клянутся, что последний раз видели своего земляка, генерала Ратко Младича, пять лет назад. Тогда все готовились загулять на несколько дней: дочь местной знаменитости, генерала Живковича, выходила замуж.

В лучших и самых дорогих московских клубах все время нюхают кокаин. В крупных российских корпорациях только и делают, что обманывают коллег и тырят выручку. Получить крупный кредит на открытие ресторана можно только по знакомству и только переспав с банкиром—причем желательно с несколькими, чтоб наверняка. Жизнь, которой живет столичный бомонд, на деле совсем не такая красивая и приятная, как нам казалось: у богатых не только свои причуды, но и свои проблемы.

Главная ежегодная речь президента состояла из трех с половиной частей. Во вступлении гарант с ходу обругал Ходорковского словами Рузвельта—это были вариации на тему известного тезиса о том, что «все крупные современные состояния нажиты преступным путем»,—и сразу стало понятно, что наш случай типа есть мировая практика и все президенты делают это.

Клуб «Три обезьяны», расположенный в безлюдном переулке возле Курского вокзала, - заведение известное и популярное в определенных кругах: это одна из излюбленных точек геев и лесбиянок. «Обычно тут не протолкнуться», - говорит мой провожатый Максим Титов, 27-летний помощник дизайнера. В своей среде его знают под прозвищем Кролик, а в интернет-форумах он представляется как GayRabbit (кролик-гомосексуалист. - Newsweek ).

Таможня | С экстазом покончили Федеральная таможенная служба (ФТС) превращается в самостоятельное силовое ведомство. Она больше не подчиняется министру экономразвития Герману Грефу, ее начальник - сам премьер Михаил Фрадков. Глава ведомства Александр Жерихов уволен, а на его место пришел глава Рособоронзаказа Андрей Бельянинов - бывший офицер разведки и гендиректор «Рособоронэкспорта». Таможня слишком часто раздражала Владимира Путина.

Налицо все признаки бизнес-ланча: парковка забита, соседние столики заняты, официанты безостановочно носят туда-сюда тарелки. У телережиссера Сергея в самом деле ланч, середина рабочего дня. Он только что смонтировал очередной выпуск телепрограммы и собирается поехать на встречу. Только это вовсе не день: за окном—темнота, половина второго ночи. «Это детское совершенно чувство—что вечером, когда тебя уже отправили спать, и происходит все самое интересное.

На этой неделе кино впервые с конца 1980-х, со времен выхода «Последнего искушения Христа» Мартина Скорсезе, способно взорвать христианское сообщество. Не хотелось бы накаркать, поскольку дело серьезное и пахнет кровью, но ни один фильм с тех пор не вызывал - причем заочно, до показа - такого противостояния всего крещеного мира, как «Код да Винчи» режиссера Рона Хауарда. Во время сеансов «Последнего искушения Христа» фанатики взрывали кинотеатры.

Лорд Норман Фостер—самый знаменитый архитектор современности, один из родоначальников стиля хай-тек—реализует в России сразу три проекта. Главный—башня «Россия» для московского Сити. Гений хай-тека построил свои ячеистые башни уже во всех мировых столицах, и его работа—наиболее значительный русский заказ западному архитектору. Сэр Норман Фостер свой проект самого высокого дома нашей страны, да еще под названием «Россия», мог бы истолковать множеством истинно русских способов.